18 октября 2015 Просмотров: 595 Добавил: тasha

Заточенная в Золотой Клетке. Глава 47

 

Гла­ва 47 - От­пустить то, что при­чиня­ет боль...

- Не смей ре­веть! Те­бя не учи­ли, что сле­зы де­лу не по­могут? – злоб­но спро­сил Эд­вард, од­новре­мен­но стя­гивая с вы­рыва­ющей­ся Бел­лы ниж­нее белье – Не учи­ли?
- От­пусти! – мо­лила она, не прек­ра­щая по­пыток сбе­жать – Умо­ляю те­бя! Бе­ри что хо­чешь!
- То, что я хо­чу, в мо­их ру­ках! – ух­мы­ля­ясь, про­из­нес муж­чи­на, нак­ло­ня­ясь к та­лии Бел­лы, и гру­бо по­вора­чивая де­вуш­ку к се­бе – И я возь­му, не сом­не­вай­ся!
Гло­тая сле­зы, Бел­ла умуд­ри­лась крик­нуть на се­кун­ду рань­ше, чем са­мая страш­ная из всех бо­лей на све­те прон­зи­ла её те­ло. Вновь.

Бел­ла рас­пахну­ла гла­за, рыв­ком са­дясь на кро­вати, и тя­жело ды­ша. Из её лег­ких как-буд­то вы­били весь кис­ло­род. Она об­во­дила взгля­дом ком­на­ту, в ко­торой ока­залась, и не мог­ла по­нять сво­его мес­то­поло­жения. Она зна­ла, что это был сон. Страш­ный, ужас­ный и пол­ный стра­даний сон. Её кош­мар. Она зна­ла, что ви­дит во сне дру­гого Эд­варда, то­го, что по­хож на Чар­ли. По­нима­ла, что тот ко­го она лю­бит не та­кой, что он ни­ког­да не пос­ту­пит с ней так…Где же он те­перь? По­чему не об­ни­ма­ет её, не це­лу­ет и не уте­ша­ет? 
- Эд­вард? – от­во­дя ру­ку на­зад и всле­пую про­водя ей по прос­ты­ням, поз­ва­ла де­вуш­ка. От­ве­том ей бы­ла гул­кая ти­шина, на­руша­юща­яся лишь её час­тным и хрип­лым ды­хани­ем.
- Эд­вард! – от­ча­ян­но вскрик­ну­ла Бел­ла, и по­чувс­тво­вала, как сле­зы под­ка­тыва­ют к её ще­кам. Где он? Но от­ве­та не бы­ло. Лишь ти­шина. И эта ноч­ная, мрач­ная, тем­ная тишь да­вила нес­конча­емым гру­зом на сер­дце де­вуш­ки. Она раз­ры­далась так же быс­тро, как и ус­ну­ла. Ну по­чему она од­на? По­чему стра­да­ет здесь без единс­твен­но­го род­но­го че­лове­ка? Что она сде­лала, ко­го уби­ла в прош­лой жиз­ни?
Буд­то не ве­ря са­мой се­бе, она про­дол­жа­ла ин­стинктив­но пе­реби­рать всю кро­вать паль­ца­ми, вре­за­ясь ими в прос­ты­ни и сжи­мая их с та­кой си­лой, что они ка­жет­ся, ед­ва не пор­ва­лись. 
- ЭД­ВАРД! – гром­ко, пусть и сквозь ры­дания, зак­ри­чала она, уда­ряя ку­лаком по пус­то­му мес­ту вок­руг неё – ЭД­ВАРД!
Се­год­ня она как ни­ког­да ощу­тила всю ту боль, при­чинен­ную ей Чар­ли. Всю ту боль, о ко­торой мол­ча­ла столь­ко лет. Он единс­твен­ный кто зна­ет и мо­жет по­мочь! Гос­по­ди, да где же он?
Эд­вард же в это вре­мя на­ходил­ся у се­бя в ка­бине­те, раз­гля­дывая бу­маж­ки, дан­ные ему Джо­зефом час на­зад, и пред­став­ля­ющие со­бой из­ве­щение о яв­ле­нии его на суд по де­лу Бел­лы и Чар­ли Сво­нов. Вот черт! Клайд в ко­торой раз пов­то­рил, что единс­твен­ный ва­ри­ант обе­зопа­сить де­вуш­ку от её от­ца – же­нить­ся на ней. Но раз­ве он, Эд­вард, мог это сде­лать? 
Он без сом­не­ния лю­бил Бел­лу и был го­тов про­вес­ти с ней всю жизнь, но для неё брак был нап­ря­мую свя­зан с ин­тимной жизнью, от ко­торой она спа­салась слов­но бы от дь­яво­ла. Он не ви­нил её – он прек­расно по­нимал её боль по это­му по­воду – но что же ему де­лать?
Клайд дал ему сро­ку в че­тыре дня. Се­год­ня сре­да, а вос­кре­сенье он за­берет бу­маги, под­твержда­ющие что де­вуш­ка яв­ля­ет­ся же­ной Кал­ле­на. По­хоже, дру­гих пу­тей дей­стви­тель­но нет, толь­ко вот как ска­зать об этом Бел­ле? Как под­вести её к это­му? В чем пок­лясть­ся, что бы она по­вери­ла?
Столь­ко не­решен­ных воп­ро­сов, на ко­торые он не зна­ет от­ве­та. Да­же боль­ше чем прос­то «не зна­ет» - по­нятия не име­ет! На­вер­ное, он бы так и про­сидел всю ночь, ре­шая как луч­ше за­вес­ти со сво­ей ма­лень­кой де­воч­кой ди­алог на те­му же­нить­бы, как вне­зап­но в его соз­на­ние и слух про­ник звук, раз­ру­ша­ющий ноч­ную и­юль­скую ти­шину за ок­ном. Кри­чала Бел­ла – её го­лос он уз­на­ет из сот­ни дру­гих – что с ней?
- Черт! – вы­ругал­ся муж­чи­на, каз­ня се­бя за то, что ос­та­вил её од­ну на уби­ение кош­ма­рам. По­чему он не вспом­нил о её сно­виде­ни­ях ра­нее? Да что с ним се­год­ня та­кое?
Быс­тро встав из-за сто­ла, он хлоп­нул дверью ка­бине­та, прак­ти­чес­ки бе­гом нап­равля­ясь к сво­ей спаль­не, где все­го час на­зад ос­та­вил де­вуш­ку. Он рас­пахнул дверь быс­тро и вне­зап­но, и при лю­бом дру­гом слу­чае она бы ис­пу­галась – но не сей­час. Бел­ла да­же не вздрог­ну­ла, ког­да вспыш­ка све­та из ко­ридо­ра оза­рила её, си­дящую во мра­ке но­чи и дро­жащую от стра­ха. Боль так глу­боко пог­ло­тила её, что си­лилась не вы­пус­тить об­ратно на по­вер­хность. У неё на­чалась нас­то­ящая ис­те­рика, по­хожая лишь на прис­ту­пы бе­зумия у не­нор­маль­ных лю­дей. С каж­дым но­вым уда­ром, сле­зой, она не вып­лески­вала боль, а ка­жет­ся толь­ко на­обо­рот, уси­лива­ла её!
- Бел­ла! – Эд­вард оп­ро­метью ки­нул­ся к кро­вати, за­мечая бив­шу­юся в кон­вуль­си­ях ры­даний лю­бимую – Гос­по­ди, что слу­чилось?
Но она не слы­шала его. Не ви­дела его ис­пу­ган­но­го и рас­те­рян­но­го взгля­да, бо­роз­дя­щего её те­ло. Не ви­дела как за­мер­ли его ру­ки, со­бира­ющи­еся об­нять её как во все пре­дыду­щие ра­зы, не чувс­тво­вала его люб­ви и мыс­лей. Она во­об­ще не о чем не ду­мала, ни о ком не зна­ла. В её соз­на­нии вспы­хива­ли лишь кар­ти­ны из прош­ло­го, где Чар­ли жес­то­ко на­сило­вал её, сжи­мая ху­день­кое тель­це до­чери в сво­их гряз­ных и не­веро­ят­ны силь­ных ру­ках.
Та­кой ис­те­рики с ней ещё не бы­вало. Она ни­ког­да не поз­во­ляла се­бе это­го до се­год­няшне­го дня. С чем свя­зано её умо­поме­шатель­ство – с тем, что она рас­кры­ла ду­шу пе­ред Эд­вардом? Вспом­ни­ла в мель­чай­ших под­робнос­тях все мо­мен­ты ЭТО­ГО?
- Бел­ла! Иди ко мне, иди сю­да! – нем­но­го соб­равшись с мыс­ля­ми, и со­бирая по кру­пицам во­лю и тер­пе­ние, про­из­нес Эд­вард, са­дясь на кро­вать ря­дом с де­вуш­кой, и пы­та­ясь об­нять её.
- НЕТ, ПУС­ТИ! – этот крик его де­воч­ки так ис­пу­гал муж­чи­ну, что он буд­то от ог­ня от­дернул ру­ки, не­пони­ма­юще гля­дя на неё.
Бел­ла за­рыда­ла гром­че, сно­ва уда­ряя ру­ками о мат­рас с прос­ты­нями, и сжи­мая их сво­ими сла­быми паль­ца­ми. Она пы­талась прог­нать кош­мар, прет­во­рив­ший­ся в явь. Весь тот ужас, что ник­то не ви­дел столь­ко лет, те­перь кас­ка­дами лил­ся из неё.
Зас­тигну­тый врас­плох вне­зап­ным ос­ложне­ни­ем в по­веде­нии де­вуш­ки, Эд­вард ли­хора­доч­но раз­мышлял, что мог бы сде­лать для неё. От бо­ли у не­го сжи­малось сер­дце. Она ры­дала так, буд­то бы ко­нец ми­ра сов­сем близ­ко. Её тряс­ло, буд­то бы ли­хора­дило. Она би­лась в нас­то­ящих кон­вуль­си­ях и кри­чала, гло­тая сле­зы. Но ед­ва он про­тяги­вал к ней ру­ки, как ей ста­нови­лось ху­же. Она на­чина­ла гром­че кри­чать и ис­тошнее бить­ся о пок­ры­вала кро­вати. 
- Де­воч­ка моя, хо­рошая моя! – уго­вари­вал муж­чи­на, прис­таль­но гля­дя на Бел­лу, и си­лясь вмес­то ис­пу­га вло­жить в свой го­лос лас­ку, шеп­тал он – Жизнь моя, я не оби­жу те­бя! Поз­воль мне ус­по­ко­ить те­бя, род­ная!
Но Бел­ла не сог­ла­шалась. Она ка­чала го­ловой, за­дыха­ясь от но­вых ры­даний, и все ещё не оп­ра­вив­шись от ста­рых. Та­кого мир во­ис­ти­ну ещё не ви­дел. Ви­димо Тво­рец при­гото­вил для де­вуш­ки на­ивыс­шее из пре­пятс­твий, да­бы про­верить лю­бовь Кал­ле­на к ней. Не­уже­ли судь­ба так жес­то­ка?
От стра­даний Бел­лы у Эд­варда на­чина­ло нес­терпи­мо бо­леть в гру­ди, там, где сер­дце. Оно би­лось в такт с её, и те­перь буд­то ове­ян­ное пла­менем го­ря, не мог­ло спра­вить­ся с мра­ком, на­каты­ва­ющим на не­го.
- ОН НЕ ДОЛ­ЖЕН БЫЛ ДЕ­ЛАТЬ ЭТО­ГО! – ис­тошно за­ора­ла Бел­ла, па­дая на кро­вать пос­ле оче­ред­но­го прис­ту­па – НЕ ДОЛ­ЖЕН БЫЛ!
- Ко­неч­но, не дол­жен, - мяг­ко про­гово­рил Эд­вард, пред­при­нимая пя­тую по сче­ту по­пыт­ку хо­тя бы нем­но­го ус­по­ко­ить де­вуш­ку – но все кон­чи­лось, все прош­ло! 
Но Бел­ла не ус­по­ка­ива­лась. На­обо­рот, ей ста­нови­лось толь­ко ху­же – чем боль­ше она ду­мала об от­це, тем силь­нее вспо­мина­ния да­вили на её те­ло и ра­зум. Она сод­ро­галась от них и фи­зичес­ки и мо­раль­но. Лю­бому бы по­каза­лось, что она стра­да­ет эпи­леп­си­ей – та­кой си­лы бы­ли су­доро­ги от ры­даний, сво­див­шие её ко­неч­ности.
- Ухо­ди…! – прох­ри­пела она, хва­тая по­душ­ку, и при­жимая её к ли­цу, что бы заг­лу­шить ры­дания.
Эд­вард уве­рен­но по­качал го­ловой, сно­ва про­тяги­вая ру­ки к Бел­ле, но она опе­реди­ла его на­мере­ния, быс­тро под­ни­мая го­лову, и смот­ря на не­го с моль­бой:
- Нет, ос­тань­ся, про­шу те­бя! – её ед­ва хва­тило на эти две строч­ки, преж­де чем но­вая вол­на слез зах­лес­тну­ла её те­ло. Бес­силь­но упав на по­душ­ку, она про­дол­жа­ла ры­дать и вздра­гивать.
- Не уй­ду, не уй­ду! – под­би­ра­ясь бли­же к де­вуш­ке, и лас­ко­во во­дя паль­ца­ми по её сод­ро­га­ющей­ся спи­не, про­шеп­тал Эд­вард - Ку­да же я от те­бя де­нусь?
- ОН УБИЛ МЕ­НЯ! – от­швы­ривая по­душ­ку пря­мо в ли­цо муж­чи­не, и си­лясь прог­нать вос­по­мина­ние о Чар­ли из сво­ей го­ловы, зак­ри­чала де­вуш­ка. Но­вый прис­туп ох­ва­тил её, впу­тывая свои прок­ля­тые кор­ни в её ра­зум – ОН УНИЧ­ТО­ЖИЛ МЕ­НЯ! 
- Бел­ла, сол­нышко! - Эд­вард, от­ки­нув по­душ­ку в сто­рону, сел на кро­вати, смот­ря на Бел­лу в упор. Его зе­леные гла­за, ка­жет­ся, све­тились не­види­мым си­яни­ем в тем­но­те, и их ма­гичес­кий свет на се­кун­ду зас­та­вил Бел­лу ус­по­ко­ить­ся и вдох­нуть воз­ду­ха,…но по­том оче­ред­ная пар­тия бо­ли, слов­но бы вол­на, рух­ну­ла на её хруп­кие пле­чи, вы­бивая кис­ло­род из лег­ких, и зас­тавляя сод­ро­гать­ся на кро­вати.
Груз­но рух­нув в со­тый раз на по­вер­хность мат­ра­са, Бел­ла не наш­ла в се­бе бо­лее сил да­же по­шеве­лить ру­кой. Она лишь ры­дала, чувс­твуя, как сго­ра­ет в лег­ких кис­ло­род, а вмес­те с ним в сер­дце от бо­ли сго­ра­ет ду­ша.
- Ти­ше, лю­бимая – уби­рая не­пос­лушные пря­ди с ли­ца де­вуш­ки, про­из­нес Кал­лен, са­дясь ря­дом с ней, и пог­ла­живая её ру­ки. Она зад­ро­жала от его при­кос­но­вений, все ещё пом­ня не­дав­ние сны. Как ей бы­ло боль­но…и где же те­перь её здра­вый смысл?
- Де­воч­ка моя, - со всей неж­ностью про­шеп­тал ей на ухо Эд­вард, а пос­ле при­кос­нулся гу­бами к ще­кам, сти­рая сле­зы, все ещё ка­тив­ши­еся по ним – ты в бе­зопас­ности, ты со мной!
Не­ожи­дан­ное по­меша­тель­ство прош­ло так же быс­тро, как и на­чалось. Нет, та боль тер­за­ющая ду­шу ни­куда не де­лать, лишь те­перь она вы­ража­лась по-дру­гому. Ра­нее Бел­ла го­рела сна­ружи, а те­перь из­нутри. Все то бе­зумие те­перь ра­зыг­ра­лось внут­ри её, за внеш­ней обо­лоч­кой…
Боль там, внут­ри, бы­ла так ве­лика, что она не мог­ла по­шеве­лить ни ру­кой, ни но­гой, не мог­ла прек­ра­тить ти­хих ры­даний и ос­та­новить бе­шеные по­токи слез, мол­ча­ливо ка­тив­ши­еся по её ще­кам. Ка­жет­ся, сей­час она да­же не мог­ла го­ворить. Все её чувс­тва бы­ли обос­тре­ны и на­пол­ненные нес­терпи­мой, ужа­са­ющей и скры­ва­ющей­ся болью. Ни од­на се­кун­да её жиз­ни не сто­ила всей той го­речи, ко­торую она те­перь ис­пы­тыва­ла. Ржа­вый, ос­трый нож под наз­ва­ни­ем «го­ре» раз­ре­зал её сер­дце, кром­сая его, как хо­тел. Она не пы­талась одо­леть сво­их дь­яво­лов, сво­их стра­хов и сво­их стра­даний. Она са­ма то­му, не ве­ря, от­да­лась им в плен, поз­во­ляя уби­вать её из­нутри. Толь­ко вот про то, что ря­дом Кал­лен, она за­была…
- Вот ви­дишь! – ра­ду­ясь за­тишью в по­веде­нии де­вуш­ки, про­шеп­тал Эд­вард, мяг­ким, та­ющим и спо­кой­ным, слов­но топ­ле­ный са­хар ба­рито­ном. Не­имо­вер­но­го уси­лия ему сто­ило сей­час дер­жать се­бя в ру­ках, что бы по­мочь Бел­лы. Он имел до­гад­ки о том, что те­перь её боль пе­ремес­ти­лась внутрь, ос­та­вив на по­вер­хнос­ти лишь обез­дви­жен­ное, из­не­можен­ное те­ло. Его путь ле­жал к соз­на­нию Бел­лы, к её де­монам, по­селив­шимся там. Он из­го­нит их, из­ба­вит её от этой чер­то­вой бо­ли…Каж­дый кто при­чинит вред его де­воч­ке бу­дет унич­то­жен! – Ви­дишь, род­ная, все в по­ряд­ке! Ни­чего не бой­ся!
И с эти­ми сло­вами он при­нял­ся со всей лас­кой и неж­ность, со всей лю­бовью и ос­то­рож­ностью при­касать­ся гу­бами к её ли­цу, осу­шая сле­зы. Че­рез па­ру ми­нут он под­ме­тил, что не ос­та­лось и мил­ли­мет­ра ко­жи, ко­торый он бы не по­цело­вал. Ему нес­вой­ствен­ная бы­ла та­кая неж­ность да­же с Белль, но сей­час, с Бел­лой он от­кры­вал но­вого се­бя. То­го, ко­торо­го за все эти трид­цать пять лет тол­ком и не знал. За­кон­чив с ли­цом, Эд­вард пе­ремес­тился на её ру­ки, пог­ла­живая и це­луя их од­новре­мен­но. Она пе­реве­ла на не­го ус­та­лый, ос­текле­нев­ший и бо­лез­ненный взгляд, сле­дя за каж­дым его дви­жени­ем. Ес­ли бы сей­час она мог­ла ду­мать, го­ворить, мыс­лить… она чувс­тво­вала се­бя кус­ком де­рева, ни на что не год­ным и ни­кому не нуж­ным. Ес­ли бы не Эд­вард, она, на­вер­ное умер­ла бы се­год­ня. Умер­ла от всей той бо­ли и стра­даний, что до сих пор ис­тя­за­ют её, буд­то бы со­рев­ну­ясь меж­ду со­бой.
- Кра­сави­ца, - от­ры­ва­ясь от её ле­вой ру­ки, про­шеп­тал Эд­вард, и на гу­бах его взыг­ра­ла улыб­ка. Эта улыб­ка бы­ла не толь­ко прек­расна, но ещё и прав­ди­ва. Он выс­ка­зывал всю свою лю­бовь к ней это ис­крен­ней улыб­кой. Она не мог­ла ше­вель­нуть ни од­ной часть сво­его те­ла, ли­ца, и по­это­му прос­то про­дол­жа­ла мол­ча смот­реть на муж­чи­ну, вер­нувше­гося к сво­ему преж­не­му за­нятию. Она смот­ре­ла на не­го со всей лю­бовью и моль­бой, ка­кая мог­ла быть в её ма­лень­ком те­ле. Вся она же­лала, что бы он ни­ког­да не раз­лю­бил её, всег­да был ря­дом. Се­год­ня как ни­ког­да она ощу­тила его от­сутс­твие. Она зва­ла его, гром­ко кри­чала,…а те­перь она раз­би­та, уби­та го­рем. Но она не зна­ла, что её боль мо­жет на­чать от­сту­пать, воз­вра­щая ей власть над собс­твен­ным те­лом. Мо­жет быть, по­это­му она и не по­вери­ла, ког­да ше­вель­ну­ла паль­ца­ми сво­ей пра­вой ру­ки. Эд­вард в этот мо­мент как раз це­ловал имен­но её, и дви­жение со сто­роны де­вуш­ки об­ра­дова­ло его. Он уже по­нял, что идет по вер­но­му пу­ти, пы­та­ясь с по­мощью неж­ности ус­по­ко­ить сво­его ан­ге­ла.
Он под­нял на неё гла­за, в ко­торых она про­чита­ла всю его ра­дость и счастье от то­го что она ста­ла при­ходить в се­бя, про­чита­ла всю боль, ко­торую он ис­пы­тывал вмес­те с ней, уви­дела всю ту неж­ность, с ко­ей он це­ловал её ру­ки и осу­шал сле­зы, зап­ри­мети­ла всю его лю­бовь и пре­дан­ность…А он же в её взгля­де об­на­ружил те сло­ва, ко­торые от тер­завшей её бо­ли не мог­ли бы­ли быть про­из­не­сены:
«Я люб­лю те­бя!» - твер­дил взгляд пре­дан­ных, из­бо­лев­шихся шо­колад­ных глаз. Са­мых важ­ных и лю­бимых для не­го глаз на све­те. Он не пред­став­ляя, что мо­жет быть в этой жиз­ни важ­нее, чем его де­воч­ка. Страх по­тиху от­пускал его, хо­тя из­на­чаль­но он пе­ренер­вни­чал не мень­ше Бел­лы. Это ведь ужас­но – ви­деть му­чения лю­бимо­го че­лове­ка, и не иметь воз­можнос­ти по­мочь! – те­перь, хва­ла не­бесам, он мо­жет сде­лать эту её ночь тер­пи­мой, зас­та­вить её пос­пать хо­тя бы нем­но­го…!
Что-то под­ска­зыва­ло ему, что эта ночь ре­ша­ющая. Ре­ша­ющая бит­ва меж­ду Бел­лой и её стра­хами. Ес­ли на­зав­тра у неё хва­тит сил от­пустить их, зна­чит, она вы­иг­ра­ла,…а ес­ли про­иг­ра­ет? 
Нет, ему все рав­но. Она нуж­на ему лю­бой. Так же как и она, го­воря­щая ему о том, что ей пле­вать в ка­ком он сос­то­янии, он пре­дан­но смот­рел на неё, вы­ражая веч­но прек­ло­нение пе­ред ней. Этой хруп­кой де­воч­кой, по­корив­шей его неп­риступ­ное сер­дце.
- Сол­нышко мое, по­дож­ди се­кун­ду! – при­каса­ясь те­перь уже паль­ца­ми к её ще­кам, поп­ро­сил муж­чи­на. Бел­ла вздрог­ну­ла, ис­пу­гано гля­дя на не­го, но но­вая обод­ря­ющая улыб­ка Кал­ле­на зас­та­вила её от­вести взгляд. Он сам же быс­тро встал, нап­равля­ясь к ко­моду, и за­жигая не­яр­кую ноч­ную лам­пу, дос­тал от­ту­да па­кетик с ус­по­ко­итель­ным. Так же быс­тро нап­равля­ясь к ба­ру, как ра­нее к ко­моду, он из­влек от­ту­да фу­жер и бу­тыл­ку с во­дой. Со сво­его ле­жаче­го мес­та, да ещё и не в си­лах ше­вель­нуть­ся, поз­вать его, Бел­ла ма­ло что ви­дела. Страх сно­ва ско­вывал её, по­ка в сер­дце бо­ролись боль и жаж­да от­пу­щения прош­ло­го. Её тер­за­ло из­нутри, и она не зна­ла, как по­гасить это пла­мя, все ещё бу­шу­ющее в ней, нес­мотря на все ста­рания Кал­ле­на. Его по­целуи де­лали эту боль слег­ка тер­пи­мее, не бо­лее – но ведь ма­лое об­легче­ние то­же важ­но! – осо­бен­но сей­час, ког­да она обес­си­лила, и не мо­жет сра­жать­ся. Так где же он, тот, кто по­мога­ет ей бо­роть­ся с са­мой со­бой?
Эд­вард дож­давшись, на­конец рас­тво­рения ле­карс­тва взял фу­жер, и вер­нулся с ним к кро­вати Бел­лы. Пос­та­вив его на тум­бочку, он неж­но и од­новре­мен­но воп­ро­ситель­но взгля­нул на Бел­лу. Ви­дя в её гла­зах не­пони­мание с ма­лой до­лей стра­ха, он на­рочи­то мед­ленно и ак­ку­рат­но про­тянул к ней ру­ки, и толь­ко убе­див­шись, что она не от­пря­нет от не­го и не ис­пу­га­ет­ся, от­ва­жил­ся под­нять её с по­душек, что бы пе­реса­дить к се­бе на ко­лени. Креп­ко схва­тив­шись паль­ца­ми за шею Эд­варда, Бел­ла при­жалась к не­му, счи­тая это на­ивыс­шим зем­ным бла­гом. Ей ни­чего не нуж­но, ни­чего! Пусть толь­ко Эд­вард бу­дет ря­дом! Бу­дет счас­тлив и лю­бим – она все сде­ла­ет для то­го, что бы он чувс­тво­вал это!
- Бэм­би – за­рыва­ясь ли­цом в во­лосы де­вуш­ки и нас­лажда­ясь их аро­матом, про­из­нес Кал­лен – Лю­бимая моя, жизнь моя! 
Бел­ла вы­дави­ла вы­мучен­ную улыб­ку, что сто­ило ей не­имо­вер­ных тру­дов. Ей ка­залось, что власть над собс­твен­ным те­лом и го­лосом без­воз­врат­но по­теря­на. Ви­димо, нер­вное пот­ря­сение и шок ста­ли ре­ша­ющи­ми для се­год­няшней но­чи. И все же, Эд­вард был так не­жен, так добр к ней, что от люб­ви к не­му у неё за­мира­ло то са­мое ис­терзан­ное, из­бо­лев­ше­еся сер­дце.
- Дер­жи! – она ус­лы­шала его лас­ко­вый ба­ритон над ухом, про­тяги­ва­ющим ей ста­кан. Од­но­го взгля­да Бел­лы бы­ло дос­та­точ­но, что бы Эд­вард по­нял о её сос­то­янии. Ка­кой же он все-та­ки по­нима­ющий…как ей по­вез­ло встре­тить че­лове­ка, спо­соб­но­го лю­бить её и по­могать ей в лю­бой си­ту­ации! 
Улыб­нувшись, Эд­вард нак­ло­нил стек­лянный фу­жер к ус­там де­вуш­ки, сле­дя за тем, что бы она пол­ностью вы­пила его, и не по­дави­лась. Он сам дер­жал его, од­новре­мен­но ус­пе­вая дер­жать спи­ну Бел­лы сво­бод­ной ру­кой. Все это ка­залось для не­го пус­тя­ками – лишь бы она ус­по­ко­илась, и боль от­пусти­ла её. Свой страх по по­воду её обез­дви­жива­ния и мол­ча­ния ему приш­лось уп­ря­тать в са­мые деб­ри соз­на­ния – поз­же раз­бе­рет­ся!
Так же как и ра­нее, со всей ак­ку­рат­ностью и неж­ность он уло­жил её на толь­ко что им же рас­прав­ленные прос­ты­ни и по­душ­ки, и об­няв, нак­рыл оде­ялом. По­дот­кнув его со всех сто­рон, он нак­ло­нил­ся к уху Бел­лы, ти­хо на­певая ей ту са­мую ко­лыбель­ную, по­мога­ющую ей ус­нуть.
Он не знал, что его при­сутс­твие луч­ше снот­ворно­го, ко­торое он ей дал…
Бла­годар­ный взгляд Бел­лы, го­воря­щий о её люб­ви Эд­вард ми­гом уви­дел, и су­мел оз­ву­чить свой от­вет сло­вами, пе­ред этим це­луя её в лоб, и улы­ба­ясь:
- Я то­же те­бя люб­лю, Бел­ла! Боль­ше всех на све­те! Боль­ше собс­твен­ной жиз­ни! – с эти­ми сло­вами он про­дол­жил на­певать ко­лыбель­ную, для луч­ше­го су­щес­тва на све­те. Его Бел­лы. Его ма­лень­кой и са­мой лю­бимой де­воч­ки!

Похожие статьи:

Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...




Добавить комментарий
Комментарии (0)