18 октября 2015 Просмотров: 633 Добавил: тasha

Заточенная в Золотой Клетке. Глава 45

 

Гла­ва 45 - Ис­то­рия ма­лень­ко­го маль­чи­ка, по име­ни Эд­вард

Сол­нце за­ходи­ло над го­родом, ос­ве­щая все вок­руг сво­ими лу­чами. Го­род ос­тался да­леко по­зади за спи­нами Эд­варда и Бел­лы, си­дящих на бе­регу то­го са­мого прес­но­го озе­ра, в ко­торое ед­ва не упа­ла с об­ры­ва де­вуш­ка ут­ром. Кал­лен дол­го не ре­шал­ся на­чать раз­го­вор с Бел­лой, оп­равды­ва­ясь сам пе­ред со­бой тем, что хо­чет дать ей нас­ла­дить­ся этим за­меча­тель­ным днем. Но пси­холо­ги яс­но вы­рази­ли путь по­мощи его де­воч­ке, и пусть это слож­но и боль­но для них обо­их, он дол­жен сту­пить пер­вый шаг, го­воря с ней об этом. Ка­жет­ся за этот день слу­чилось мно­го че­го хо­роше­го пос­ле то­го ут­ренне­го, неп­ри­ят­но­го про­ис­шес­твия, но го­това ли Бел­ла к по­доб­но­му от­кро­вению с ним? Го­тов ли он рас­крыть пе­ред ней все кар­ты?
Как же все слож­но, и как все это не­об­хо­димо. Не­об­хо­димо им обо­им, и ес­ли он хо­чет счастья се­бе и сво­ей лю­бимой, он обя­зан пой­ти на это, и он пой­дет. Толь­ко бы у не­го хва­тило сме­лос­ти…
- Пом­нишь, ты пред­ло­жила мне сдел­ку? – ти­хо на­чал Эд­вард, по­вора­чива­ясь к Бел­ле, вни­матель­но смот­ря­щей на за­кат меч­та­тель­ны­ми гла­зами. Ус­лы­шав его го­лос, угол­ки её губ дрог­ну­ли в улыб­ке, но ког­да до соз­на­ния до­шел смысл слов, она не­воль­но нах­му­рилась:
- Ка­кой сдел­ке? – удив­ленно про­из­несла она, пы­та­ясь при­пом­нить ис­чезнув­ший из па­мяти эпи­зод
- В тот день ког­да я вер­нулся из Аф­ри­ки, ты по­обе­щала что рас­ска­жешь мне о все сво­ей жиз­ни, ес­ли я рас­ска­жу все о сво­ей! – на­пом­нил Эд­вард, рас­се­яно пе­реби­рая тра­ву паль­ца­ми – Я го­тов…сог­ла­сить­ся…а ты?
Бел­ла рас­те­ряно и слег­ка ис­пу­гано взгля­нула на не­го, смот­ря шо­колад­ны­ми гла­зами пря­мо в его изум­рудные ому­ты. В её гла­зах бы­ла моль­ба, бы­ло от­ча­янье, од­но­му Бо­гу из­вес­тно сколь­ко вы­дер­жки по­надо­билось Эд­варду, что бы не заб­рать свои сло­ва об­ратно в этот мо­мент.
- Хо­рошо… - ти­хо про­из­несла Бел­ла, по­нимая что при­шел тот са­мый мо­мент- пусть ко­торо­го она и бо­ялась – ког­да меж­ду ни­ми не дол­жно ос­тать­ся сек­ре­тов. Ни­каких. Толь­ко до­верие и лю­бовь. В его люб­ви она не сом­не­валась, она сом­не­валась лишь в се­бе и сво­ей вы­дер­жке, в свое са­мокон­тро­ле и бо­левом по­роге. Она не вы­дер­жит, ес­ли вспом­нит все ЭТО сно­ва. В её соз­на­нии так же прос­коль­зну­ла мысль, что и Эд­варду бу­дет слиш­ком тя­жело. Сто­ит ли все это та­ких жертв, трат, и нер­вов? – от­вет ясен как день: сто­ит! И она спра­вит­ся. Спра­вит­ся, по­тому что ря­дом с ней луч­ший че­ловек на све­те, её Лев, её хра­нитель, её Эд­вард. Она по­может спра­вить­ся с этой болью и ему, ког­да он рас­ска­жет все о се­бе, пос­та­ра­ет­ся по­мочь…
- Я сог­ласна, но ты пер­вый! – все так же ти­хо, но уже уве­рен­нее, и под­ни­мая взгляд на Кал­ле­на, про­из­несла де­вуш­ка.
Эд­вард прик­рыл гла­за, шум­но сглот­нув, и мед­ленно ки­вая. Он пред­став­лял всю ту боль, что про­изой­дет с ним, ког­да он за­ново встре­вожит все вос­по­мина­ния, слов­но бы ре­бенок ра­зог­нал стаю го­лубей - эти мыс­ли по­доб­но пти­цам раз­ле­тят­ся по его те­лу, ду­ше и соз­на­нию. Он спо­собен вы­нес­ти это? Хва­тит у не­го вы­дер­жки, хва­тит ли тер­пе­ния? Как же он упо­вал на то, что бы все чем он об­ла­да­ет, че­го же­ла­ет – бы­ло дос­та­точ­но…толь­ко бы все это не раз­ру­шило его сно­ва, не пог­ру­зило в деп­рессию! Он ну­жен Бел­ле, осо­бен­но сей­час, ког­да она са­ма не смо­жет выб­рать­ся из той прок­ля­той ямы бо­ли, ку­да её ста­щил Свон. 
- Я с то­бой, я здесь! – Бел­ла нес­ме­ло улыб­ну­лась, по­дод­ви­гая свою ру­ку к ру­ке Эд­варда, и не­силь­но сжи­мая её в сво­ей – в знак под­дер­жки и вза­имо­помо­щи. Этот её жест при­дал муж­чи­не сил, и он на­чал то, что до­ныне ник­то и ни­ког­да не слы­шал. Ис­то­рию о том, что приш­лось ему ис­пы­тать до встре­чи со сво­ей ма­лень­кой де­воч­кой, до встре­чи с Бел­лой:
- Я ро­дил­ся в Нью-Й­ор­ке, в семье Кар­лай­ла и Эс­ми Кал­ле­нов. Кар­лайл яв­лялся две­над­ца­тым ко­леном ро­дос­ловной на­шей ди­нас­тии, и мо­жет быть имен­но по­тому, что я ро­дил­ся под зна­ком «Чер­той дю­жины» и ос­квер­ни­ло мою судь­бу! – Эд­вард сла­бо ус­мехнул­ся, пе­рево­дя взгляд на за­ходя­щее сол­нце, и про­дол­жая рас­сказ – Эс­ми бы­ла очень кра­сивой. Я пом­ню, ка­кие у неё бы­ли рос­кошные брон­зо­вые куд­ри, и теп­лая, ма­терин­ская улыб­ка. В на­шей семье неп­ри­нято бы­ло рас­простра­нять­ся о сво­их пе­режи­вани­ях и впе­чат­ле­ни­ях. Мой мир, Бел­ла, очень силь­но от­ли­чал­ся от ми­ра боль­шинс­тва де­тей США, иног­да мне ка­жет­ся, что детс­тва у ме­ня во­об­ще не бы­ло. Ка­кие-то на­меки на дет­ские иг­ры и про­ис­шес­твия про­ис­хо­дили с Элис, но ей это спус­ка­ли с рук. Я был единс­твен­ным нас­ледни­ком, единс­твен­ным сы­ном Кар­лай­ла. Я не очень хо­рошо пом­ню его ли­цо, по­тому, что ви­дел очень и очень ред­ко. Пом­ню толь­ко то, что у не­го бы­ли зе­леные гла­за… - за­дум­чи­во про­из­нес Эд­вард. Объ­яс­няя, он пе­ри­оди­чес­ки сжи­мал и раз­жи­мал паль­цы сво­бод­ной от ла­дони Бел­лы ру­ки, так и не ре­ша­ясь пос­мотреть на де­вуш­ку. Он бо­ял­ся стру­сить и за­мол­чать. Нет уж, пусть луч­ше раз­гля­дыва­ет пей­заж. Бел­ла зас­лу­жила воз­можность уз­нать прав­ду… 
- Как это, не бы­ло детс­тва? – удив­ленно про­из­несла де­вуш­ка, раз­мышляя над рас­ска­зом муж­чи­ны
- Бел­ла, у нас­ледни­ков мил­ли­ар­де­ра не мо­жет быть изъ­янов, не­дос­татков. Эти де­ти иде­аль­ны, и иног­да ка­жет­ся, что они вов­се не де­ти, а ро­боты. Я рос в зо­лоте, рос в бар­ха­те и шел­ках. На мой день рож­де­ния не приг­ла­шали мо­их сверс­тни­ков! Там бы­ли зна­комые Кар­лай­ла с раз­личных, все­мир­но из­вес­тных ком­па­ний по до­быче жем­чу­га, неф­ти, ал­ма­зов и цен­ных ме­тал­лов. Кни­ги, ко­торые я чи­тал, бы­ли на­писа­ны не для де­тей, а для взрос­лых, сос­то­яв­шихся лю­дей. Я но­сил то, что мне по­дава­ли, го­ворил так, как ме­ня учи­ли, и не смел ни сло­вом ни жес­том вы­разить неб­ла­годар­ность да­же собс­твен­но­му от­цу! Эс­ми бы­ла для ме­ня от­ду­шиной, ма­терью, я мог го­ворить с ней ча­сами, ес­ли пре­дос­тавля­лась воз­можность. Как же­на Кар­лай­ла она дол­жна бы­ла по­сещать все ме­роп­ри­ятия, ко­торые по­сещал он. Со мной ос­та­вались ня­ни, гу­вер­нан­тки…им не бы­ло сче­та, по­тому что они ме­нялись слов­но пер­чатки. За ма­лей­шую про­вин­ность они с по­зором из­го­нялись из по­местья. Сна­чала мне ль­сти­ло та­кое прис­таль­ное вни­мание ко мне, как ме­ня обе­рега­ли, как за мной сле­дили, и с ка­ким тре­петом смот­ре­ли. Эс­ми дол­го бы­ла бес­плод­на, преж­де чем ро­дил­ся я.…С ме­ня бук­валь­но сду­вали пы­лин­ки, и это пов­ли­яло на фор­ми­рова­ние мо­его ха­рак­те­ра - я был жут­ко са­мов­люблен и эго­ис­ти­чен. Вот тог­да и воз­ник этот эго­изм… - Эд­вард го­рес­тно ус­мехнул­ся, ре­ша­ясь под­нять взгляд на де­вуш­ку. Она теп­ло и со­чувс­твен­но улыб­ну­лась ему, не пе­рес­та­вая ду­мать о той ис­то­рии, что он ей рас­ска­зывал. 
- Ты не эго­ист, ты за­ботишь­ся обо мне, Эд­вард! – про­из­несла она, пок­репче сжи­мая его ру­ку в сво­ей
- До те­бя это­го удос­та­ива­лись нем­но­гие… - грус­тно про­из­нес Кал­лен, под­ни­мая ру­ку, и про­водя ей по ще­ке де­вуш­ки. Бел­ла зат­ре­пета­ла от его при­кос­но­вения. Он нес­ме­ло ух­мыль­нул­ся, и опус­тив ру­ку, сно­ва пе­ревел взгляд на са­дяще­еся сол­нце, про­дол­жая рас­ска­зывать ис­то­рию сво­ей жиз­ни:
- В об­щем со вре­менем я ус­во­ил все те пра­вила, ко­торы­ми ме­ня «пич­ка­ли» все вок­руг. Я вла­дел эти­кетом, я знал, ког­да и что нуж­но го­ворить, знал, ког­да и что нуж­но есть, на­девать, чи­тать…Ме­ня учи­ли как жить в этом ми­ре, пол­ным зла и жес­то­кос­ти. Я сам часть это­го ми­ра, по­рож­де­ния ть­мы. Каж­дый день мой был на­пол­нен мра­ком оди­ночес­тва. У ме­ня не бы­ло ни­кого кро­ме Эс­ми, ко­му я мог до­верить­ся. Я не лю­бил ни от­ца, ни тех мно­гочис­ленных родс­твен­ни­ков и гу­вер­нанток, что бы­ли со мной. Я лю­бил лишь Эс­ми, она бы­ла для ме­ня цен­тром ми­роз­да­ния, и я счи­тал её от­ду­шиной…
...Ког­да Кар­лайл уз­нал, что она бе­ремен­на вновь, спус­тя де­сять лет с мо­его рож­де­ния, он об­ра­довал­ся, хоть и не по­казал это. Он был рад лишь то­му, что прод­лится их род, наш род, род Кал­ле­нов. Эс­ми бы­ла не­обы­чай­но жи­вой, здо­ровой и ра­дос­тной, чувс­твуя под сер­дцем ещё од­ну жизнь. Она про­води­ла со мной боль­ше вре­мени, час­то сме­ялась, чи­тала мне ин­те­рес­ные кни­ги. Для ме­ня ста­ло нас­то­ящим уда­ром, ког­да од­нажды Кар­лайл во­шел в мою ком­на­ту, и ска­зал, что она умер­ла. Умер­ла при ро­дах… - Эд­вард зап­нулся, ког­да в его го­лове всплы­ла кар­тинка то­го раз­го­вора с от­цом: 
«Он как обыч­но си­дел в сво­ей ком­на­те, его оби­тели. Он ждал но­вос­тей от Эс­ми, ко­торая у­ез­жая в род­дом, по­обе­щала при­вез­ти ему дру­га, сес­трен­ку или бра­тика. Она обе­щала вер­нуть­ся, и у маль­чи­ка да­же в мыс­лях не бы­ло, ка­кую жес­то­кую шут­ку сыг­ра­ет с ним судь­ба. 
Кар­лайл вхо­дил к не­му так ред­ко, что Эд­вард был нес­ка­зан­но удив­лен, уви­дев его на по­роге. Муж­чи­на со стро­гим, хо­лод­ным ли­цом и ос­текле­нев­шим взгля­дом пос­мотрел на сы­на, и про­шес­тво­вал к его кро­вати, сел ря­дом.
- Отец! – кив­ком го­ловы маль­чик поп­ри­ветс­тво­вал Кар­лай­ла. Так его учи­ли. Муж­чи­на нах­му­рил­ся, и он вздрог­нул, пы­та­ясь по­нять, что сде­лал не так.
- Эд­вард, ты дол­жен по­нять, что не все в ми­ре иде­аль­но, и так как ты хо­чешь. Мир жес­ток, и те­бе при­дет­ся сми­рить­ся с этим – ос­трым, ко­лючим и хо­лод­ным го­лосом про­из­нес его отец, смот­ря на маль­чи­ка пус­тым взгля­дом, не вы­ража­ющим ни­чего. В нем не бы­ло бо­ли, гне­ва на судь­бу, или не­навис­ти к се­бе. Он был пус­тым, слов­но стек­лянный ша­рик.
- Сми­рить­ся с чем? – ис­пу­гано про­из­нес Эд­вард, отс­тра­ня­ясь от от­ца к про­тиво­полож­но­му краю кро­вати
- Твоя мать умер­ла, Эд­вард. Ты дол­жен сми­рить­ся с этим! – про­из­не­ся эти сло­ва, Кар­лайл сно­ва бро­сил взгляд на сы­на, и пос­пешно встав, на­вер­ное, опа­са­ясь его ре­ак­ции, и не зная что де­лать, быс­трым ша­гом вы­шел из ком­на­ты. Эд­вард оша­раше­но смот­рел ему вслед, не ве­ря в про­ис­хо­дящее. Он ки­нул­ся за ним, бе­жал по ко­ридо­рам, хва­тая за ру­ки, и со сле­зами про­сил ска­зать ему прав­ду. Кар­лайл пы­тал­ся от­це­пить­ся от на­зой­ли­вого от­прыс­ка, на гла­зах у прис­лу­ги ве­дуще­го се­бя не­подо­ба­юще. Под­няв сы­на с по­ла, он за ру­ку за­тащил его в тем­ный угол, и воз­вы­ша­ясь над ним, чет­ко, яс­но и хо­лод­но про­гово­рил:
- Ты – нас­ледник ди­нас­тии Кал­ле­нов, - Ты на­ше про­дол­же­ние, на­ша кровь, ты мой сын. Ты Эд­вард Кал­лен, и ты не мо­жешь вес­ти се­бя по­доб­ным об­ра­зом. Ты дол­жен, во что бы то ни ста­ло обе­регать имя и честь семьи. У те­бя нет дру­гих це­лей и нужд. Ты Кал­лен, и этим все ска­зано! 
- Ма­ма жи­ва! – ис­ступ­ленно ры­дая, прох­ри­пел маль­чик, при­жима­ясь к сте­не - Ты врешь!
- Твоя мать умер­ла, Эс­ми Кал­лен боль­ше нет. Она ро­дила те­бе сес­тру, и скон­ча­лась! – сталь­ным го­лосом, не тер­пя­щим воз­ра­жений, про­из­нес он. И стрях­нув с се­бя ру­ку от­прыс­ка, вы­шел из уг­ла, нап­равля­ясь по ко­ридо­ру к вы­ходу из до­ма. Он дол­жен был заб­рать ре­бен­ка и те­ло же­ны в особ­няк. Сам же Эд­вард сто­ял, прис­ло­нив­шись к сте­не, и ти­хо ры­дая. Он не ве­рил, не мог по­верить в сло­ва Кар­лай­ла. Ни­кого не по­верил…»
- Мне жаль… - со­чувс­твен­но про­из­несла Бел­ла, и Эд­вард, вы­ныр­нув из му­читель­ных вос­по­мина­ний, пос­мотрел на неё. В его гла­зах дей­стви­тель­но бы­ло со­чувс­твие...
- Са­мое страш­ное не это, Бел­ла – злоб­ным ше­потом про­из­нес Эд­вард, от­ча­ян­но пы­та­ясь спра­вить­ся с со­бой – Са­мое страш­ное то, что в его взгля­де и го­лосе не бы­ло ни кап­ли со­чувс­твия, ни кап­ли го­речи! Ему бы­ло все рав­но! Он был слов­но ма­некен, он бы не жи­вой, был прос­то ви­дени­ем, ил­лю­зи­ей…В тот день он не ска­зал мне ни­чего, что дол­жен был ус­лы­шать де­сяти­лет­ний ре­бенок от сво­его ро­дите­ля. Он не по­пытал­ся ра­зоб­рать­ся с мо­ей болью, не пы­тал­ся ме­ня уте­шить…Я был слов­но пред­мет ин­терь­ера, он ду­мал, что я то­же не умею чувс­тво­вать, он бо­ял­ся лю­дей, ко­торые от­кли­кались на чувс­тва,…Я стал та­ким же, Бел­ла! Мне не ин­те­рес­но бы­ло ничье мне­ние, ничьи мыс­ли и пе­режи­вания кро­ме тво­их, Элис и Иза­бел­лы. Я и ос­тался та­ким, но по от­но­шению к те­бе. Я не знаю, смо­гу ли я сдер­жать­ся в сле­ду­ющий раз, смо­гу ли быть дос­той­ным те­бя, лю­бить те­бя так же, как и се­год­ня,…я не знаю… - он пре­рывис­то ды­ша выс­ка­зывал все на­болев­шее, зная что ни­кому бо­лее не мо­жет рас­ска­зать об этом, кро­ме сво­ей ма­лень­кой де­воч­ки, сво­его ан­ге­ла. Толь­ко бы она по­няла его, толь­ко бы не ис­пу­галась!
- Ти­ше, ти­ше! – Бел­ла бе­реж­но взя­ла его ли­цо в ла­дони, смот­ря в блес­тя­щие от под­сту­па­ющих слез гла­за Эд­варда – Ты не та­кой, ты за­меча­тель­ный! Ты ду­ма­ешь, что та­кой же, как Кар­лайл, но ты оши­ба­ешь­ся. Ты дру­гой. Ты всег­да был дру­гим. Те­бя зас­та­вили из­ме­нить­ся, так же как зас­тавля­ли ме­ня! Я люб­лю те­бя, и бу­ду лю­бить, что бы ни слу­чилось, ка­ким бы ты ни был, ка­ким бы не стал! – она, слег­ка улы­ба­ясь, про­из­но­сила эти сло­ва, не те­ряя с ним зри­тель­но­го кон­такта, и на­де­ясь заб­рать хоть час­тичку его бо­ли се­бе.
- Это ты за­меча­тель­ная, Бел­ла, ты – все что у ме­ня есть, я не пе­режи­ву ес­ли по­теряю те­бя! – вздох­нув, и смар­ги­вая сле­зы, про­шеп­тал Эд­вард, - Ты единс­твен­ная моя цен­ность!
- А ты – моя! – Бел­ла лас­ко­во улыб­ну­лась ему, лас­кая паль­ца­ми ску­лы – Ес­ли те­бе слож­но про­дол­жать сей­час, мы мо­жем за­кон­чить…
- Нет, все нор­маль­но! – бе­ря её ру­ки в свои, и смот­ря на свою де­воч­ку, про­гово­рил Эд­вард, и глу­боко вздох­нув, воб­рал в се­бя все си­лы, да­бы про­дол­жить ис­то­рию, раз уж обе­щал:
- Я нев­злю­бил Элис лю­той не­навистью, ког­да уви­дел. Я счи­тал, что она уби­ла мою мать, и не­нави­дел её. Я за­пирал­ся от неё в ком­на­те, сбе­гал от неё, ког­да она, под­растая, ста­ла пы­тать­ся по­иг­рать со мной!
…Отец же ещё боль­ше уг­лу­бил­ся в де­ла, пол­ностью сбро­сив нас на ня­нек. Они смот­ре­ли за на­ми, ле­ниво раз­гу­ливая по до­му. Каж­дая из них меч­та­ла ока­зать­ся в пос­те­ли Кар­лай­ла, стать его же­ной, раз уж по­явил­ся та­кой шанс. Они меч­та­ли о ши­кар­ной жиз­ни, и им не­веро­ят­но по­вез­ло, что их меч­ты не осу­щес­тви­лись. Ник­то и ни­ког­да не дол­жен са­мо­от­вержен­но всту­пать на этот путь, путь из зо­лота. Он ве­дет в без­дну, из ко­торой ма­ло что мо­жет спас­ти…
Я же раз­гля­дывая Элис, стал за­мечать то, что она ста­новить­ся по­хожей на мою мать. У неё бы­ли та­кие же се­рые, как и у неё гла­за, та­кая же теп­лая улыб­ка и та­кой же доб­рый ха­рак­тер. Я за­мечал, что ей не нра­вит­ся вся та жизнь, в ко­торой она ока­залась. Она ос­та­валась доб­ро­душ­ной, не кап­ризни­чала, хо­тя и не хо­тела об­щать­ся с не­кото­рыми гу­вер­нан­тка­ми. А од­нажды ночью я проб­рался к ней в спаль­ню, и пос­мотрел на это спя­щее соз­да­ние. Она бы­ла так бе­зум­но по­хожа на Эс­ми, что я не­воль­но при­вязал­ся к ней за од­ну се­кун­ду. По­любил той же лю­бовью, что и мать. За те три го­да, что прош­ли с её смер­ти, я не знал чем се­бя за­нять. Я уси­лен­но изу­чал язы­ки, ма­тема­тику, на­уку, ища заб­ве­ния. Пос­ле же то­го, как я раз­гля­дел в Элис Эс­ми, она ста­ла цен­тром ми­роз­да­ния для ме­ня. Я обо­жал её, я стал её нас­тавни­ком и учи­телем, я стал её луч­шим дру­гом. Она до­веря­ла мне, слу­шала мои ис­то­рии, и рас­ска­зыва­ла о сво­их го­рес­тях и сек­ре­тах. Мы бы­ли не­веро­ят­но друж­ны. – Эд­вард улыб­нулся, вспо­миная свою сес­трен­ку, свою Эл, и кля­нясь се­бе в том, что добь­ет­ся её про­щения. Джас­пер по­может ему, ес­ли уже не по­мог! Он ведь го­ворил что у них все нор­маль­но, все на­лажи­ва­ет­ся? Нуж­но бы поз­во­нить ему се­год­ня,…но все поз­же, сей­час он за­нят бо­лее важ­ным де­лом:
- Так и прош­ли го­ды. Мы вмес­те учи­лись, гу­ляли, иг­ра­ли…Она ста­нови­лась все боль­ше по­хожа на Эс­ми, а я на Кар­лай­ла. Мне бы­ло страш­но от из­ме­нений, про­ис­хо­дящих во мне. Я мог сор­вать­ся на сес­тру, на гу­вер­нан­тку, я был зло­бен и жес­ток, слов­но бы он. Иног­да мне бы­ло пле­вать на все, и да­же на Элис. Я не мо­гу прос­тить се­бе тех дней, ког­да сры­вал­ся на неё…на те­бя… - Эд­вард глу­боко вдох­нул, что бы про­дол­жить – Во­об­щем, го­ды шли, и я взрос­лел. Ког­да мне ис­полни­лось сем­надцать, Кар­лайл ввел ме­ня в де­ла. Он от­дал мне од­но из сво­их пред­при­ятий, на­учив всем за­конам биз­не­са, и я стал им уп­равлять. У ме­ня был це­лый штат ра­бот­ни­ков, и нес­коль­ко сек­ре­тарш. Од­ной из них бы­ла Та­ня. Ей тог­да бы­ло де­вят­надцать. Мы с ней про­води­ли вре­мя в мо­ем ка­бине­те, за­нима­ясь лю­бовью пря­мо на до­гово­рах. Мне тог­да ка­залось, что люб­ви не бы­ва­ет. Что есть толь­ко страсть и вле­чение. Лю­бовь – как са­мо чувс­тво – бы­ла у ме­ня толь­ко к Элис, и мер­твой Эс­ми. Боль­ше ни к ко­му… Та­ня ис­чезла из мо­ей жиз­ни очень быс­тро и вне­зап­но. Я был в ярос­ти, пов­сю­ду ис­кал её, но так и не смог най­ти. Уже за­быв о сво­ей сек­ре­тар­ше, я оку­нул­ся в де­ла с но­вым рве­ни­ем, и дос­тиг ус­пе­хов. Кар­лайл от­дал мне ещё три пред­при­ятия, и ку­пил дом в при­горо­де. Он гор­дился мной, но эта бы­ла не гор­дость за сы­на. Это бы­ла гор­дость за воз­вы­шение ре­пута­ции семьи, нас­ледни­ка. Он не был от­цом, он был слов­но бы чу­жим, по­тому что Элис ви­дела его да­же ре­же чем я. Впро­чем, нам хва­тало ком­па­нии друг дру­га. 
…ког­да Кар­лай­ла не ста­ло, Элис да­же не пла­кала. Я же, вспо­миная мо­мент о том, как он со­об­щил мне о смер­ти Эс­ми, да­же в тай­не зло­радс­тво­вал, счи­тая это от­мще­ни­ем ему. 
Дни по­тяну­лись в преж­ней не­тороп­ли­востью, но все же прев­ра­щались в не­дели, а не­дели ста­нови­лись ме­сяца­ми. Я про­дал ста­рый дом от­ца, и пе­ре­ехал в свой особ­няк, по­дарен­ный им же. По за­веща­нию Кар­лай­ла вся кор­по­рация пе­реш­ла мне, и я про­водил дни и но­чи, раз­би­рая до­кумен­та­цию. Мно­гомил­ли­ар­дные фир­мы тре­бова­ли пос­то­ян­но­го над­зо­ра и вни­мания, и я пы­тал­ся ра­зоб­рать­ся во всем этом, ба­рах­та­ясь сна­чала слов­но бы ре­бенок. Но по­том все по­лучи­лось, и те, кто сна­чала пы­тал­ся смес­тить ме­ня с мес­та ру­ково­дите­ля, горь­ко по­жале­ли о сво­их пос­тупках… 
- Ты убил их? – дро­жа, спро­сила Бел­ла, под­ни­мая на не­го взгляд.
- Не­кото­рых… - ти­хо про­шеп­тал Эд­вард, не­нави­дя се­бя за то, что зас­тавлял Бел­лу выс­лу­шивать это. Мед­ленно, но вер­но он приб­ли­жал­ся к той час­ти, о ко­торой ему боль­нее все­го ду­мать. Но, так или ина­че, он дол­жен рас­ска­зать обо всем Бел­ле, ес­ли хо­чет ус­лы­шать прав­ду о ней.
- Про­дол­жай… - ти­хо про­мол­ви­ла Бел­ла, пе­рево­дя взгляд на их спле­тен­ные паль­цы 
- Мы с Элис обос­но­вались в но­вом особ­ня­ке, и спус­тя пол­то­ра го­да пос­ле у­ез­да Та­ни, я на­шел под дверью ко­лыбель с ре­бен­ком. Ря­дом с де­воч­кой бы­ла за­пис­ка – «Это твоя дочь. Иза­бел­ла», – это со­бытие пот­рясло ме­ня до глу­бины ду­ши. Сна­чала я ре­шил, что это бре­довая шут­ка, но ока­залось сов­сем на­обо­рот. Я на­обум при­нял­ся ра­зыс­ки­вать Та­ню, но и во вто­рой раз мои по­пыт­ки най­ти её без­дарно про­пали. Ко­неч­но, де­воч­ка ос­та­лась у ме­ня, и что бы окон­ча­тель­но убе­дить­ся в на­шем родс­тве, мы про­вели ге­нети­чес­кую эк­спер­ти­зу…
…На­до ска­зать мою дочь все при­няли впол­не ес­тес­твен­но и нор­маль­но. Элис она сра­зу же пон­ра­вилась, и они ста­ли под­ру­гами бук­валь­но с рож­де­ния Иза­бел­лы. Я не ве­рил в то, что про­ис­хо­дит. Я не умел об­щать­ся с деть­ми, и не со­бирал­ся за­водить собс­твен­ных в де­вят­надцать лет. Мне бы­ло хо­рошо и с Элис, а ре­бенок…ме­ня пу­гало это сло­во, по­тому, что я пом­нил свое детс­тво! Бла­го, Элис смог­ла най­ти сло­ва, и убе­дила ме­ня в ре­аль­нос­ти. Убе­дила в том, что я смо­гу стать хо­рошим от­цом. И я пы­тал­ся, все­ми си­лами пы­тал­ся. Я иг­рал с ней, я про­водил с ней все сво­бод­ное вре­мя, пы­та­ясь сде­лать для неё са­мое луч­шее детс­тво и жизнь, ка­кую мог. На день рож­де­ние при­ходи­ли её друзья, и не мес­тная эли­та, она по­луча­ла в по­дарок ку­кол, а не экс­клю­зив­ные сбор­ни­ки со­чине­ний Хэ­мин­гу­эйя. Я не по­казы­вал ей то­го лос­ка, в ко­тором она жи­ла, как это де­лали со мной. Да, у неё бы­ло все са­мое луч­шее, но ни­ког­да не воз­ни­кало чувс­тво по­терян­ности, и утоп­ле­ничес­тва в зо­лотой сре­де, зо­лотой клет­ке… - Бел­ла вздрог­ну­ла ког­да он про­из­нес пос­леднее сло­во, но Эд­вард был так за­нят собс­твен­ны­ми эмо­ци­ями и пе­режи­вани­ями, что не за­метив это­го, сно­ва вдох­нул и про­дол­жил - Я обе­регал её от все­го на све­те, лю­бил её боль­ше жиз­ни, да­же боль­ше чем Элис. Я не смог убе­речь её сам от се­бя…от сво­ей ра­боты…от сво­ей чер­то­вой се­мей­ной кор­по­рации!
- Что слу­чилось в тот день? – спро­сила Бел­ла, те­перь сжи­мая обе его ла­дони в сво­ей. Эд­вард пе­ревел на неё по­лубе­зум­ный взгляд, за­ново пе­режи­вая все мо­мен­ты и со­бытия из прош­ло­го, свя­зан­ные с Белль.
- У ме­ня бы­ла важ­ная кон­фе­рен­ция, и я у­ехал из до­ма, ос­та­вив Элис и её пар­ня, Джей­ко­ба, с ко­торым она поз­на­коми­лась в кол­ледже, и со­бира­лась по­женить­ся, с Иза­бел­лой. Ни­чего не пред­ве­щало бе­ды,…Я не при­дал зна­чения звон­ку Элис, ког­да она со­об­щи­ла мне о проб­ле­мах с про­вод­кой, яко­бы она ви­дела ис­кры. Я прос­то от­ве­тил ей, что бы она выз­ва­ла мас­те­ра! Я ПО­ЛОЖИЛ ТРУБ­КУ! – взре­вел Эд­вард, и сле­зы зас­тру­ились по его ще­кам. Бел­ла со всей неж­ность и жа­лостью смот­ре­ла на не­го, не зная чем уте­шить и ус­по­ко­ить это­го че­лове­ка. Че­лове­ка, без ко­торо­го не мыс­лит сво­ей жиз­ни. Он по­шел на эту пыт­ку ра­ди неё, эти вос­по­мина­ния тер­за­ют его сно­ва и сно­ва, ког­да он вспо­мина­ет о них, и го­ворит. Го­ворит ей, пря­мо сей­час!
- Ког­да я вер­нулся со встре­чи поз­дно ночью, уви­дел по­жар­ных у до­ма. Они ту­шили го­рящий особ­няк. Элис сто­яла ря­дом, ры­дая и дро­жа. Я ри­нул­ся к ним, пы­та­ясь вор­вать­ся в дом, ис­тошно звал Белль, но она не от­зы­валась. Вне­зап­но все мы ус­лы­шали крик со вто­рого эта­жа, и я пе­ревел взгляд ту­да. Джей­коб дер­жа на ру­ках мою дочь, со­бирал­ся спрыг­нуть, и по­жар­ная бри­гада то­роп­ли­во рас­тя­гива­ли элас­тичный ба­тут на тра­ве. Се­кун­да, две, и ка­залось, они оба спа­сены.…Но взрыв прог­ре­мел не­ожи­дан­но и гром­ко. Дом взор­вался, пог­ре­бая их на­веч­но под об­ломка­ми. Огонь за­живо спа­лил их, спа­лил мою дочь! Она НЕ ДОЛ­ЖНА бы­ла уми­рать! Я дол­жен был быть с ней, уме­реть с ней, а не ос­тать­ся в жи­вых…Элис чу­дом уда­лось выб­рать­ся че­рез ок­но сво­ей спаль­ни, и Джей­коб то­же бы мог спас­тись, но он бро­сил­ся к Белль. Они пы­тались спас­ти её, в то вре­мя как ме­ня не бы­ло ря­дом, в то вре­мя как я зак­лю­чал эти чер­то­вы до­гово­ра! МЕ­НЯ НЕ БЫ­ЛО РЯ­ДОМ, КОГ­ДА ОНА УМЕР­ЛА! – Эд­вард гром­ко и от­ча­ян­но про­из­нес эти сло­ва, от­пуская ру­ки Бел­лы, и сжи­мая свои ла­дони в ку­лаки, со всей си­лы уда­рял ими об зем­лю. Тот ком, спазм ры­даний, ко­торый прес­ле­довал его в тот раз с Та­ней, силь­но да­вил на гор­ло, не да­вая ды­шать. Эд­вард, сод­ро­га­ясь от ры­даний, и не ви­дя ни­чего из-за слез, схва­тил­ся за во­рот ру­баш­ки, сно­ва пы­та­ясь вер­нуть пос­тупле­ние кис­ло­рода в лег­кие. Но он его не по­луча­лось, он за­дыхал­ся, и в то же вре­мя вспо­мина­ния не от­пуска­ли его. Они при­чиня­ли та­кую боль, что он не в си­лах был спра­вить­ся. Бел­ла уви­дела му­чения Кал­ле­на, уви­дела что ему пло­хо, и наш­ла вы­ход, на­де­ясь что все де­ла­ет пра­виль­но.
- Я здесь, я с то­бой! – мяг­ко и мед­ленно пов­то­ряла она, ук­ла­дывая Эд­варда на зем­лю, и смот­ря толь­ко ему в гла­за. Её паль­цы за­пор­ха­ли по пу­гови­цам его ру­баш­ки, рас­сте­гивая их. Она рас­тя­нула кус­ки тка­ни друг от дру­га, ого­ляя торс и шею муж­чи­ны, и под­став­ляя их ноч­но­му, теп­ло­му ве­тер­ку. Са­ма она при­лег­ла ря­дом, все ещё смот­ря в гла­за Эд­варда, и не пе­рес­та­вая гла­дить его по ще­кам, по во­лосам, по ли­цу, осу­шая сле­зы. Он смот­рел на неё, и не мог вы­мол­вить не сло­ва. Он ви­дел, как она сос­та­рада­тель­на, как она пы­та­ет­ся по­мочь ему, как храб­рить­ся. Он пы­тал­ся взять се­бя в ру­ки, но не мог. От не­дос­татка кис­ло­рода у не­го на­чина­ло тем­неть в гла­зах…
- Эд­вард, все хо­рошо! – слег­ка ис­пу­гано, но с той же лас­ко­вой улыб­кой, про­из­несла де­вуш­ка, ви­дя что её уве­щева­ния не по­мога­ют – Я по­нимаю как те­бе боль­но, и очень со­чувс­твую. Я люб­лю те­бя, очень силь­но люб­лю! Я те­бя не бро­шу, и ни­ког­да от те­бя не от­вернусь! Ты смысл мо­ей жиз­ни! – го­воря это, она раз­гла­жива­ла ко­жу на его ли­це, ути­рала сле­зы, ещё обиль­нее ка­тив­ши­еся по ще­кам, и теп­ло улы­балась.
Эд­вард при­ложил все си­лы, на­ходя­щи­еся в нем пос­ле рас­ска­за, и смог на­конец-то по­боров спазм, вдох­нуть воз­ду­ха. От слиш­ком рез­ко­го и глу­боко вздо­ха он за­каш­лялся, хва­та­ясь за гор­ло. Он рез­ко под­нялся с зем­ли, все ещё пы­та­ясь вдох­нуть по­боль­ше кис­ло­рода. Бел­ла под­ня­лась вслед за ним, об­ни­мая за пле­чи, и ус­по­ка­ива­юще пог­ла­живая по спи­не.
Ког­да взгляд бо­лее ме­нее стал ос­мыслен­ным, Эд­вард пе­ревел его на Бел­лу, все ещё тя­жело ды­ша, и вы­мучен­но ей улыб­нулся. Его улыб­ка по­лучи­лась вя­лой и ед­ва за­мет­ной, но для Бел­лы она бы­ла раз­ли­чима.
- Спа­сибо… - хрип­ло про­шеп­тал он, чувс­твуя, что на боль­шее у не­го не хва­тит сил и воз­ду­ха. Он впер­вые чувс­тво­вал се­бя сла­бым, и сов­сем без­за­щит­ным. Ес­ли бы Бел­ла хо­тела, она мог­ла бы унич­то­жить его сей­час. Но она ни­ког­да не сде­ла­ет это­го, она не смо­жет. Она лю­бит его, и зна­ет о вза­им­ности. Она его свет, его лю­бовь, его Бел­ла!
- Я по­нимаю те­бя, по­нимаю как те­бе боль­но! Я не хо­чу, что бы ты стра­дал, ес­ли бы я мог­ла как-то по­мочь те­бе… - про­из­несла она, про­дол­жая раз­гла­живать его пле­чи
- Ты уже по­мога­ешь мне… - с при­дыха­ни­ем и хрип­ло со­об­щил Эд­вард, по­вора­чива­ясь к ней, и об­ни­мая - Сво­им при­сутс­тви­ем, сво­ей за­ботой!
- Я те­бя люб­лю! – пов­то­рила Бел­ла, и креп­ко об­ня­ла Эд­варда, лас­кая его шею и пле­чи. – Я боль­ше всех на све­те те­бя люб­лю!
Эд­вард креп­ко при­жал к се­бе свое сок­ро­вище, ис­це­ля­ющее его, мо­лясь лишь об од­ном – что бы судь­ба и жес­то­кая Все­лен­ная не отоб­ра­ла Бел­лу у не­го. – он пе­режи­вет лю­бую по­терю, но толь­ко не эту. Толь­ко не эту!

Похожие статьи:

Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...




Добавить комментарий
Комментарии (0)