17 октября 2015 Просмотров: 760 Добавил: тasha

Заточенная в Золотой Клетке. Глава 20

 

Гла­ва 20 - Иг­ра в Ра­дугу

Сол­нце тре­пет­ны­ми лу­чами сколь­зи­ло по ли­цу спя­щей Бел­лы, по­ка че­рез па­ру ми­нут она все-та­ки не от­кры­ла гла­за и не ог­ля­нулась вок­руг се­бя. Ей вспом­ни­лись со­бытия этой но­чи, и от них её бро­сало то в жар, то в хо­лод. Вот Эд­вард из­ви­ня­ет­ся пе­ред ней и обе­ща­ет все­го се­бя, а вот она це­лу­ет его ру­ку, опо­ясан­ную ца­рапи­нами… 

До его при­хода она пре­быва­ла в кош­ма­ре, но ед­ва уви­дела его, по­чувс­тво­вала его, оку­нулась в при­ят­ные и без­за­бот­ные сны. Он дей­стви­тель­но её ле­карс­тво, её снот­ворное… 

Она ог­ля­делась, же­лая нат­кнуть­ся взгля­дом на это­го стран­но­го че­лове­ка, к ко­торо­му она ис­пы­тыва­ла стран­ные чувс­тва, но его не бы­ло ря­дом. Бел­ла нах­му­рилась и, при­под­нявшись на лок­тях, ог­ля­нулась. Все вер­но, она ле­жит на кро­вати од­на. 

Она уже по­дума­ла, что Эд­вард ос­та­вил её, ушел, но тут за её спи­ной пос­лы­шал­ся мяг­кий бар­хатный ба­ритон: 

- С доб­рым ут­ром, кра­сави­ца! – про­из­нес Эд­вард и, улы­ба­ясь рас­се­ян­но­му вы­раже­нию ли­ца Бел­лы, опус­тился на кро­вать ря­дом с ней. 

- Доб­рое… - ти­хо про­шеп­та­ла Бел­ла, опус­кая го­лову и крас­нея. Се­год­ня она бы­ла лас­ко­ва, слов­но до­маш­няя кош­ка, хоть вче­ра и сра­жалась, как нас­то­ящая ль­ви­ца… 

- Зав­трак при­несут сю­да, – все ещё улы­ба­ясь, со­об­щил Эд­вард, и у Бел­лы в го­лове вспых­ну­ла кар­тинка их вче­раш­ней тра­пезы:

- А мо­жет не на­до? – слег­ка взвол­но­ван­но спро­сила она, под­ни­мая гла­за на Кал­ле­на 

- Мне уй­ти? – ра­зоча­рова­но и не­пони­ма­юще спро­сил Эд­вард, со­бира­ясь встать с кро­вати. Он был край­не обес­ку­ражен сей­час. Она не хо­чет с ним зав­тра­кать? Вче­ра ночью… ка­жет­ся, у них все на­лади­лось? Или толь­ко «ка­жет­ся»? 

- Нет, ко­неч­но же, нет! – быс­тро ис­пра­вилась Бел­ла, не же­лая ввер­гать Кал­ле­на в сом­не­ния от­но­ситель­но его ком­па­нии для неё. – Не ухо­ди! – поч­ти умо­ля­юще до­бави­ла она ти­хо, буд­то бы на­де­ясь, что он не ус­лы­шит. Нап­расно. Эти её сло­ва, как и не­кото­рые дру­гие, ог­ненной вспыш­кой взор­ва­лись в сер­дце Эд­варда, и то чувс­тво, тот ма­лень­кий пу­шис­тый ко­тенок, ко­торо­го на­зыва­ют лю­бовью, тот пес­тре­ющий цве­ток жиз­ни и эмо­ций – все пе­репол­ня­ет­ся в нем от счастья. Ког­да она зо­вет его, ког­да про­сит не ухо­дить, ког­да нуж­да­ет­ся в по­мощь – он го­тов быть с ней всю­ду и всег­да, в лю­бой си­ту­ации и при лю­бом рас­кла­де. Толь­ко вот нуж­но ли это ей? Или у неё прос­то нет вы­бора? Нет вы­хода из этой ло­вуш­ки, этой Зо­лотой Клет­ки, в ко­торой он сам за­пер её? 

Как бы там ни бы­ло, сей­час он не со­бирал­ся ду­мать об этом. Он хо­тел про­жить этот день, как и сот­ни дру­гих ря­дом с Бел­лой, ря­дом со сво­ей кра­сави­цей, со сво­ей ма­лень­кой де­воч­кой: 

- Я ни­куда не ухо­жу! – он сно­ва об­во­рожи­тель­но улыб­нулся ей от пе­репол­нявших его эмо­ций и, по­доб­равшись бли­же, заг­ля­нул в ее гла­за. Бел­ла сме­ло встре­тила его взгляд, и в тот миг они оба уви­дели в гла­зах друг дру­га то, че­го не мог­ли най­ти по­рознь, по от­дель­нос­ти. Их гла­за го­рели оди­нако­вым пла­менем, пла­менем люб­ви, и ма­ло кто знал – да­же они са­ми еще не до кон­ца осоз­на­ли, – что это лю­бовь. Эд­вард уже на­чинал смут­но до­гады­вать­ся, но Бел­ла ко­палась в се­бе и в сво­ем не слиш­ком бо­гатом на та­кие свет­лые чувс­тва жиз­ненном опы­те, ища объ­яс­не­ние дан­ным чувс­твам. 

- Я не ухо­жу, – пов­то­рил Эд­вард, смот­ря де­вуш­ке в гла­за. – И не со­бира­юсь! Но что ты име­ешь про­тив зав­тра­ка со мной? 

- Прос­то… - Бел­ла опус­ти­ла го­лову и, глу­боко вздох­нув, под­ня­ла её, смот­ря на сво­его дру­га, или да­же боль­ше, на Эд­варда. – Прос­то, ког­да мы едим вмес­те… Это за­кан­чи­ва­ет­ся скан­да­лом, - на од­ном ды­хании про­из­несла она и сно­ва опус­ти­ла го­лову. Эд­вард за­мер, и на се­кун­ду на его ли­це мель­кну­ло вы­раже­ние со­жале­ния и скры­той бо­ли. Ему приш­лось об­ду­мать сло­ва де­вуш­ки па­ру ми­нут, что­бы прий­ти в се­бя и соб­рать­ся с мыс­ля­ми: 

- Бел­ла, пом­нишь, что я го­ворил те­бе од­нажды? – на­чал он и про­тянул ла­донь к её ли­цу, неж­но про­водя паль­ца­ми по ще­ке. Де­вуш­ка кив­ну­ла и под­ня­ла на не­го взгляд. Она вспом­ни­ла, как он ска­зал, что боль­ше ни­ког­да не при­чинит ей вре­да, не сде­ла­ет боль­но… А Эд­вард в тот мо­мент по­пытал­ся при­дать собс­твен­ным гла­зам теп­ло­ту и ра­дость, нес­мотря на тя­жесть на сер­дце. Он знал, что при­чина этим скан­да­лам, ко­торые так огор­ча­ют его ма­лень­кую Бел­лу – он сам. Толь­ко его мож­но бы­ло ви­нить во все ее бе­дах. Да и его собс­твен­ных. А еще бе­дам Элис, Иза­бел­лы и Джас­пе­ра. Са­моби­чева­ние – вот ка­кая от­ны­не дол­жна быть у не­го глав­ная чер­та ха­рак­те­ра. Но её зат­ме­ва­ет гнев. Этот чер­тов гнев, от ко­торо­го он пы­та­ет­ся из­ба­вить­ся и ко­торый дос­тался ему от от­ца. 

- Ты мне до­веря­ешь? – с на­деж­дой спро­сил он, и Бел­ла на па­ру се­кунд за­меш­ка­лась с от­ве­том, но по­том все же мед­ленно кив­ну­ла. Эд­вард слег­ка нах­му­рил­ся, но ми­гом на­пус­тил на ли­цо улыб­ку. Ему не за что ви­нить Бел­лу. Он при­чинил ей мно­го зла. Да и до не­го наш­лись те, кто пос­ту­пал ни­чуть не луч­ше… Ей нуж­но вре­мя, что­бы на­учить­ся до­верять лю­дям. Ему са­мому нуж­но вре­мя, что­бы окон­ча­тель­но до­верить­ся ей… Хо­тя ку­да уж боль­ше? 

- Вот и хо­рошо, зна­чит, скан­да­ла не бу­дет! – хмык­нул Кал­лен и, под­нявшись с кро­вати, пос­ле­довал к две­ри. Бел­ла изум­ленно сле­дила за ним взгля­дом. Он же обе­щал не ухо­дить! Ви­димо, Эд­вард за­метил это в её гла­зах, по­тому что снис­хо­дитель­ная и неж­ная улыб­ка сно­ва зас­ве­тилась на его ли­це. Бел­ла бук­валь­но по­чувс­тво­вала эту неж­ность и ту за­боту, ко­торая ис­хо­дящую от не­го вол­на­ми. 

- Те­бе ведь нуж­но пе­ре­одеть­ся? – скры­вая ус­мешку, спро­сил Эд­вард. - Но ес­ли хо­чешь, я мо­гу ос­тать­ся! 

- Не на­до! – поч­ти вскрик­ну­ла Бел­ла. Она боль­ше ни­кому не поз­во­лит ви­деть её об­на­жен­ной. Пос­ле Чар­ли она ни­ког­да не смо­жет по­казать ко­му-то свое те­ло, этот страх бу­дет с ней веч­но, раз­ве что не слу­чит­ся что-то еще бо­лее ужас­ное, спо­соб­ное зат­мить его… Или на­обо­рот? Как бы там ни бы­ло, сей­час гла­за Бел­лы си­яли не­под­дель­ным ужа­сом, и, уви­дев его, Эд­вард быс­тро от­ру­гал се­бя за иди­отизм. 

- Ти­ше, я ухо­жу! – он под­нял ру­ки вверх и, пя­тясь к две­ри, ус­по­ка­ива­юще смот­рел на Бел­лу, же­лая, что бы она приш­ла в се­бя. Де­вуш­ка над­ломле­но кив­ну­ла, и вско­ре Кал­лен ис­чез за дверью. 

Его сер­дце сжи­малось от бо­ли за эту нес­час­тную ма­лень­кую де­воч­ку, из­ве­дав­шую та­кую боль. Ведь это прос­то не стес­не­ние… В её гла­зах бы­ло не сму­щение, а нас­то­ящий жи­вот­ный страх. Что же с ней сде­лали? Свя­зано ли это с её кош­ма­рами? С эти­ми мыс­ля­ми он сто­ял, прис­ло­нив­шись к две­ри, по­ка Бел­ла, су­дорож­но ре­шая, что на­деть, ус­по­ка­ива­ла сбив­ше­еся ды­хание. Кал­лен не ви­новат, он ни­чего не зна­ет. Она по­нима­ла, что он все­го лишь по­шутил, но от это­го ей бы­ло не лег­че. Она па­ничес­ки бо­ялась это­го, бо­ялась, что кто-то сно­ва сде­ла­ет с ней ЭТО, и пусть Эд­вард обе­щал ни­чего та­кого не де­лать, но ведь и Чар­ли не дол­жен был… 

Вско­ре на ней бы­ли не­дав­но куп­ленные с Элис шор­ты и блуз­ка, и кое-как приг­ла­див во­лосы, она, на­конец, впус­ти­ла Эд­варда, уже триж­ды сту­чав­ше­го в ком­на­ту. За ним вош­ли две де­вуш­ки с под­но­сами пол­ны­ми еды и раз­мести­ли их на жур­наль­ном сто­лике у не­боль­шо­го ко­жано­го ди­вана. 

Эд­вард опас­ли­во смот­рел на Бел­лу. Еще не ушед­ший до кон­ца страх в ее гла­зах вов­се не вну­шал ему до­верия. Черт бы его поб­рал! Да что он не­сет пос­то­ян­но? 

- Ты в по­ряд­ке? – ре­шил­ся спро­сить он, ког­да она вздрог­ну­ла, уро­нив де­сер­тную лож­ку на пол. Бел­ла пос­мотре­ла на не­го, и уд­ру­чен­но кив­ну­ла, де­лая глу­бокий вдох. 

- Бел­ла, это бы­ла шут­ка! – по­пытал­ся оп­равдать­ся Эд­вард. 

- Я знаю… Прос­ти… - ти­хо про­из­несла она, под­ни­мая лож­ку с по­ла. Ее взгляд су­дорож­но блуж­дал по та­рел­кам с едой, по­ка она от­ча­ян­но пы­талась най­ти дру­гую те­му для раз­го­вора. Она уже бы­ла впол­не сы­той, но ведь нуж­но о чем-то по­гово­рить! Нуж­но от­влечь­ся от этой те­мы, при­чиняв­шей стра­дания её и без то­го исс­тра­дав­ше­муся соз­на­нию. 

- Что это? - она на­угад ткну­ла паль­цем на ог­ромный под­нос и об­на­ружи­ла, что дей­стви­тель­но не зна­ет, как на­зыва­ет­ся то, на что она ука­зыва­ет. Блю­до бы­ло нез­на­комо ей. Да­же боль­ше - она не ви­дела та­ких да­же на кар­тинках в бес­плат­ных ка­тало­гах, ко­торые со­бира­ла Ре­не вмес­то жур­на­лов для тог­да ещё сов­сем ма­лень­кой Бел­лы. Ей бы­ло лет пять, а эти глян­це­вые бу­маж­ки пес­тре­ли кра­сотой не ху­же но­вос­тных мод­ных об­зо­ров от Gucci или Christian Dior. 

- Это ла­занья, Бел­ла, – объ­яс­нил Эд­вард, под­ви­гая та­рел­ку бли­же к де­вуш­ке. – Хо­чешь поп­ро­бовать? 

Бел­ла не мог­ла от­ка­зать­ся, по­тому что этот раз­го­вор за­вела она са­ма, да и ин­те­рес в ней прос­нулся, по­тому что в детс­тве его по­дав­ля­ли все­ми воз­можны­ми си­лами. Ре­не и Чар­ли не мог­ли дать до­чери мно­гого, и при­ходи­лось вы­живать и дер­жать­ся собс­твен­ны­ми си­лами. Но Бел­ла ведь не хо­тела ни­чего за­об­лачно­го! Как и все де­ти, она хо­тела но­вую иг­рушку, но­вую кук­лу или но­вую книж­ку со сказ­ка­ми. Но мать и отец не мог­ли ку­пить ей да­же это! Она про­води­ла ве­чера учась шить вмес­те с Ре­не или под­го­тав­ли­вая за­казы аро­мат­ной пиц­цы с Чар­ли для их хо­зя­ев. Ей лишь раз поз­во­лили поп­ро­бовать пиц­цу, ко­торую раз­во­зил Чар­ли, и это ока­залась «Пе­перон­ни». Бел­ла ос­та­лась не в вос­торге, но сам тот факт, что она ела пиц­цу, нас­то­ящую и го­рячую, про­будил в ней ин­те­рес… 

- Хо­рошо… - рас­те­ряно от­ве­тила Бел­ла, и че­рез па­ру се­кунд на её та­рел­ке по­яви­лось то са­мое, не­из­ве­дан­ное, блю­до… 

…Как ока­залось, ла­занья бы­ла до­воль­но вкус­ной. 

- Ка­кой твой лю­бимый цвет? - не­ожи­дан­но спро­сил Эд­вард, и в мыс­лях его воз­никла идея под­го­товить для Бел­лы ка­кой-ни­будь сюр­приз. Да и во­об­ще, на бу­дущее при­годить­ся. Он ведь ни­чего не зна­ет о ней кро­ме тех фак­тов, ко­торые бы­ли пред­став­ле­ны в пап­ке. 

Бел­ла за­мялась. Она от­ло­жила вил­ку, и пос­мотре­ла в гла­за Эд­варда, ко­торые пос­ле её от­ве­та ста­ли прек­раснее, не­жели бы­ли. Они за­си­яли, в них по­яви­лась улыб­ка. А ведь гла­за – зер­ка­ло ду­ши. И в ду­ше у Эд­варда пос­ле её от­ве­та все пе­ревер­ну­лось, и ка­залось да­же, буд­то бы со­ловьи за­пели по вес­не, нас­толь­ко же­лан­ным и ра­дос­тным был для не­го от­вет де­вуш­ки, ска­зав­шей прав­ду, хоть и нем­но­го опа­са­ющей­ся её: 

- Изум­рудный… 

Эд­вард все про­дол­жал улы­бать­ся, по­ка Бел­ла су­дорож­но под­го­тав­ли­вала свой воп­рос, и на­конец, до­думав­шись о том, что мож­но спро­сить, за­дала его: 

- А твой? 

- Шо­колад­ный, – с неж­ностью от­ве­тил Кал­лен, и Бел­ла, за­лив­шись ру­мян­цем, от­ве­ла взгляд. С ка­ких пор она ста­ла та­кой стес­ни­тель­ной? По­чему ро­бе­ет пе­ред этим муж­чи­ной? Меж­ду ни­ми во­сем­надцать лет раз­ни­цы! Хо­тя, ка­кое ей де­ло до воз­раста? Ведь «люб­ви все воз­расты по­кор­ны»! Да и кто ска­зал, что Эд­вард стар? На­обо­рот, он кра­сив, он добр. Иног­да жес­ток, но те­перь Бел­ла пол­ностью уве­рена, что свя­зано с тем, что он пе­режил. 

- А не­люби­мый? – сно­ва спро­сил Эд­вард, хо­тя уже пред­ви­дел от­вет. 

- Бе­лый… - по­мор­щившись, про­из­несла де­вуш­ка, и её взгляд на мил­ли­секун­ды по­терял ос­мыслен­ность, сно­ва пог­ру­жа­ясь в объ­ятья стра­даний и жут­ких вос­по­мина­ний. 

- По­чему? 

- Это цвет ме­бель­ных за­щит­ных чех­лов! – поч­ти вык­рикну­ла Бел­ла и, опус­тив го­лову на ру­ки, по­пыта­лась унять сле­зы, го­товые ска­тить­ся по ще­кам в лю­бой мо­мент. Эд­вард же те­перь впал в глу­бокое за­меша­тель­ство: при­чем здесь ме­бель­ные чех­лы? Ну, да, они бе­лые, но ка­кое это име­ет от­но­шение к Бел­ле? И тут вне­зап­ная мысль, слов­но гром про­реза­ла его соз­на­ние - а ведь… кро­вать то­же бы­ла бе­лой! Она не спа­ла на ней не по­тому что «кро­вать слиш­ком боль­шая», а по­тому что она бы­ла бе­лой! Ког­да она прос­ну­лась пос­ре­ди но­чи в пер­вый раз, она ис­пу­ган­но зак­ри­чала от уви­ден­ных впе­реди бе­лос­нежных тю­левых за­наве­сей... Что для неё зна­чит этот цвет? Он всег­да счи­тал, что это цвет сво­боды и ми­ра, а она так его бо­ит­ся. Не­уже­ли что-то та­кое, о чем она ни­кому не мо­жет рас­ска­зать, так силь­но ра­нило её ду­шу? Но что? Он не ви­дел ни­какой свя­зи меж­ду чех­ла­ми и воз­можны­ми про­ис­шес­тви­ями. 

Но сей­час бы­ло не са­мое под­хо­дящее вре­мя, что­бы за­думы­вать­ся об этом. Эд­вард при­об­нял Бел­лу, по­дод­ви­га­ясь к ней и сно­ва гла­дя по во­лосам. Де­вуш­ка быс­тро отор­ва­ла ру­ки от ли­ца и под­ня­ла на не­го взгляд на­пол­ненных болью шо­колад­ных глаз. 

- Я не дол­жен был спра­шивать! – мед­ленно и уве­рен­но зак­лю­чил Эд­вард, уби­рая не­пос­лушную прядь Бел­ла за ухо 

- Ты не ви­новат! – по­кача­ла го­ловой она и смор­гну­ла сле­зы, не да­вая им ска­тить­ся по ще­кам. Ей не хо­телось, что­бы ее вновь жа­лели. Пусть иног­да ей и хо­телось прос­то по­быть хруп­кой и сла­бой де­воч­кой, но она по-преж­не­му бо­ялась, что сто­ит толь­ко по­казать сла­бость, и её рас­топчут, сот­рут в по­рошок. Мир жес­ток, жес­то­ки и лю­ди. В дан­ный мо­мент Эд­вард единс­твен­ный че­ловек, ко­торо­му она хоть нем­но­го ве­рит и ко­торый спа­сал её из кош­ма­ра на­яву и во сне уже нес­коль­ко раз. Толь­ко од­новре­мен­но он и ста­новил­ся её кош­ма­ром. Да что же с ней та­кое? По­чему она не в си­лах ра­зоб­рать­ся в се­бе? 

- А твой? – спро­сила она слег­ка дро­жащим го­лосом, все ещё пы­та­ясь оп­ра­вить­ся от вос­по­мина­ний. 

- Оран­же­вый… - слов­но неп­ристой­ность про­из­нес Эд­вард, но в его го­лосе все же прос­ту­пили нот­ки бо­ли. Он по-преж­не­му си­дел, об­ни­мая Бел­лу, и она бы­ла не про­тив, но те­перь она по­чувс­тво­вала, что его ру­ка слег­ка нап­ряглась, и по­это­му под­ня­ла взгляд на его ли­цо: 

- По­чему же? – по­любо­пытс­тво­вала она, с за­мира­ни­ем сер­дце, сле­дя за этим муж­чи­ной. Его взгляд слов­но за­мерз, ког­да он про­из­нес сле­ду­ющие сло­ва: 

- Это цвет ог­ня… 

До Бел­лы тут же дош­ло, о чем идет речь. Иза­бел­ла. Иза­бел­ла сго­рела в ог­не, в по­жаре. Оран­же­вый – цвет ог­ня. Все схо­дит­ся… 

- Мне жаль твою же­ну… - за­дум­чи­во про­из­несла Бел­ла, все ещё смот­ря на без­мол­вное и бес­чувс­твен­но ли­цо Кал­ле­на. Ка­жет­ся, он глу­боко пря­чет свои стра­дания – так же, как и она. 

- Иза­бел­ла не бы­ла мо­ей же­ной… - от­махнул­ся Эд­вард, вста­вая с ди­вана и ос­тавляя Бел­лу в не­до­уме­нии. Не же­ной? А кем тог­да? 

- Ты раз­ве не?.. 

Но он не дал ей до­гово­рить, сра­зу от­ве­чая на воп­рос и ин­тенсив­но по­тирая паль­ца­ми пе­рено­сицу, буд­то бы на­де­ясь, что смо­жет так прог­нать неп­ро­шеные мыс­ли из го­ловы: 

- Нет, я не был же­нат… - он по­качал го­ловой, чувс­твуя, как эмо­ции сно­ва заш­ка­лива­ют в нем. Ему бы­ло боль­но. Но Бел­ла не дол­жна бы­ла это ви­деть! Он дол­жен быть силь­ным, он дол­жен обе­регать её и не по­казы­вать сво­ей бо­ли и стра­даний. Он дол­жен уй­ти от­сю­да. И пос­ко­рее! 

Но Бел­ла на­руши­ла его пла­ны, встав с ди­вана и ос­то­рож­но по­дой­дя к не­му. Так же как и там, на по­ляне, её паль­чи­ки кос­ну­лись его пле­ча, вы­нуж­дая Кал­ле­на обер­нуть­ся. 

Бел­ла по­чувс­тво­вала, что сей­час прос­то не­об­хо­дима это­му че­лове­ку, а по­тому по­дош­ла бли­же, смот­ря в гла­за Эд­варду, ста­ра­ясь взгля­дом по­казать, что по­нима­ет его и под­держи­ва­ет. 

Она роб­ко при­под­ня­ла свою ру­ку, гля­дя в блес­тя­щие от пе­репол­нявших его эмо­ций гла­за Кал­ле­на, и ос­то­рож­но при­кос­ну­лась к его ще­ке. Ра­нее Эд­вард был бы при­ят­но удив­лен, но те­перь он был нас­толь­ко огор­чен, что это бы­ло нуж­но ему не как дос­ти­жение, не как под­твержде­ние его чувств, а как ле­карс­тво – лег­ко­го ка­сания этой ру­ки, ру­ки этой де­вуш­ки, хва­тило, что­бы приг­лу­шить его боль. Бел­ла роб­ко и пе­чаль­но смот­ре­ла на не­го, и ог­ромные шо­колад­ные гла­за бы­ли пол­ны грус­ти и за­боты. Ей то­же хо­телось за­ботить­ся о ком-то. И раз уж Эд­вард за­ботил­ся о ней, по­чему бы и ей не по­забо­тить­ся о нем? 

Он то­же смот­рел на неё, и в его гла­зах боль пос­те­пен­но ус­ту­пала мес­то счастью, гор­дости и неж­ности. 

- Все бу­дет хо­рошо! – ти­хо, но уве­рен­но за­яви­ла Бел­ла, и звук её го­лоса за­пол­нил соз­на­ние Кал­ле­на, зас­тавляя его улыб­нуть­ся, нес­мотря на боль. 

- Ког­да ты тут - да! – вы­дох­нул он и при­жал Бел­лу к се­бе, не же­лая от­пускать. Он чувс­тво­вал се­бя за­щищён­ным, чувс­тво­вал, что жи­вет, толь­ко ког­да она бы­ла ря­дом, ког­да бы­ла с ним! И, ка­жет­ся, она то­же на­чала что-то ис­пы­тывать к не­му, по­тому что её по­веде­ние го­вори­ло имен­но об этом. И каж­дый день, каж­дый час он бу­дет пом­нить это, ни­ког­да не смо­жет с ней рас­стать­ся. По­тому что в про­тив­ном слу­чае он ум­рет, ведь жизнь без ду­ши ни­чего не сто­ит. И это ещё од­на при­чина сбе­речь её, сбе­речь этот по­дарок не­бес, это­го свет­ло­го ан­ге­ла. И он убь­ет лю­бого, кто при­чинит ей вред! 

Бел­ла же об­ви­ла ру­ками его шею, то­же при­жима­ясь к это­му стран­но­му, но та­кому за­меча­тель­но­му че­лове­ку, да­же не по­доз­ре­вая, что яв­ля­ет­ся для не­го всем, что она – единс­твен­ная его сла­бость! Сла­бость са­мого Эд­варда Кал­ле­на, ко­торый прос­ла­вил­ся, как ду­шегуб и ис­ку­ситель...

Похожие статьи:

Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...




Добавить комментарий
Комментарии (0)