17 октября 2015 Просмотров: 647 Добавил: тasha

Заточенная в Золотой Клетке. Глава 19

 

Гла­ва 19 - Я про­щаю те­бя...и люб­лю!

Как бы Эд­вард ни же­лал по­быс­трее вер­нуть­ся до­мой, он все же за­дер­жался у Джас­пе­ра до ве­чера. Се­год­ня он не об­суждал с дру­гом кон­фе­рен­цию и со­бытия свя­зан­ные с его отъ­ез­дом, по­тому что ря­дом бы­ла Элис. Он у­ехал из особ­ня­ка Хей­ла ве­чером, пол­ностью уве­рен­ный, что друг смо­жет по­мочь его сес­тре. Раз уж он сам не смог. Ведь Джас­пер и Элис под­ру­жились. Да и рань­ше они неп­ло­хо ла­дили. Толь­ко вот сме­шан­ные чувс­тва, свя­зан­ные с Элис, тер­за­ли его до са­мого до­ма, и он сам не мог по­нять, что с ним про­ис­хо­дит. 
До­мой он ехал очень быс­тро, пред­став­ляя, как бу­дет про­сить Бел­лу о про­щении и пы­тать­ся заг­ла­дить свою ви­ну. Он же обе­щал се­бе и ей, что ни­ког­да не зас­та­вит её ис­пы­тывать боль… А что в ито­ге? За­щищал от все­го на све­те, а не смог за­щитить от се­бя са­мого! 
Ну, ни­чего, он ис­пра­вит ошиб­ку по­ка не поз­дно. Он сде­ла­ет все, что­бы Бел­ла бы­ла с ним, что­бы она при­вяза­лась к не­му и пол­ностью до­вери­лась. Лю­бовь дли­ною в жизнь. А в слу­чае Кал­ле­на – дли­ною в веч­ность. Бел­ла да­же не пред­став­ля­ла, нас­коль­ко важ­но для Эд­варда её при­сутс­твие и как он её лю­бит. Его прис­ту­пы гне­ва – проб­ле­ма, с ко­торой нуж­но бо­роть­ся. Но он бу­дет пы­тать­ся сдер­жи­вать се­бя с ней, по­тому что она нуж­на ему. Ес­ли она уй­дет, он не вы­несет! 

Подъ­ехав к до­му и ос­та­вив ма­шину в га­раже, он чуть ли не бе­гом ки­нул­ся к глав­ным две­рям. 
У вхо­да его встре­тила Ма­ри, под­ме­та­ющаю ко­ридор, ко­торой он и за­дал глав­ный воп­рос: 
– Где Бел­ла? 
– Мисс Свон се­год­ня ра­но лег­ла, мис­тер Кал­лен, – отоз­ва­лась Ма­ри, не пре­рывая сво­его за­нятия. 
Эд­вард быс­тро кив­нул, с не­харак­терной для не­го ско­ростью взле­тел по мра­мор­ным сту­пеням на вто­рой этаж, зас­тавляя Ма­ри за­мереть в оце­пене­нии и ус­та­вить­ся ему вслед. Бы­ло че­му уди­вить­ся. Сколь­ко лет уже не слу­чалось то­го, что бы их Хо­зя­ин бес­по­ко­ил­ся о ком-то кро­ме се­бя, по­могал ко­му-то и был от­но­ситель­но счас­тлив… Мо­жет, эта де­вуш­ка, Свон, дей­стви­тель­но на­чало боль­шо­го пу­ти? Вдруг, она ста­нет хо­зяй­кой это­го по­местья в не­дале­ком бу­дущем? Кто зна­ет… 

А тем вре­менем Эд­вард, при­от­крыв­ший дверь в ком­на­ту Бел­лы, ти­хо во­шел внутрь и нап­ра­вил­ся к кро­вати де­вуш­ки. Каж­дое его дви­жение бы­ло про­дума­но и мед­ленно, что­бы не пот­ре­вожить сна его ма­лень­кой Бел­лы. Во сне она бы­ла так по­хожа на ан­ге­ла. Она спа­ла, ут­кнув­шись ли­цом в од­ну из по­душек и уку­тав­шись в оде­яло, слов­но хо­тела спря­тать­ся от все­го ми­ра. По­хоже, де­ло дей­стви­тель­но бы­ло в бе­лом цве­те пос­те­ли, по­тому что на алой Бел­ла спа­ла спо­кой­но. Ин­те­рес­но, с чем для неё свя­зан бе­лый цвет? Сам Эд­вард всег­да счи­тал, что бе­лый – цвет ми­ра, доб­ра, сво­боды и чис­то­ты. Что же она име­ет про­тив все­го это­го? Увы, он еще слиш­ком ма­ло зна­ет о ней, что­бы су­дить о пос­тупках этой храб­рой де­воч­ки. Его де­воч­ки. 
Он так же ти­хо по­доб­рался к краю кро­вати и со всей ос­то­рож­ность опус­тился на по­душ­ки ря­дом со спя­щей де­вуш­кой. Он ни­ког­да не был так спо­ко­ен и уми­рот­во­рен. Ему всег­да бы­ло хо­рошо ря­дом с Бел­лой, он не чувс­тво­вал бо­ли, не чувс­тво­вал чу­жой кро­ви на ру­ках, кро­ви лю­дей, пе­решед­ших ему до­рогу или не вы­пол­нивших его при­казы. 
Он чувс­тво­вал се­бя зна­чимым и чис­тым, буд­то и не бы­ло тех де­сят­ков жен­щин, ко­торые по­быва­ли в его пос­те­ли со дня тра­гедии и до Неё. Он сей­час и пред­ста­вить не мог, что­бы на­ходить­ся ря­дом с дру­гой де­вуш­кой. Он всем сер­дцем лю­бил толь­ко Бел­лу, толь­ко эту де­воч­ку, ко­торая то­же на­виде­лась бо­ли, и ко­торую бы он хо­тел заб­рать се­бе всю, ес­ли бы смог. Этот ан­гел не дол­жен стра­дать, но он сам при­чиня­ет ей стра­дания… 

– Бел­ла, – ти­хо шеп­нул он, нак­ло­ня­ясь бли­же к де­вуш­ке и раз­гля­дывая в мяг­ком лун­ном све­те её шел­ко­вые ло­коны и ми­лое поч­ти дет­ское ли­чико с длин­ны­ми рес­ни­цами, на­шед­ши­ми при­ют на ее ат­ласных ще­ках. Он нак­ло­нил­ся ещё бли­же к куд­рям Бел­лы и вдох­нул её аро­мат всем те­лом, на­пол­ня­ясь им до кра­ев и ста­новясь счас­тли­вее, чем преж­де. 
Ему все нра­вилось в этой де­вуш­ке: её ум, доб­ро­та, кра­сота и си­ла – она мо­жет за­щитить се­бя от ко­го угод­но, да­же от не­го… Но он не хо­чет, что бы она за­щища­лась от не­го, ведь он го­тов на все ра­ди сво­ей Бел­лы. 

Он ос­то­рож­но под­нялся и, обой­дя кро­вать кру­гом, по­дошел к Бел­ле с дру­гой сто­роны, от­ку­да мог ви­деть её ли­цо. По­ложив го­лову на ее по­душ­ку, он с улыб­кой смот­рел на де­вуш­ку, впи­тывая всю её кра­соту и дет­скую не­пос­редс­твен­ность. Он по­любил её сра­зу дву­мя ви­дами люб­ви – от­цов­ской и муж­ской. Он хо­тел за­щищать её и обе­регать, но в то же вре­мя хо­тел быть и с ней, же­нить­ся на ней в один прек­расный день… 
Ког­да-то он ду­мал, что она дь­явол, нис­послан­ный с не­бес, что­бы унич­то­жить его, но те­перь он все боль­ше убеж­да­ет­ся, что она та, ко­торая спа­сет его – уже спас­ла – от са­мого се­бя, от прош­ло­го, от бо­ли. Она по­дари­ла ему се­бя, она ока­залась в его особ­ня­ке, ря­дом с ним… 
Он каз­нил се­бя за всю ту боль, что при­чинил ей. Боль­ше все­го на све­те он хо­тел бы за­быть про то, что про­изош­ло днем, но знал, что не име­ет на это пра­во. Он не зас­лу­жива­ет заб­ве­ния. За­ново про­живая каж­дый мо­мент и ана­лизи­руя его, он по­нял, что вел се­бя не­поз­во­литель­но, и это уби­вало его. 

Он все про­дол­жал смот­реть на Бел­лу, пы­та­ясь раз­гля­деть в тем­но­те хо­тя бы очер­та­ния ее ли­ца, но тут лун­ный свет чуть яр­че и пол­ностью ос­ве­тил его. И тог­да сер­дце Кал­ле­на, о су­щес­тво­вании ко­торо­го он так дол­го не вспо­минал, сжа­лось от жа­лос­ти и тос­ки – на ли­це Бел­лы вид­не­лись до­рож­ки от не­дав­но вы­сох­ших слез… 
Он тут же по­обе­щал се­бе, что боль­ше эта де­вуш­ка не проль­ет ни сле­зин­ки. Он пок­лялся се­бе бе­речь и обе­регать Бел­лу да­же от се­бя. Она нуж­на ему лю­бой, но она дол­жна быть счас­тли­ва. Ес­ли бы он мог как-то вер­нуть­ся в тот раз­го­вор на тер­ра­се и все ис­пра­вить… Он бы от­дал все день­ги ми­ра или да­же по­лови­ну жиз­ни ра­ди это­го, по­тому что вспом­нил сло­ва, ска­зан­ные им это­му хруп­ко­му и ра­нимо­му су­щес­тву, ко­торое се­год­ня да­же по­пыта­лось уте­шить его на по­ляне… 

Он ска­зал ей: «Те­бе ЗАП­РЕ­ЩЕНО по­кидать ком­на­ту!» 
А она без стра­ха в гла­зах отоз­ва­лась ему, буд­то бы нас­ме­ха­ясь: «Мне ПЛЕ­ВАТЬ на твои зап­ре­ты!» 
От этих слов он буд­то со­шел с ума и про­дол­жил пе­репал­ку, не в си­лах ос­та­новить­ся, о чем сей­час бе­зум­но жа­лел: «В этом до­ме все под­чи­ня­ют­ся МНЕ! И ты то­же бу­дешь ПОД­ЧИ­НЯТЬ­СЯ МНЕ!» 
И она вык­рикну­ла в от­вет: «НИ­КОГ­ДА!» 

Он гор­дился сво­ей ма­лень­кой де­воч­кой, ко­торая в си­лах про­тивос­то­ять да­же ему. Он все­ми си­лами бу­дет пы­тать­ся из­ба­вить­ся от сво­его гне­ва, на­учить­ся кон­тро­лиро­вать его. По­тому что эти сло­ва ре­зали ему ду­шу ржа­вым но­жом. 
Он бес­созна­тель­но опус­тил взгляд с ли­ца Бел­лы на её те­ло, ук­ры­тое оде­ялом и толь­ко тог­да об­ра­тил вни­мание на ру­ки, ле­жав­шие по­верх ат­ласной ма­терии. Сна­чала он да­же не по­нял, что не так. Ка­залось, они опо­яса­ны узо­рами, и он спер­ва по­думал, что это тень от оде­яла на её ко­же, но нак­ло­нив­шись бли­же, раз­гля­дел ужас­ные си­няки. 
Не ве­ря собс­твен­ным гла­зам, Эд­вард всмат­ри­вал­ся в си­нева­то-ли­ловые узо­ры, ка­зав­ши­еся в све­те но­чи поч­ти чер­ны­ми. 
Его дро­жащая ру­ка по­тяну­лась к за­пястью де­вуш­ки и, ед­ва ка­са­ясь, он при­ложил свои паль­цы к од­ной из ге­матом. Кон­ту­ры иде­аль­но сов­па­ли… 

Он сжал зу­бы, от­во­рачи­ва­ясь от Бел­лы и сми­ная в ку­лаке край оде­яла, буд­то мог­ло из­ба­вить его от злос­ти, нап­равлен­ной в этот – оче­ред­ной – раз на се­бя са­мого. Но оде­яло бы­ло лишь бес­по­лез­ным кус­ком ма­терии, нес­по­соб­ным при­нес­ти ему ус­по­ко­ение. И по­это­му Эд­вард от­ки­нул­ся на по­душ­ки, зак­рыл гла­за и по­пытал­ся ус­по­ко­ить­ся, прий­ти в се­бя и на­ладить сбив­ше­еся ды­хание. По­ка он справ­лялся с со­бой, он уло­вил звук, ко­торый из­да­ла Бел­ла. Она на­чала всхли­пывать пря­мо во сне, и он, мгно­вен­но рас­пахнув гла­за, сно­ва при­под­нялся на лок­те, всмат­ри­ва­ясь в ли­цо лю­бимой де­вуш­ки. 
Бел­ла вздрог­ну­ла и её ли­цо ис­ка­зилось буд­то бы от бо­ли, а ру­ки, до это­го ле­жав­шие на оде­яле вне­зап­но стис­ну­ли ма­терию, в по­хожем на его собс­твен­ный жес­те. Ещё се­кун­да и Бел­ла из­да­ла прон­зи­тель­ный крик, а че­рез мгно­вение её гла­за рас­пахну­лись. Она про­дол­жа­ла всхли­пывать, ус­та­вив­шись вверх и, ка­жет­ся, не за­мечая ни­чего вок­руг. 

Нес­коль­ко бес­ко­неч­ных мгно­вений спус­тя её взгляд стал бо­лее ос­мыслен­ным и сколь­знул в сто­рону Кал­ле­на. Ка­жет­ся, она сов­сем не ожи­дала его уви­деть, по­тому что вскрик­ну­ла и рез­ко от­пря­нула. 
– Ти­ше Бел­ла, это я, – про­тянув к ней ру­ку и ус­по­ка­ива­юще пог­ла­див пред­плечье, про­из­нес Кал­лен. 
Это не слиш­ком по­мог­ло. Ут­ренние вос­по­мина­ния не от­пуска­ли её, и она прек­расно пом­ни­ла, как вел се­бя Эд­вард се­год­ня днем. Как его ру­ки стис­ки­вали её. И этот по­веле­ва­ющий го­лос, при­казы­ва­ющий ей… Она дей­стви­тель­но бы­ла на­пуга­на, но по­том вслед за стра­хом приш­ла боль. А сей­час, пос­ле но­вого кош­ма­ра с Чар­ли в глав­ной ро­ли, ко­торый то­же был вос­по­мина­ни­ем из да­леко­го прош­ло­го, она сно­ва бы­ла на­пуга­на и не зна­ла, что ей де­лать. Она да­же не мог­ла по­нять, где на­ходить­ся, по­ка её гла­за не встре­тились с взгля­дом Эд­варда. 
Она, про­дол­жая бес­по­мощ­но всхли­пывать, мгно­вен­но пе­ревер­ну­лась на дру­гой бок, вжи­ма­ясь ли­цом в по­душ­ку и про­ливая ту­да ос­тавши­еся сле­зы. 
– Бел­ла, те­бе не­чего бо­ять­ся, я не сде­лаю те­бе боль­но, обе­щаю! – го­воря это, он с со­жале­ни­ем вспом­нил те же сло­ва, про­из­не­сён­ные им па­ру дней на­зад. Он вновь не сдер­жал обе­щание, а Бел­ла по-преж­не­му пы­талась до­верять ему. Что же это та­кое? Смо­жет ли она прос­тить его се­год­ня, сей­час? За то что он сде­лал, за то что в оче­ред­ной раз по­вел се­бя ху­же жи­вот­но­го… 
– Я это уже слы­шала… – сквозь всхли­пы про­из­несла Бел­ла, все ещё не от­ры­вая го­ловы от по­душ­ки. 
– Я знаю, что вел се­бя ужас­но, Бел­ла, мое по­веде­ние ни­чем нель­зя оп­равдать, но я го­тов сде­лать все, что угод­но, ра­ди тво­его про­щения, – рас­се­яно от­ве­тил Кал­лен, пу­та­ясь в сло­вах и зах­лес­тнув­ших его чувс­твах, буд­то ка­кой-то школь­ник. Ни­ког­да в жиз­ни ему не при­ходи­лось оп­равды­вать­ся пе­ред кем-то кро­ме Иза­бел­лы… 
– А как же это? – Бел­ла отор­ва­ла го­лову от по­душ­ки и про­тяну­ла к Кал­ле­ну ру­ку, на ко­торой пес­тре­ли си­нева­тые узо­ры. Он шум­но сглот­нул и вновь взгля­нул в гла­за Бел­лы. В них бы­ло осуж­де­ние и от­чужде­ние. В них был страх и бы­ло не­дове­рие. Она не ве­рит ему, и у нее есть на это все ос­но­вания. Толь­ко вот что де­лать ему? 
– Прос­ти ме­ня… – толь­ко и смог от­ве­тить он, не зная, ка­кими сло­вами и как смо­жет заг­ла­дить свою ви­ну пе­ред ней. 
Ни­ког­да и ни­кому из тех, ко­го он лю­бит, он не на­носил по­бои или си­няки. А те­перь… Те­перь он за­ново от­кры­ва­ет се­бя, и эти от­кры­тия уби­вали его. А ес­ли Бел­ла не прос­тит его? Ес­ли прок­ля­нет так же, как Элис? Не­уже­ли она спо­соб­на на та­кое? 
И ес­ли ока­жет­ся, что спо­соб­на, его сер­дце вновь ра­зор­вется на час­ти. А ведь оно лишь не­дав­но на­чало по­тихонь­ку вос­ста­нав­ли­вать­ся, отс­тра­ивать­ся за­ново…очень мед­ленно, но и это­го бы­ло мно­го. Не­уже­ли этим пе­реме­нам при­шел ко­нец? Не­уже­ли гнев, пог­ло­тив­ший его, по­губил эти толь­ко рас­цве­та­ющие цве­ты люб­ви в ней? Воз­можно, он все нап­ри­думы­вал се­бе, но ви­дя при­вязан­ность Бел­лы и страх в её гла­зах, он го­тов был скло­нить к её но­гам весь мир, ис­полнить лю­бое же­лание, сде­лать все что угод­но. Толь­ко нуж­но ли ей все это? Воз­можно, её единс­твен­ное же­лание – сво­бода? От ко­го? От не­го? Или от собс­твен­ной сущ­ности, от бо­ли? 
Сколь­ко же воп­ро­сов… Где ис­кать от­ве­ты? 
Бел­ла кач­ну­ла го­ловой и сно­ва за­лилась сле­зами, опус­кая го­лову на по­душ­ку. Сер­дце Эд­варда, ко­торое и так раз­ры­валось от жа­лос­ти и бо­ли, не вы­дер­жа­ло боль­ше. Его ру­ки вновь опус­ти­лись ей на пле­чи и ста­ли лас­кать их, буд­то бы на­де­ясь из­ба­вить её от бо­ли, при­чинён­ной им са­мим. 
– У всех су­мас­шедших та­кие пе­репа­ды нас­тро­ения? – всхли­пывая, спро­сила она, не по­вора­чивая к не­му го­ловы, чем зас­та­вила Эд­варда ти­хо ус­мехнуть­ся, но он тут же по­серь­ез­нел: 
– Ты пра­ва, я су­мас­шедший! 
– Не­уже­ли я мо­гу выс­ка­зывать собс­твен­ное мне­ние? – яз­ви­тель­но спро­сила она, но сле­зы, лив­ши­еся по её ще­кам, и сот­ря­са­юще­еся от ры­даний те­ло, не поз­во­лили этим сло­вам проз­ву­чать так, как на­де­ялась Бел­ла. 
Страх в её го­лове, выз­ванный кош­ма­ром, ещё не ис­чез, но те­перь здесь был Эд­вард, а он, нес­мотря на всю ту жес­то­кость и су­мас­шес­твие, раз­го­нял ту­чи ужа­са пос­ле её про­буж­де­ния пос­ре­ди но­чи. Как бы она ни не­нави­дела его, как бы ни бы­ло силь­но ее не­жела­ние го­ворить с ним, но она не мог­ла поз­во­лить ему уй­ти. Без не­го в эту ком­на­ту тут же вер­нутся приз­ра­ки сом­не­ний и тра­гедий, страш­ных вос­по­мина­ний и бо­ли. А с ним… с ним боль сов­сем дру­гая… Эта боль ис­хо­дит не от прош­ло­го, а от нас­то­яще­го. От не­го са­мого… Ещё не­из­вес­тно, ка­кая боль ху­же, но для то­го, что­бы ра­зоб­рать­ся с обе­ими, ей нуж­но его при­сутс­твие. Она ни­ког­да не ду­мала, что бу­дет нуж­дать­ся в нем, но все слу­чилось имен­но так. 
– Мо­жешь. Ты мо­жешь все, что за­хочешь, Бел­ла, – уве­рен­но про­гово­рил Эд­вард, под­би­ра­ясь бли­же к де­вуш­ке. – Все в этом до­ме, в ми­ре, при­над­ле­жит те­бе, за­висит от те­бя. Я весь твой, все мое ес­тес­тво. Ты мо­жешь по­лучить все­го ме­ня, или ка­кую-то часть: я то­же за­вишу от те­бя. Что бы ни го­вори­ли все вок­руг, и в том чис­ле я… 
От удив­ле­ния Бел­ла да­же пе­рес­та­ла пла­кать и за­мер­ла, пы­та­ясь ос­мыслить сло­ва Эд­варда. Кал­лен за­нимал­ся тем же, ду­мая, что еще ска­зал, что­бы она по­вери­ла в его ис­крен­ность, но его ру­ки про­дол­жа­ли бро­дить по пле­чам Бел­лы в по­пыт­ке уте­шить. 
– И ты пра­ва, – ре­шил­ся про­дол­жить Эд­вард, не же­лая упус­кать вы­пав­шей воз­можнос­ти вы­молить про­щение, по­ка де­вуш­ка мол­ча слу­ша­ет его, – я дей­стви­тель­но су­мас­шедший, по­тому что при­чиняю боль то­му, кто мне так до­рог. 

От пос­ледне­го сло­ва Бел­ла сно­ва вздрог­ну­ла и, пов­то­рив эти сло­ва про се­бя, сно­ва пог­ру­зилась в раз­личные, быс­тро про­бега­ющие ми­мо мыс­ли. Она и пред­ста­вить не мог­ла, что этот че­ловек ска­жет ей та­кое… Вы­ходит, их при­вязан­ность обо­юд­на? Он то­же при­вязан к ней, как и она к не­му? 
Эд­вард с за­мира­ни­ем сер­дца ожи­дал ре­ак­ции де­вуш­ки на его сло­ва. Обыч­но он за­ранее про­думы­вал за­пас­ной план, но сей­час он не знал, че­го ждать и что он бу­дет де­лать даль­ше, ес­ли Бел­ла не смо­жет по­верить ему, прос­тить его. Это был не эк­спе­римент, не стра­тегия, это бы­ло ис­крен­нее приз­на­ние. 
Бел­ла же, нем­но­го по­раз­мыслив, нес­ме­ло обер­ну­лась к Кал­ле­ну, и в её ка­рих гла­зах, бла­года­ря лун­но­му све­ту, Эд­вард раз­ли­чил и нас­то­рожён­ность, и ра­дость. Он улыб­нулся, что­бы под­держать де­вуш­ку, ска­зать взгля­дом, что его сло­ва – ис­тинная прав­да и толь­ко Бел­ла на­ходит­ся в его сер­дце, оно все при­над­ле­жит ей, и толь­ко ей ре­шать, смо­жет ли оно вновь бить­ся ров­но или опять прев­ра­тит­ся в ру­ины. Те­перь это за­висит толь­ко от неё. Пу­ти на­зад нет. И все Кал­лен не знал, как смо­жет пе­режить по­терю та­кого до­рого для не­го су­щес­тва во вто­рой раз…

Де­вуш­ка про­дол­жа­ла смот­реть на не­го, а он, ос­ме­лив­шись, про­тянул ру­ку и вы­тер с её ще­ки нес­коль­ко сле­зинок сво­ими. В гла­зах Бел­лы по­яви­лось но­вое чувс­тво, чувс­тво бла­годар­ности и че­го-то ещё… вос­хи­щения? 
Он и не ус­пел сде­лать боль­ше, как она вдруг ки­нулась к не­му в объ­ятья так быс­тро, что он да­же сна­чала не по­нял, что про­изош­ло. Как и в пре­дыду­щие но­чи, она прим­кну­ла к его гру­ди. Толь­ко те­перь при­жима­лась она к не­му креп­че и силь­нее, буд­то бы бо­ять­ся от­пустить, по­терять и не най­ти… 
Толь­ко че­рез па­ру се­кунд приш­ло осоз­на­ние и его гу­бы рас­тя­нулись в улыб­ке, а ру­ки об­ня­ли Бел­лу, неж­но пог­ла­живая её спи­ну. Он не ошиб­ся в ней, он ну­жен ей. Он ну­жен ей так же, как и она ему… 
– Ты ме­ня про­ща­ешь? – так на­де­ясь на по­ложи­тель­ный от­вет, спро­сил Эд­вард. 
Бел­ла улыб­ну­лась сквозь сле­зы: 
– Про­щаю… – про­шеп­та­ла она, ра­ду­ясь, что вся это раз­мол­вка кон­чи­лась так хо­рошо и без ущер­ба для ок­ру­жа­ющих. Вот он, нас­то­ящий Эд­вард – лас­ко­вый, неж­ный, за­бот­ли­вый и лю­бящий… А что та­кое лю­бовь? Не­уже­ли то, что он ис­пы­тыва­ет к ней, то, как он за­ботить­ся о ней, и на­зыва­ет­ся лю­бовь? А ес­ли и да, то, что чувс­тву­ет к не­му она? Толь­ко ли при­вязан­ность? А мо­жет быть это неч­то боль­шее? 
– Спа­сибо, Бел­ла, – всем сер­дцем ра­ду­ясь её сло­вам, про­из­нес Эд­вард и, скло­нив­шись к ее ло­конам, по­цело­вал ее в ма­куш­ку. 
В его ду­ше те­перь за­рож­да­лось но­вое, ещё бо­лее силь­ное чувс­тво, ко­торое он на­зывал лю­бовью. Она его про­ща­ет… Он при­чинил ей боль, зас­та­вил стра­дать, а она его про­ща­ет! Не­уже­ли она то­же по­люби­ла его? Воз­можно ли это в та­ком жес­то­ком ми­ре? 

Пос­ле той тра­гедии он клял­ся се­бе, что боль­ше не по­любит ни­кого, не зас­та­вит ни­кого стра­дать, не зас­та­вит их жить в веч­ном стра­хе и го­рес­ти сом­не­ний. Он не хо­тел, что­бы его де­ти, его же­на, его род­ные бы­ли нес­час­тны­ми. Он не хо­тел огор­чать их и очень силь­но бо­ял­ся по­терять… 
Кто от­ве­тит, от­ку­да на его го­лову сва­лилось столь­ко стра­даний и бо­ли, по­чему все, что он лю­бит, гиб­нет? Слов­но цве­ты в за­суху, они про­пада­ют, ис­че­за­ют, буд­то бы ни­чего ни­ког­да и не бы­ло? 

Иза­бел­ла, ро­дите­ли – все ис­чезло, про­пало, слов­но в цвет­ном сне ли­хорад­ки. Элис отс­тра­нилась от не­го нас­толь­ко, что он уже ни­ког­да не смо­жет приб­ли­зить её к се­бе. Она не прос­тит его, по­тому что не­нави­дит. Он не сда­вал­ся, он сра­жал­ся за сес­тру, он бил­ся за ее про­щение… Но впер­вые он опус­тил ру­ки, по­нимая, что это бес­по­лез­но. С мо­мен­та тра­гедии прош­ло боль­ше се­ми лет, а Элис все ещё не оп­ра­вилась, и, ве­ро­ят­но, уже ни­ког­да не оп­ра­вит­ся. А те­перь он вновь был го­тов про­дол­жить бит­ву за нее. Вдруг слу­чить­ся чу­до? 
– Ты ведь и дей­стви­тель­но со­жале­ешь? – вы­водя его из за­дум­чи­вос­ти, ти­хим и не­уве­рен­ным го­лосом спро­сила Бел­ла. Она так на­де­ялась, что он был ис­кре­нен, по­тому что очень хо­тела ве­рить ему. Она не зна­ла, что с ней бу­дет, ес­ли это все ока­жет­ся иг­рой… Его иг­рой, в ко­торой она прос­то пеш­ка, и её в лю­бой мо­мент мо­гут ски­нуть с шах­матной дос­ки. 
– Ты да­же не пред­став­ля­ешь, как! – го­рячо от­ве­тил Эд­вард, при­давая сво­ему го­лосу боль­ше уве­рен­ности и чес­тнос­ти. 
Бел­ла вновь улыб­ну­лась и, про­тянув свою ру­ку, наш­ла ла­донь Кал­ле­на, буд­то бы скреп­ляя их со­юз по­жати­ем его ру­ки. Эд­вард был при­ят­но удив­лен и неж­но про­вел паль­ца­ми по шел­ко­вой ко­же Бел­лы, нас­лажда­ясь каж­дой се­кун­дой, про­веден­ной вмес­те с этим ан­ге­лом во пло­ти. 
Бел­ла сво­ими паль­чи­ками ле­гонь­ко про­вела по тыль­ной сто­роне его ла­дони и в не­пони­мании ос­та­нови­лась, чувс­твуя не­боль­шие уг­лублён­ные ли­нии на ко­же Эд­варда. 
– Что это? – отор­вавшись от гру­ди Эд­варда, спро­сила он, вгля­дыва­ясь в его ла­донь. Но лун­ный свет уже по­кинул ком­на­ту, и в тем­но­те Бел­ла не смог­ла ни­чего уви­деть. Она раз­мышля­ла о стран­ных ли­ни­ях, ко­торые ощу­щали её паль­цы, но тут впер­вые по­няла, что не бо­ит­ся тем­но­ты. Рань­ше она спа­салась от неё, как от цу­нами или ура­гана, а сей­час ей не бы­ло страш­но… Во мно­гом бла­года­ря при­сутс­твию Кал­ле­на… 
– Это прос­то ца­рапи­ны, ерун­да, – по­жал пле­чами Эд­вард, вспо­миная, как ног­ти Элис впи­вались ему в ко­жу, по­ка он пы­тал­ся об­нять, ус­по­ко­ить её, а сей­час Бел­ла взгля­нула на не­го, жаж­дя от­ве­та. 
– Элис… – ти­хо про­из­нес Эд­вард, пы­та­ясь за­быть о сес­тре, но мыс­ли не поз­во­ляли ему это­го. Он толь­ко стал при­ходить в се­бя пос­ле про­ис­шес­твия в «Сто ша­гов», как сно­ва на­поми­нание… Он лю­бил Элис, но те­перь уж и не знал, что это на са­мом де­ле. Что он бу­дет с ней де­лать, как по­ведет се­бя она в сле­ду­ющий раз… Его лю­бовь к ней не угас­ла, но ка­кие-то сме­шан­ные чувс­тва прес­ле­дова­ли его. 
Бел­ла удив­ленно изог­ну­ла бровь и сно­ва про­вела ру­кой по по­резам. А по­том, удив­ляя не толь­ко се­бя, но и Эд­варда, нак­ло­нилась к его ру­ке и ос­та­вила на од­ной из ца­рапин по­целуй. 
– Боль­но? – спро­сила она, от­ры­ва­ясь от ру­ки, и смот­ря в гла­за Эд­варда. 
– Те­перь нет, – улыб­нулся тот и, ле­гонь­ко по­тянув Бел­лу на се­бя, вер­нул в собс­твен­ные объ­ятья. Она удов­летво­рен­но вздох­ну­ла и, по-дет­ски об­хва­тив его ру­ками, зак­ры­ла гла­за, на­де­ясь прос­пать ос­та­ток но­чи без кош­ма­ров, как всег­да бы­вало ря­дом с Эд­вардом. 
Уже чуть поз­же, ког­да Бел­ла ус­ну­ла, Эд­вард, все это вре­мя гла­див­ший её по во­лосам, улыб­нулся, и, нак­ло­нив­шись к са­мому уху спя­щей де­вуш­ки, про­шеп­тал сло­ва, шед­шие из сер­дца: 
– Я люб­лю те­бя! 

А пос­ле он от­ки­нул го­лову на по­душ­ку, и, ук­рыв их обо­их оде­яло, об­вил ру­ками Бел­лу и зак­рыл гла­за, меч­тая лишь об од­ном – ус­лы­шать те же сло­ва в от­вет от де­вуш­ки, спя­щей в его объ­ять­ях. Что-то смут­но под­ска­зыва­ло ему, что это слу­чит­ся, обя­затель­но слу­чит­ся!

Похожие статьи:

Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...




Добавить комментарий
Комментарии (0)