17 октября 2015 Просмотров: 687 Добавил: тasha

Заточенная в Золотой Клетке. Глава 13

 

Гла­ва 13 - Воз­вра­щение

Ед­ва Бел­ла вер­ну­лась в особ­няк, как прис­лу­га тут же об­сту­пила её со всех сто­рон и заб­ро­сала воп­ро­сами о са­мочувс­твии и пе­режи­том. Эм­ме­та ря­дом не бы­ло, по­это­му она по­чувс­тво­вала се­бя без­за­щит­ной, и страх стал воз­вра­щать­ся, ско­вывая ле­дяны­ми око­вами. Не ис­пы­тывая же­лания об­щать­ся с ни­ми, тем бо­лее по­казы­вать свой страх, вы­терев сле­зы, она от­тол­кну­ла всех и ки­нулась вверх по лес­тни­це. На­конец она вер­ну­лась в свою ком­на­ту, о ко­торой меч­та­ла каж­дая де­вуш­ка в этом до­ме. 
Все их с Элис ве­щи бы­ли ак­ку­рат­но раз­ве­шены и раз­ло­жены в шка­фу. Как толь­ко Бел­ла уви­дела их сно­ва, она на­чала их сры­вать с ве­шалок и по­лок, с ис­те­ричес­ким кри­ком и пла­чем рас­ки­дывать по ком­на­те. Раз­ле­та­ясь в раз­ные сто­роны, раз­ноцвет­ная одеж­да и обувь от из­вес­тных про­из­во­дите­лей опус­ка­лись на пол, соз­да­вая не­во­об­ра­зимый, но кра­соч­ный бес­по­рядок. 

Нес­мотря на одо­левав­шие её эмо­ции, Бел­ла не за­была зак­рыть дверь на за­мок. Мож­но бы­ло не бес­по­ко­ить­ся, что кто-ни­будь вло­мит­ся и нач­нет ути­хоми­ривать, с кри­ком «Су­мас­шедшая!». 
У неё серь­ез­ные проб­ле­мы, она это по­нима­ла. Впер­вые пос­ле пле­нения она до­вери­лась ко­му-то и бы­ла за это «воз­награж­де­на». Сес­тра Эд­варда в пси­хи­ат­ри­чес­кой кли­нике, а она - тут и хо­рошо, что тут, а не мер­твая в ле­су… 

Как она это до­пус­ти­ла? Обе­щала ведь се­бе, боль­ше ни­кому и ни­ког­да не до­верять! Не до­верять Кал­ле­ну и его се­мей­ке, а в ито­ге? На­руши­ла свое обе­щание и по­лучи­ла спол­на. 
Ну, пред­по­ложим, к Эд­варду у неё ка­кая-то не по­нят­ная, да­же для неё са­мой, сим­па­тия или при­вязан­ность, но он, все-та­ки, по­могал ей па­ру раз… а Элис? За­чем ей от­но­шения с этой стран­ной де­вуш­кой? По­чему она не пос­лу­шала свое внут­реннее я, ког­да это бы­ло не­об­хо­димо? Она ду­ра, что от­клик­ну­лась на мни­мую от­кры­тость Элис с са­мого на­чала. 

Или она по­велась на ны­не бо­гатую и рос­кошную жизнь? Не­уже­ли она го­това бы­ла про­менять се­бя, свое ес­тес­тво и под­пи­сать­ся на по­жиз­ненный при­говор - жиз­ни в Зо­лотой Клет­ке, за не­ог­ра­ничен­ное ко­личес­тво глу­пого мо­роже­ного и до­рогие шмот­ки? Кто она, кем ста­ла? 
Не­нависть и до­сада по от­но­шению к се­бе, ми­ру и все­му вок­руг, ме­шали Бел­ле трез­во ос­мыслить про­изо­шед­шее. Она хо­тела ви­деть Эд­варда по­тому, что по­няла, он – единс­твен­ный, кто по­может со всем спра­вить­ся, но, в то же вре­мя, не хо­тела, да­же ду­мать, что Кал­лен по­явит­ся и ста­нет единс­твен­ным, ко­му мож­но до­верять.… Го­това ли она? Хо­тела ли? 

Вот черт! Ку­да она влип­ла? 

А, мо­жет, Эд­вард и сам жа­ле­ет, что при­вез её сю­да, в свой дом? Мо­жет быть, он спе­ци­аль­но у­ехал, что­бы не ви­деть её, по­даль­ше от опас­ной бли­зос­ти к ней? 
Но тог­да как объ­яс­нить его вол­не­ние и неж­ность по от­но­шению к ней в мно­гок­ратных слу­ча­ях? 
Как же все за­пута­лось, за этот ме­сяц! Она са­ма все за­пута­ла, и те­перь рас­пу­тывать то­же ей. Хва­тит ли у неё сил быть сов­сем од­ной? От ко­го ждать по­мощи? Не­уже­ли те­перь её единс­твен­ная на­деж­да и от­ду­шина в этом жес­то­ком ми­ре – Эд­вард Кал­лен? 

Ког­да в ком­на­те ста­ло слиш­ком жар­ко, Бел­ла рас­пахну­ла дверь на бал­кон, ко­торый об­на­ружи­ла за што­рами ещё вче­ра, и впус­ти­ла в ком­на­ту све­жий ноч­ной воз­дух. 
Бел­ла нем­но­го ус­по­ко­илась, лишь ру­ки и ко­лени под­ра­гива­ли, на­поми­ная о пе­режи­том се­год­ня. Ког­да ужас ото­шел, вспом­нился рас­сказ Элис. 
Что слу­чилось в этом особ­ня­ке, о ко­тором тол­ко­вала Элис на том пе­пели­ще? 
Кем бы­ла Иза­бел­ла, кем она бы­ла для Эд­варда, что все вок­руг зна­ют её и бук­валь­но бо­гот­во­рят? Она бы­ла его же­ной? Ма­терью? Сес­трой? 

Она не ус­пе­ла расс­про­сить… 

А Джей­коб? Кто та­кой Джей­коб? По­чему Элис ры­дала, ког­да про­из­но­сила это имя? По­чему прок­ли­нала бра­та, вспо­миная об этом че­лове­ке? 
Кем он был для неё и кем яв­лялся? И как эти оба по­гиб­ли в по­жаре? Они что, сго­рели за­живо? 
И без то­го на­пуган­ная Бел­ла вздрог­ну­ла от ужас­ных мыс­лей. Ей бы­ло страш­но и хо­телось толь­ко од­но­го – по­коя. И по­верить в то, что она в бе­зопас­ности. 
С тех пор, как Чар­ли пло­хо обо­шел­ся с ней в пь­яном уга­ре, она ни­ког­да не чувс­тво­вала се­бя в по­кое и бе­зопас­ности. 
Каж­дую ночь она ви­дит сон, каж­дую ночь это ви­дение сво­дит её с ума, и она ни­как не мо­жет за­быть, по­тому что не в си­лах и не в сос­то­янии за­быть. Та­кую боль не за­быва­ют, да­же спус­тя го­ды. Она не ути­ха­ет и жи­вет в ва­шем сер­дце, ва­шей ду­ше всю ос­тавшу­юся жизнь. 

Вне­зап­но те­лефон­ный зво­нок от­влек Бел­лу от мыс­лей, она под­прыг­ну­ла на мес­те от не­ожи­дан­ности, не ре­ша­ясь по­дой­ти к сто­яще­му на прик­ро­ват­ной тум­бочке те­лефо­ну и от­ве­тить. 
Те­лефон над­ры­вал­ся и зво­нил, ви­димо, зво­нив­ший не со­бирал­ся от­сту­пать. Су­дя по то­му, что сей­час че­тыре ча­са ут­ра, вряд ли кто-то ошиб­ся но­мером. Но Бел­ла про­дол­жа­ла сто­ять и за­чаро­ван­но гля­деть на те­лефон­ную труб­ку, раз­ры­вав­шу­юся под трель ап­па­рата. 
На­конец, ког­да поз­во­нили в тре­тий раз и зво­нили дос­та­точ­но дол­го, тер­пе­ние де­вуш­ки не вы­дер­жа­ло, и она, по­дой­дя вплот­ную к ап­па­рату, пос­мотре­ла на не­го злоб­ным взгля­дом, буд­то бы от это­го он мог за­мол­чать, и дать ей по­сидеть в ти­шине. А мо­жет, так да­же луч­ше? Пусть зво­нит, ти­шина то­же её пу­га­ет. Ско­ро, все в этом ми­ре нач­нет пу­гать, и она по­седе­ет к двад­ца­ти го­дам, а то и рань­ше. 

Она ак­ку­рат­но под­ня­ла труб­ку и под­несла к уху, как буд­то та мог­ла ожить и уку­сить её. Бел­ла мол­ча­ла и ус­лы­шала в труб­ке вздох об­легче­ния, а за­тем серь­ез­ный ба­ритон Кал­ле­на: 
- Бел­ла, ты ме­ня до смер­ти на­пугать хо­чешь? По­чему не от­ве­ча­ешь? – воп­ро­шал Эд­вард, по­ка под­ни­мал­ся по тра­пу са­моле­та сво­ей ком­па­нии, вдруг лю­без­но, ока­зав­ше­муся сво­бод­ным. Прой­дя в са­лон и при­сев в крес­ло, он прис­тегнул­ся рем­ня­ми, бро­сив быс­трый взгляд на сим­па­тич­ную стю­ар­дессу, ко­торая хо­дила по са­лону, ви­ляя бед­ра­ми, яко­бы при­бирая и без то­го чис­тый са­лон. Рань­ше, он за­нял­ся бы ею, пря­мо в ту­але­те, но сей­час в его го­лове не бы­ло ни­кого, кро­ме его Бел­лы. Его ма­лень­кой Бел­лы Свон. 
Са­ма же Бел­ла за­дума­лась, ре­шая, как го­ворить с Кал­ле­ном. Как с дру­гом? Или нуж­но от­тол­кнуть его ку­да по­даль­ше? 

- Бел­ла? – го­лос на том кон­це сно­ва нап­рягся и по­чему-то, са­ма не зная по­чему, Бел­ла отоз­ва­лась:
- Я в по­ряд­ке, прос­ти, – эти сло­ва бы­ли та­кими не­об­хо­димы­ми для них обо­их, ка­жет­ся, Бог вло­жил эту фра­зу в ее ус­та. Ник­то из них не ду­мал, что они бу­дут вол­но­вать­ся, бес­по­ко­ить­ся друг о дру­ге. Осо­бен­но Эд­вард Кал­лен, ко­торый, как пра­вило, был жес­ток и рав­но­душен, при­вык ид­ти «по го­ловам», как и его пред­ки, ес­ли де­ло не ка­салось очень близ­ких лю­дей. Что же ка­са­ет­ся Бел­лы, то с её ха­рак­те­ром ник­то не мог сми­рить­ся, кро­ме Ре­не. Но, как и в слу­чае с Эд­вардом, ник­то не пы­тал­ся уз­нать при­чины та­кого по­веде­ния, уви­деть за этой дер­зкой за­щит­ной обо­лоч­кой, страш­ную судь­бу и тем­ную ис­то­рию, ко­торую Бел­ла хо­тела за­быть. У Эд­варда своя тра­гедия, ко­торую он бе­зус­пешно пы­тал­ся за­быть. И Бог ре­шил, что толь­ко со­еди­нив их, он мо­жет по­мочь сра­зу дво­им най­ти се­бя, об­рести и не по­терять. Он знал, что так и бу­дет, толь­ко ему нуж­но бы­ло вре­мя… Им нуж­но бы­ло вре­мя! 
- Я вы­летаю к те­бе! – не­ожи­дан­но со­об­щил Эд­вард. Бел­ла от­шатну­лась от те­лефо­на, буд­то он дей­стви­тель­но об­жег её. Как это он воз­вра­ща­ет­ся? 
Пос­ле этих слов де­вуш­ка, ка­жет­ся, раз­де­лилась на две час­ти: од­на твер­ди­ла, что слиш­ком ра­но ему ехать в Нью-Й­орк, да и мисс Свон к встре­че не го­това, а дру­гая во все гор­ло кри­чала и ра­дова­лась, по­тому что зна­ла, что сов­сем ско­ро тот, кто ей ну­жен бу­дет ря­дом. И Бел­ла, не зная, ка­кую часть се­бя пос­лу­шать, сто­яла и вни­мала кри­кам обо­их. Тем вре­менем, Эд­вард нер­вно пос­ту­кивал паль­ца­ми по ко­жано­му крес­лу в ожи­дании вы­лета. 
- Хо­рошо… - толь­ко и смог­ла от­ве­тить Бел­ла, и быс­тро вер­ну­ла труб­ку на мес­то, как пой­ман­ный на мес­те прес­тупле­ния без­моз­глый вор в чу­жом до­ме. 

Эд­вард был удив­лен вне­зап­ным окон­ча­ни­ем раз­го­вора и, хмык­нув, спря­тал те­лефон в кар­ман, прис­лу­шива­ясь к на­рас­та­ющим зву­кам дви­гате­лей са­моле­та для взле­та. 

Са­молет стал мед­ленно под­ни­мать­ся, и Кал­лен по­молил­ся, что­бы ни­чего боль­ше не слу­чилось, что мог­ло бы по­мешать ему вос­со­еди­нить­ся с Бел­лой и боль­ше ни­ког­да не ос­тавлять её од­ну… 
Тем вре­менем Бел­ла си­дела в пле­теном крес­ле на бал­ко­не и смот­ре­ла на звез­дное не­бо, га­дая ка­кая ее ждет судь­ба в бу­дущем. Уку­тав­шись в плед, она не чувс­тво­вала неп­ри­выч­но­го лет­не­го хо­лода, толь­ко све­жий воз­дух при­ят­но об­ду­вал её, да­вая воз­можность упо­рядо­чить мыс­ли и от­дохнуть. Пос­те­пен­но звез­ды ста­ли ис­че­зать и, над ле­сом по­яви­лись пер­вые лу­чи баг­ря­ного сол­нца. Во­да в пру­дике, на ко­торый вы­ходил её бал­кон, поб­ледне­ла, а по­том ста­ла яр­ко-ро­зовой от рас­све­та, ко­торый да­рило сол­нце, под­ни­ма­юще­еся за го­ризон­том. 

При­рода про­сыпа­лась, от­та­ива­ла от ноч­но­го сна и, че­рез па­ру ми­нут, Бел­ла ус­лы­шала сон­ное чи­риканье не­кото­рых ран­них пта­шек, под­нявших­ся сей­час, что­бы рань­ше дру­гих ус­петь к во­де и на­пить­ся вдо­воль, по­ис­кать спя­щих бу­кашек, да­бы они не дос­та­лись ко­му-то дру­гому, из ог­ромно­го и все­воз­можно­го ко­личес­тва же­ла­ющих. 

Бел­ла спать не хо­тела. Она слов­но зас­ты­ла и не хо­тела ме­нять свое мес­то­поло­жение. Она си­дела и смот­ре­ла на эту прек­расную, бес­пре­рыв­ную и сво­бод­ную жизнь. Она по­теря­ла сво­боду, её ли­шили сво­боды, ли­шил че­ловек, и этот че­ловек - Эд­вард. Смо­жет ли она ког­да-ни­будь за­быть это и быть счас­тли­ва?
Мо­жет на­до сми­рить­ся, ос­та­вить прош­лое по­зади, прос­тить и на­чать дру­гую жизнь? Ту, что пред­ла­га­ет Кал­лен, кра­сивую и бо­гатую. Жить, имея то, о чем и меч­тать не сме­ла рань­ше, как в сказ­ке. По­пытать­ся най­ти ра­дость в та­кой жиз­ни. 
Жизнь не за­кон­чи­лась пос­ле нев­згод и ли­шений. На­до жить, прис­по­собить­ся к пе­реме­нам в судь­бе и по­пытать­ся быть счас­тли­вой. 
Ко­неч­но, нет уве­рен­ности, что боль от пос­тупка Чар­ли, пе­чаль и тос­ка по Ре­не, за­будут­ся. 
Но, мо­жет, Бел­ла бу­дет дос­та­точ­но счас­тли­вой, что­бы приг­лу­шить свою боль. 
Най­дет ли она это счастье, по­везет ли ей, или уже по­вез­ло? Вдруг Эд­вард – тот, кто сде­ла­ет ее счас­тли­вой? Вдруг имен­но Эд­вард и есть – ее судь­ба? 
Что ж, она не бу­дет сей­час ни­чего за­гады­вать, вре­мя по­кажет. От судь­бы не уй­дешь, как бы мы ей не соп­ро­тив­ля­лись… 

Бе­лые чех­лы. Сно­ва пе­ред гла­зами нес­час­тной Бел­лы эти чер­то­вы чех­лы для ме­бели. Она си­дит на од­ном из кре­сел и чи­та­ет ка­кую-то кни­гу, при­везен­ную Ре­не ещё в юнос­ти, с даль­не­го ку­рор­та в Сре­дизем­но­морье, ку­да её единс­твен­ный раз в жиз­ни сво­зила род­ная мать. Кни­га, ка­жет­ся, на италь­ян­ском, и от это­го Бел­ле ещё ин­те­рес­нее. Она рас­смат­ри­ва­ет кра­соч­ные стра­ницы, как вне­зап­но на её пле­чо опус­ка­ет­ся тя­желая ру­ка от­ца, и она ис­пу­ган­но вздра­гива­ет, отс­тра­ня­ясь. От Чар­ли, как всег­да, не­сет вы­пив­кой, и его одеж­да, и он сам нас­квозь про­пита­лись этим за­пахом. 

- Па­па? – вос­кли­ца­ет Бел­ла, под­няв взгляд на от­ца. Тот гру­бо хва­та­ет её за ру­ку, вы­тас­ки­вая с крес­ла. Кни­га с гро­хотом па­да­ет на пол… 

Бел­ла сна­чала не по­нима­ет, что де­ла­ет Чар­ли. Её одеж­да не­ожи­дан­но сор­ва­на и быс­тро ока­зыва­ет­ся на по­лу, а она при­жата к гру­ди от­ца. Се­кун­да, две, три… И боль, нас­то­ящая и нес­терпи­мая. Бел­ла кри­чит во весь го­лос, пы­та­ясь выр­вать­ся, но он креп­ко дер­жит ее в коль­це же­лез­ных рук и, нев­нятно бор­мо­ча, за­каты­ва­ет гла­за от удо­воль­ствия. Бел­ла слиш­ком не­вин­на, что­бы по­нять, что про­ис­хо­дит. Сле­зы ль­ют­ся из её глаз, она гром­ко зо­вет на по­мощь, но её не слы­шат. Она зо­вет мать, мо­лит о спа­сении, но ма­тери нет до­ма… Она на­де­ет­ся, что кто-ни­будь дру­гой при­дет на по­мощь, и тут она вне­зап­но вык­ри­кива­ет имя, имя, ко­торое рань­ше в этом кош­ма­ре не при­сутс­тво­вало - Эд­вард! 

Она над­ры­ва­ет­ся, зо­вя ка­кого-то Эд­варда, но по­нима­ет, что ник­то уже ей не по­может. И кош­мар об­ры­ва­ет­ся, от­пуская её из сво­их цеп­ких объ­ятий сна. 

Бел­ла ши­роко рас­кры­ла гла­за, хва­тая ртом воз­дух, и под­ско­чила с кро­вати, слов­но уда­рен­ная элек­тро­шоком. Она всег­да пом­ни­ла каж­дую ме­лочь, каж­дую де­таль сво­его кош­ма­ра. Ей нес­терпи­мо страш­но, как всег­да пос­ле это­го сна. Вок­руг тем­но­та, а бе­лые за­навес­ки вок­руг кро­вати так по­хожи на бе­лос­нежные чех­лы для ме­бели из сна, что де­вуш­ка сры­ва­ет­ся на визг. 
Обыч­но в кош­ма­рах, точ­нее пос­ле них, с тех пор как она жи­ла здесь, она – од­на. Од­на, на­еди­не со сво­ими стра­хами и болью, но что-то стран­ное про­ис­хо­дит с ней. Чьи-то ру­ки об­хва­тили её за пле­чи и при­жали к сво­ему вла­дель­цу. И это сов­сем не то ощу­щение, что с Чар­ли. У от­ца ру­ки гру­бые и шер­ша­вые, а эти ру­ки мяг­кие, неж­ные и лас­ко­вые. Они слов­но нис­посла­ны с не­бес ус­по­ко­ить её и при­дать сил. 

Бел­ла не пы­талась отс­тра­нить­ся, при­кос­но­вение этих рук при­носи­ло по­кой и об­легче­ние. Она, на­обо­рот, креп­че при­жалась к гру­ди это­го ан­ге­ла-спа­сите­ля. Она - не од­на, он при­шел спас­ти её, сей­час, ког­да у нее нет ни­кого ря­дом, ког­да все без­на­деж­но по­теря­ны… 

Сле­зы Бел­ла ос­та­новить не мог­ла. Боль вы­ходит че­рез сле­зы, вот и этот раз не стал ис­клю­чени­ем. Тя­желые кап­ли ми­гом ока­зыва­ют­ся на ру­баш­ке её ан­ге­ла, про­питав её, не ос­тавляя су­хого прос­транс­тва, но, ка­жет­ся, ни Бел­лу, ни ее та­инс­твен­но­го ан­ге­ла это не сму­ща­ет. На­конец ан­гел по­дал го­лос: 
- Бел­ла, все хо­рошо, я с то­бой, я здесь, не бой­ся! – шеп­чет ей на ухо ан­гел, и она ми­гом уз­на­ет этот го­лос. Го­лос, ко­торый она но­сит в сво­ей па­мяти, спа­ситель­ный го­лос, ко­торый вы­вел её из сум­рачно­го ле­са. Го­лос, ко­торый не впер­вые вы­водит её из пле­на кош­ма­ров. 
- Ты вер­нулся! - Бел­ла за­рыда­ла гром­че, силь­нее об­хва­тывая Эд­варда. По­казать, как ей не­об­хо­димо его при­сутс­твие сей­час. 
- Я вер­нулся и боль­ше ни­куда не у­еду, – лас­ко­во про­шеп­тал Эд­вард, ус­по­ка­ива­юще пог­ла­живая Бел­лу по во­лосам. Он улы­бал­ся от мыс­ли, что го­ворит прав­ду, и от счастья, что вов­ре­мя ока­зал­ся здесь, ря­дом со сво­ей ма­лень­кой де­воч­кой. 
- Пер­вая хо­рошая но­вость за ме­сяц! – сквозь сле­зы ус­мехну­лась Бел­ла и бли­же под­ви­нулась к Эд­варду, не да­вая ему воз­можнос­ти да­же по­шеве­лить­ся. 

А он и не хо­тел. Они за­мер­ли на кро­вати в си­дячем по­ложе­нии. Го­лова Бел­лы и её рос­кошные шо­колад­ные куд­ри по­ко­ились на гру­ди у Кал­ле­на, а сле­зы, бе­зос­та­новоч­но ль­ющи­еся из её прек­расных каш­та­новых глаз, ка­зались Кал­ле­ну кро­шеч­ны­ми ал­ма­зами, мед­ленно дви­га­ющим­ся по ро­зовым щеч­кам. 
Он не мог отор­вать глаз от это­го зре­лища, так тро­гатель­но без­за­щит­ной и прек­расной выг­ля­дела Бел­ла. 

Он здесь, он вер­нулся, он ус­пел. Он ря­дом с са­мым до­рогим для не­го су­щес­твом на све­те, и боль­ше ему ни­чего не на­до. Он вспом­нил, как при­ехал пос­ле обе­да и сра­зу же по­шел в ком­на­ту де­вуш­ки. В гла­за бро­сил­ся во­рох ве­щей на по­лу. Му­раш­ки про­бежа­ли по все­му его те­лу, ког­да он не на­шел Бел­лы в ком­на­те. За­тем он до­гадал­ся прой­ти на бал­кон. Она бы­ла там. За­кутан­ная в плед, как в ко­кон, ви­димо, лю­бовав­шей­ся звез­дным не­бом пе­ред сном, она спа­ла. Он смот­рел на эту кар­ти­ну с уми­лени­ем и скры­тым бла­гого­вени­ем, с ка­ким дав­но не смот­рел ни на ко­го. С тех пор как ли­шил­ся сво­ей не­наг­лядной Иза­бел­лы Кал­лен, о ко­торой гре­зил столь­ко лет и меч­тал о том, как по-дру­гому они мог­ли про­жить все то ро­ковое вре­мя, от­пу­щен­ное им. 
Ка­жет­ся, в мо­мент со­зер­ца­ния спя­щей Бел­лы, от его сер­дца от­ко­лол­ся и рас­та­ял оче­ред­ной ку­сок ай­сбер­га, ос­тавляя за со­бой пер­вые приз­на­ки вес­ны, чис­тую та­лую во­ду, бе­гущую по сне­гу, зас­тавляя та­ять все вок­руг. Вес­на ду­ши, рож­да­ющая яр­кую и сол­нечную ма­гию люб­ви. Той са­мой, о ко­торой ду­мать за­был, и счи­тал, что уже не смо­жет ис­пы­тать это­го прек­расно­го чувс­тва пос­ле сво­их оши­бок. 
Но вот, по­жалуй­ста, он был счас­тлив, его ду­ша пе­ла и ли­кова­ла от од­но­го ви­да чу­дес­ной де­вуш­ки – Бел­лы! 

Он мед­ленно по­дошел к ней, под­нял на ру­ки со всей ос­то­рож­ностью, да­бы не пот­ре­вожить её сон, и от­нес на ту бе­лую и рос­кошную кро­вать, на ко­торой она ни ра­зу не спа­ла. 
День про­летел, а Бел­ла все не со­бира­лась про­сыпать­ся. Кал­лен спи­сал это на её шо­ковое сос­то­яние и ус­та­лость и тер­пе­ливо ждал, ког­да его спя­щая кра­сави­ца про­будит­ся ото сна. 

Это слу­чилось пос­ре­ди сле­ду­ющей но­чи, ког­да он сам уже ус­нул ря­дом, не дож­давшись про­буж­де­ния Бел­лы. Сна­чала его ра­зум от­вергал зву­ки, шед­шие из ни­от­ку­да, а по­том он от­крыл гла­за и уви­дел, что ли­цо Бел­лы ис­ка­зилось во сне. Она не­уве­рен­но те­реби­ла ру­ками оде­яло и тя­жело ды­шала. Он не мог по­нять, что ей снит­ся, и не ре­шал­ся вме­шивать­ся. Она зва­ла свою мать нес­коль­ко раз, а по­том… она поз­ва­ла его! Она умо­ляла его по­мочь ей, и от ус­лы­шан­но­го он пог­ру­зил­ся в сос­то­яние, ког­да был го­тов сде­лать все на све­те и да­же боль­ше, лишь по дви­жению её глаз, её рук. Что бы она ни поп­ро­сила. 

Это бы­ло так дав­но, что он за­был, что та­кое быть влюб­ленным, ког­да те­бя пе­репол­ня­ют фей­ер­верки эмо­ций, и ра­дость ль­ет­ся из те­бя, слов­но не­ис­ся­ка­емый фон­тан из ис­точни­ка счастья. 
А че­рез се­кун­ду она вне­зап­но зак­ри­чала, что силь­но взвол­но­вало Кал­ле­на и вер­ну­ло его в ре­аль­ность, от­вле­кая от сос­то­яния нир­ва­ны, в ко­торой он пре­бывал. 

Че­рез миг Бел­ла ши­роко рас­кры­ла гла­за и, сно­ва вскрик­нув, раз­ры­далась. Он быс­тро по­доб­рался к ней, лас­ко­во при­тянул к се­бе, на­де­ясь, что это нем­но­го по­может ей ус­по­ко­ить­ся. А она, так до­вер­чи­во ут­кну­лась в его грудь, её сле­зы на­мочи­ли его одеж­ду, но это его ма­ло тро­гало. В его ру­ках бы­ло луч­шее су­щес­тво на све­те! Он про­дол­жал лас­кать Бел­лу, бла­года­ря судь­бу за то, что по­дари­ла ему та­кое чу­до и в то­же вре­мя вол­ну­ясь, что за кош­ма­ры на­пуга­ли его де­воч­ку. По­это­му, отор­вавшись от вос­по­мина­ний, он нак­ло­нил го­лову к её куд­рям, и за­печат­лел по­целуй на них так, вло­жив в не­го все, что чувс­тво­вал к ней сей­час. По­целуй был мяг­ким, тре­пет­ным и неж­ным. Он пы­тал­ся по­казать Бел­ле свою лю­бовь, но бо­ял­ся, не то­ропит­ся ли, и сто­ит ли. Вдруг она сде­ла­ет ему боль­но? Он лю­бил её, уже бес­по­лез­но это от­ри­цать, но что чувс­тву­ет она к не­му? Смо­жет ли по­любить его в от­вет? 

- Не у­ез­жай боль­ше, - всхлип­ну­ла Бел­ла, чуть отс­тра­ня­ясь от не­го, что­бы пос­мотреть в ли­цо. Он по­мог ей в её за­дум­ке, нак­ло­нив го­лову. Он взял её ру­ки в свои, лас­ко­во по­тирая их в знак то­го, что она в бе­зопас­ности. 
- Я ни­куда не у­еду, боль­ше ни­ког­да, толь­ко с то­бой! – во­оду­шев­ленно про­шеп­тал Эд­вард и, от­пустив од­ну из рук Бел­лы, ак­ку­рат­но вы­тер сле­зин­ки со щек де­вуш­ки. Ка­жет­ся, Бел­лу это уми­лило, рас­тро­гало или прос­то ос­час­тли­вило, по­тому что она на­конец-то сно­ва улыб­ну­лась, и её гла­за заб­лесте­ли. 
- Мне страш­но без те­бя… - чес­тно приз­на­лась она, не от­во­дя взгляд, и те­перь рас­тро­ган­ным ока­зал­ся сам Эд­вард. 
- А мне без те­бя, – от­ве­тил он, роб­ко улы­ба­ясь де­вуш­ке, сно­ва взяв её ру­ку. - Но те­перь я - тут, ты - тут, и нам не­чего бо­ять­ся, сог­ласна? 

Бел­ла кив­ну­ла и, по­дав­ляя пос­ледние всхли­пы, при­жалась к гру­ди сво­его спа­сите­ля, те­перь уже на­вер­ня­ка зная, ко­му она мо­жет до­верять в этом до­ме. Раз и нав­сегда он до­казал ей, кто он для нее. Ос­та­лось толь­ко, что­бы Эд­вард-ан­гел был ря­дом с ней дол­го? Нав­сегда?

Похожие статьи:

Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...




Добавить комментарий
Комментарии (0)