10 марта 2015 Просмотров: 1016 Добавил: Викторишна

ВСПОМИНАЙ МЕНЯ НОЧЬЮ... Глава 47

Глава 47 - Не оправдание, но исповедь

 Передо мной зеркало. Которое никак не может объяснить мне, что она нашла в моих глазах. Быть может, потому, что именно сейчас там ничего нет.

Смотрю в них – потухшие колодцы холода…

Я выдыхаю дым в своё отражение. Гладкая поверхность создает иллюзию, что оно отвечает тем же, и я вдыхаю его обратно…

Моя дверь открыта, и я слышу, как на сцене суетится Сэм, гоняя всех по свету и по звуку…

Во мне сейчас слишком полно…

Я решил выплеснуть все там, на сцене… вытряхнуть из себя… поделить на толпу то, что не в силах носить сам.

Ведь если и про что-то рассказывать со сцены, то только о самом важном. А в моей жизни не было ничего важнее!

Зеркало… Толпа тоже зеркало.

Дверь за спиной резко хлопает, и я не знаю почему, но это взрывается предчувствием боли у меня в груди. Резко разворачиваюсь, первый раз за все это время испытывая эмоцию и удивляясь ей.

- Скотина!- влетает мне в грудь с кулаками Кроха. – Зачем?! Идиот!!! Придурок!

Прижимаю…

Стоим.

Молчим.

Замолчи, Кроха... Оставь мне мой коматоз. Не ищи во мне мои чувства! Я сам вывернусь мясом наружу, когда придет время.

- Отпусти… - толкает меня и я отпускаю, надеясь, что "отпустит" и она...

Делает несколько шагов к окну, и медленно открывает створку. - Сигарету дай…

Кидаю пачку…

Прикуривает две.

Уже обдолбанная…

Выражение её лица меняется на циничное.

- Всё правильно… - ухмыляясь, начинает она. – Неуравновешенный избалованный нарк, который сам не знает, чего хочет. А я почти поверила, что все было у тебя по-настоящему. Аплодирую стоя! - делает она несколько показательных хлопков ладонями, отправляя струйку дыма в мою сторону.

Сжимаю челюсти, но молчу…

- А ты знаешь, я больше не хочу тебя спасать, – по ее щекам текут слёзы. – Её хочу, а тебя нет!

Молчу…

- Я принесла тебе кое-что… - снова ухмыляется и кидает мне на столик пакет с коксом. – Давай милый… разнюхаемся… Это же проще, правда? Ты что - думаешь, я не знаю, почему ты так сделал?! – спрыгивает она с подоконника, выкидывая обе сигареты в окно. – Знаю… я и сама всегда так делаю, когда встречаю кого-нибудь настоящего. Быстренько растаптываю его и выкидываю на хуй из своей жизни, чтобы не чувствовать себя убого и иметь возможность жить так, как живу - лайтово...

Трясущиеся пальчики дергают пакет. Кокс рассыпается по лакированному дереву.

Пальчик в рот, потом в порошок и быстрым отточенным движением втирает в десну.

Мои руки дрожат от желания повторить маневр.

- Давай, давай… - сладострастно облизывается она, подгоняя меня. – Это наш с тобой потолок!

Всё так…

Выдергивая из заднего кармана кредитку, зло и показательно выравниваю себе жирные рельсы в страну синтетического счастья.

- Хороший мальчик… - улыбается она широко, одними губами. – Не отказывай себе в удовольствиях! Напрягаться, соответствовать – это не наше… У нас нет будущего. - Вдох… удар холодом…ускорение… Sshhh… кайф…- Пусть Вольтури напрягается… Он достойней.

Медленно падаю лбом на стол, пытаясь проморгаться от маяков в глазах – кокс или?..

Блять…

- Мучить меня пришла?

- Ну не одному ж тебе развлекаться! – срывается она. – Давай! Жри свое «счастье»!

Высыпает рядом с моим лицом горсть разноцветных колёс.

- Всё не так, Кроха… - поднимаюсь я.

- Аха… давай, - ухмыляется она сквозь слезы. – Расскажи мне про своё очередное горе. Разорви снова на хуй мою душу!

Отворачивается…

Её плечи вздрагивают одновременно с рваным дыханием.

Обняв сзади, начинаю тихо укачивать…

- Уходи от Роуз, Элли… - начинаю нашептывать я ей. – Ты замечательная… Тебя надо любить… Заботиться…

И она качается вместе со мной, затихнув и зависнув, смотрит вперед.

- Нет… мое место здесь, – качает она головой. – Не хочу, как ты… попробовать и не суметь. И жить с пониманием своей ничтожности. Я лучше буду верить, что «Сумерки» - это мой выбор, а если захочу, то все смогу. Но пробовать не стану никогда!

- Ты сможешь…

- Не надо, блять, мне рассказывать. Ты мне уже все показал. Мы все тут шлюхи, слабаки и наркоманы. Ты лучший из нас, но и ты ничтожество…

- Элли… - пытаюсь объяснить я ей. – Я просто не могу ТАК. Когда каждый день… это как ожидание смерти! Я больше не могу… Я выбираю самоубийство.

- Я… Я… Я… А ОНА?!! Вот она твоя любовь, Эд, – ее руки отталкивают мои. – Это всё херня и отмазки, Каллен! Ты просто съехал! Устал и съехал! Вот и вся твоя любовь… Может она вообще такая - любовь… Спасибо, что показал…

Пару шагов к двери и я срываюсь, перехватывая её и рывком разворачивая к себе:

- Не смей, Кроха, топтаться по мне!

- А то что?! – толкает она меня в грудь. – Добавишь порцию амфетамина, чтобы не грустить?!

- ДА! Да! Она сильная, я слабый! Да! Давай, презирай меня за это! – ору я ей в лицо.

Боковое зрение ловит чей-то алый силуэт, и мы резко оборачиваемся на открытую дверь.

Розалли…

Мы с Крохой оба пятнами и в ярости стоим друг напротив друга, словно перед рывком.

- Каллен… - делает шаг внутрь Царевна, и ее взгляд падает на стол с нашими «конфетками». Кисти резко сжимаются в кулачки, мелькая алым маникюром и губы превращаются в жесткую кровавую линию. – Брендон, выйди, – тон такой, что Элли мгновенно дергается к двери. – Нет! – тормозит её Роуз. – Каллен погуляй-ка ты…

Выдернув из рук Эллис сигареты, вылетаю за дверь.

 

***

В клубе аншлаг… Всё правильно. Сегодня жгут молодые и знаменитые. И я не в последних рядах. Только они идут на сцену, а я на эшафот. Каждый должен исповедаться перед смертью. И мой концерт – это попытка переписать на чистовик и оставить только самое-самое, а еще он - моя исповедь… Жаль, что ни ей...

Говорят самоубийство – это слабость… И если это так, то Элли во всем права!

Во всем кроме одного.

Да, я - «игрушка», я - наркоман… неуравновешенный придурок… слабак… кто там еще?

Но…

И если я сейчас совершаю ошибку, то кто должен остановить меня, если не она?!

Почему она не рядом, когда я так слаб?!

Да, да… я и сам знаю, ответ на этот вопрос… я сам её подставил перед отцом. Дал повод для шантажа…

Всё так, но сердце иррационально чувствует - НЕ ТАК!

И я не доверяю моим спаленным химией мозгам, а ему верю…

Верю - быть рядом в её силах!

Но она не рядом...

И на хуй не надо мне тут никакой логики!

Скоро мой выход и голова начинает кружиться. Стробоскоп превращает мой внутренний коматоз в сюр, но мне не страшно – я не забуду ни одной строчки. Они впечатаны в меня…

Кто-то толкает в спину, желая удачи, и я чувствую руки ребят, которые пытаются поддержать перед выходом, хлопая меня по плечам. Конферансье чего-то там орет со сцены и зал взрывается гулом и аплодисментами.

Слышу первые тяжелые ноты своего трека…

Открываюсь выходя под прожектор и толпа затихает под тяжестью всего, что я принес им.

И пробегаясь слепыми глазами по залу, я впиваюсь ими в знакомый силуэт… Может, мне это, конечно, кажется… даже наверняка…

Но я буду думать, что это она там, в толпе и я буду рассказывать сейчас свою версию нашей истории.

Зачем?

Не знаю… У исповеди нет логики…

 

Передо мной лежит красивая и нежная,

Я сфоткаю её на память..

Будет слайд шоу.

И мы друг друга изнасилуем тут бешено,

Она полюбит меня может,

Но ей не узнать, что...

Не вспомню я её...

Нахально и грубо

Мы займёмся с нею тем, что называешь ты любовь.

Она одна проснётся в этой спальне под утро,

Ведь не даст мне с нею быть незаживающая боль...

 

Перед глазами прокручиваются первые моменты нашей встречи: ее пластика... ее испуг... смущение... улыбка... летящие в коридор кроссовки…

Ее мокрые волосы, ее губы, пьющие отраву прямо из горлышка… Ее глаза!

И я выдаю, выдаю ей свою версию… пусть знает… Пусть смотрит какой я есть! И как она вписалась в мою циничную реальность…

И что наделала со мной!

Пусть поймет…

А перед глазами наши головокружения… И моя решительность взять её хотя бы на миг!

А потом так много её! Ее невинность, чувственность и страсть!

«Я буду любить твои глаза…» и моё ожившее сердце…

Мои отчаянные попытки унести хоть немножечко ее с собой.

И я знаю - то, что было между нами навсегда останется. И я умоляю мою девочку…

 

Вспоминай меня ночью,

Не поцелую на прощание точно.

Время вернуть назад, я знаю ты хочешь,

А я уйду и не вернусь,

Но вспоминай, но вспоминай меня ночью.

Вспоминай меня ночью,

Вспоминай меня ночью.

Любовь неусваеваема давно мною

Но все грехи я посланием этим дай бог смою…

 

Зал орёт, хавая мою боль.

Мне не жалко… Пусть.

Пусть знают все!

Их прошибает.

Толпа – словно усилитель моих эмоций и чувств и мне, кажется, моя девочка плачет от моей безнадеги…

Но безнадега – это не все, что у меня было!

И я рассказываю ей нашу маленькую сказку…

Моё сердце радо обманываться. Сейчас я весь там, в том маленьком тревожном, но счастливом мгновении. И я даже, кажется, улыбаюсь, потому что весь зал улыбается вместе со мной…

И мне, кажется, ее глаза тоже смотрят этот наш маленький, но счастливый эпизод.

 

Уснула рано... и спала сладко-сладко....

Я просидел бы до утра у твоей кроватки

И любовался тобой, как любовался Эдвард

своей любимой Беллой... твоим прекрасным телом

И может я не сильный, как и он, не столь красивый

Но я доверил тебе свое сердце - носи его

возле своего... ты же любишь эту сказку?

а я ради тебя готов в ней поучаствовать...

Готов любить тебя, как он, даже сильнее!

В сто раз сильнее! Да и люблю на самом деле...

И знаешь, я подумал, мы же с ним так похожи

в его венах нет движения - в моих тоже

и дело в том, что... когда я дышу тобою

я замираю весь, будто застывает кровь

Только не думай, что холодный, не переиначивай

Потрогай мое сердце, вот... горячее горячего

Давай представим, будто мы попали в сказку

Будто я - Эдвард, а ты - Белла, и пусть опасна

Эта любовь... ты будешь для меня богиней

А я твоим... личным сортом героина…

 

Моё разорваное уже сотни раз сердце в очередной раз сжимается от боли, вспоминая, как посмело поверить в то, что всё возможно... В то, что имеет смысл в моем глючном организме!

У него есть еще пару минут, пока звучит трек, чтобы стучать не бессмысленно...

 

Эта любовь не поддается описанию,

но только не для нас, мы и так знаем все сами

И может я не Эдвард, а ты не Белла вовсе

но давай забудем все и на миг представим...

Давай представим, будто мы попали в сказку

Будто я - Эдвард, а ты - Белла, и пусть опасна

Эта любовь... ты будешь для меня богиней

А я твоим... личным сортом героина

 

Моё больное капризное тревожное счастье и моя надежда на нее…

 

Моё море, прошу тебя, не выплюни меня на берег

Во время очередной бури твоих истерик

Я так давно тебя искал по грязным пресным руслам

Зубами сети рвал, напрягая каждый мускул

И я готов сожрать пуды твоей горчащей соли

За то лишь, что ты здесь остаться мне позволишь

За то, что дашь и дальше мне дышать своею влагой

Кроме этого блага мне больше ничего не надо

Это правда я за воду жадно набранную в жабры

Подарю тебе всего себя, только не нужно, ладно

Выбрасывать меня волной на берег и изгибы

И оставлять там подыхать как ту другую рыбу…

 

Про боль и пустоту… попытки оставить её в покое! Освободиться от её власти надо мной! Глупые и бесполезные! Как и последняя… Абсолютно бесполезные!

 

Затянись мною в последний раз,

Ткни меня мордой в стекло,

Дави меня, туши мою страсть.

Буду дымить назло.

Боль на фильтре грязным бурым пятном -

Все, что мне от тебя останется.

Урна - мой будущий дом,

И вряд ли мне там понравится.

Серым пеплом осыпятся вниз

Те мечты, что не сбудутся никогда.

Меня вряд ли раскурят на бис,

Шанс если и есть, то один из ста.

Тебе травиться никотином моим,

Тебе - кашлять моими смолами.

Выдыхай скорей мой последний дым,

И закрывай окно, а то - холодно.

 

Выдыхай скорей

Мою душу наружу, ей тесно,

В твоих легких так мало места.

Выдыхай скорей

Мою душу наружу, ей тесно,

В твоих легких так мало места.

Но, если честно,

Во всем виноват я сам!

 

И меня начинает отпускать, погружая в какое-то совсем другое восприятие происходящего. Я пьяный от всего – любви к ней, своей бестолковости, кача, вспышек стробоскопа, дыма, эмоций толпы… Меня не отпускают со сцены и я читаю еще что-то из посвященного ей, читаю на бис, читаю без музыки, признаваясь в каждом слове в любви к ней и своей беспомощности…

Читаю, читаю, читаю… До хрипа и аута… и наконец свет гаснет, отпуская меня.

Всё…

Темнота… пустота… и быстро куда-то иду, не желая ничьего участия сейчас… скользя между касающихся меня рук…куда-то вниз…

Внизу сейчас пусто.

Во мне сейчас пусто!

Не хочу оправдываться...

Не хочу искать виноватых...

Не хочу, чтобы наступало завтра...

Хочу только её рядом и чтобы больше никого, кто мог бы потревожить нас...

Хочу другую судьбу!

Хочу невозможного...

Раздвигая упругие стропы на ринге практически падаю на спину там, где добровольно проиграл свой бой.

А в голове крутится и крутится моя молитва:

 

Господи, give me, что тебе стоит все простить мне?

Все грехи отпустить мне?

Я ни с кем никогда не хотел быть как с ней.

Закрываю глаза – больше сил нет,

Обессилел, несу бред. Рассвет разжигает боль еще сильней.

Шепчет, стонет, кричит на мне. Ее ладони

Блуждают по моей спине.

Я хватаю воздух, но кислорода нет.

Господи, обещай, слышишь? Если я умру, передай ей

Что я любил ее, единственную, на всей земле... 

Похожие статьи:

Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...




Добавить комментарий
Комментарии (0)