10 марта 2015 Просмотров: 1158 Добавил: Викторишна

ВСПОМИНАЙ МЕНЯ НОЧЬЮ... Глава 40

Глава 40 - Близость

Мы спим…

Иногда я просыпаюсь… Целую, целую, целую и засыпаю снова.

Никаких снов. Только облегчение и безмятежность.

Белла тоже просыпается иногда, и я чувствую, как она ерзает в моих руках, устраиваясь поудобнее, целует, целует, целует и снова засыпает.

Нам нужно отдохнуть…

Просыпаясь в очередной раз, сжимаю в руках пустое одеяло. Но в этот раз я не паникую. Она не уйдет… Просто, с закрытыми глазами, прислушиваюсь к шуму в квартире. Душ… Я вырубаюсь опять. Хочу, чтобы она разбудила меня.

И через некоторое время она и правда тихонько заползает на постель, устраиваясь на мне сверху.

Дежавю…

Нежные руки ласково мнут мою спину, и я тихо постанываю под ними.

– Ты выспался?

– Мхм…

Я уже так выспался, что мышцы сводит от желания размяться. Ну, может и не от этого…

– Массаж?..

– Да… Только на груди… – постанывая, плавно переворачиваясь между ее разведенных бедер и она опускается на меня. Даже сквозь свои боксеры и ее трусики я чувствую, какая она горячая.

– Ты похудел… – хмурится она, поглаживая мою грудь. – Скоро вообще растаешь… Что я буду тогда делать? М? – сердито смотрит на меня. – Придется откармливать тебя обратно. Что ты любишь?

– Тебя… – улыбаюсь я, разглядывая ее еще мокрую кожу на груди, к которой прилипла маечка. – И - все, что ты захочешь дать мне… Особенно, если из твоих рук. Я бы не отказался и с других частей тела…

– Что случилось с твоей квартирой? – ее пальчики трут мою грудь в опасной близости от сосков, а взгляд плывет от пробитых кулаками гипсокартонных стен к арке, ведущей на кухню. Она тверже, и на бежевой краске лишь несколько кровавых ляпов.

Да… Это пиздец! Как-то этот момент я не продумал …

Не хочу, чтобы она знала, поэтому сразу перевожу тему:

– Как твои ноги?

– Пытаешься съехать?

– Есть немножко… – улыбаюсь я, бродя взглядом по каемке ее трусиков. – Но мне всё равно нужно посмотреть на них. Ты что-то делаешь с этим?

Сгибаю колени и немного давлю на грудь, вынуждая опереться на меня. Тяну за щиколотку ее ножку ближе, чтобы рассмотреть ступню. Ранки воспалены… Наверное жутко болят при ходьбе.

– Я буду сегодня тебя лечить …

– А я буду сегодня тебя кормить …

Она перехватывает мои руки, возвращаясь в первоначальную позу, и рассматривает сбитые костяшки.

Ощущения безнадеги и тоски мельком проносятся в моей душе как воспоминания о том, почему мои руки приняли такой вид и, поморщившись, я прячу их от взгляда Беллы, захватывая ее ладони в плен.

Она больше не улыбается…

Мы просто смотрим в глаза друг другу, рассказывая сейчас без слов о нашей боли, которую переживали в разлуке.

– Прости меня… – шепчу я. – Я один виноват во всем!

Наклоняется надо мной нос к носу и смотрит в мои глаза.

– Ты виноват… И теперь я точно это знаю. Больше никогда не смей ничего решать за моей спиной.

– Не буду. Обещаю.

Обхватываю ее руками, зарываясь пальцами в волосы на затылке и не позволяя отстраниться. Она и не пытается. Растворяюсь в ее глазах и ее близости.

Брови Беллы немного сходятся на переносице, а глаза становятся лукавыми, развеивая мой транс.

– Что? – всматриваюсь я в нее внимательнее.

– Твой моддинг… – закусывает она на секунду губу. – Настойчиво упирается прямо в … Я боюсь шевелиться… потому, что…

Прижимая ее к себе еще ближе, я трусь об нее уже давно стоящим членом так, чтобы проехаться всеми шариками по всем ее чувствительным точкам. Задыхается и мягко вскрикивает, заставляя меня застонать от желания.

– Я помню… – шепчу я ей прямо в губы. – Твой любимый дракон…

– Ты – мой любимый дракон…

И теперь уже я задыхаюсь, закрывая глаза. Сердце хаотично прыгает по всему телу, каждый раз ударяясь в снова ожившую оргазмическую точку. От остроты и невыносимости ощущений, прячу свое лицо на ее груди, перехватив ее за талию и прижав к себе. Мы переворачиваемся на бок, и я замираю в попытке осмыслить услышанное.

Но ничего не получается. Только теплый вихрь счастья и ни одной мысли. И еще ее губы исследующие мой висок.

– Я люблю тебя… – шепчет она.

– Тише… – умоляю я, боясь напрочь потерять способность дышать… Но немного отдышавшись прошу: – Еще…

– Я люблю тебя… – снова шепчет она.

И я, по-моему, уже умер от счастья…

– Ты не представляешь…– шепчу я, со стоном вжимаясь в нее и пытаясь раствориться.

Она хихикает и тискает мою спину:

– Представляю…

Мы замираем, думая каждый о своем, и тихонечко поглаживаем друг друга.

– Надеюсь, ты успела уже чего-нибудь перекусить… потому что я не планирую тебя выпускать из постели сегодня... – сдаюсь я своему телу, и тяну вниз резинку ее трусиков.

– Я соскучилась по тебе… – она расслабляется, позволяя мне перевернуть ее вниз. – Поиграй со мной…

Поиграй… блядь…

– Так? – веду я штангой по ее приоткрытым губам.

– Вот так… – бормочет она, и ее пальчик присоединяется к нашим языкам. Я посасываю его, пока она развлекается с моей штангой. Мы смотрим друг другу в глаза, и это обостряет наше возбуждение. Сейчас все мягко, ласково, без надрыва и это кружит голову… Желая поиграть чуть активнее я резко, но несильно, кусаю ее пальчик, одновременно сжимая пальцы на ребрах. Она взвизгивает и начинает вырываться, сводя меня с ума от желания взять ее так: игривую и бьющуюся в моих руках.

Чувствительно покусывая ее отзывчивые местечки, я под тихие повизгивания и мягкое сопротивление, спускаюсь к груди, кусая… нежно… и резко… ее сосочки… через ткань… Мои тормоза прощаются со мной с каждым ее рывком и вскриком. Просто разрывает от желания.

И я развожу ее ноги своим бедром, устраиваясь на боку рядом.

– Тихо… – рычу я, забираясь пальцами в ее трусики, которые так и не успел стянуть. – Ни звука пока…

Мокрая… горячая…

Тихо и утробно рычу от этого невыносимого удовольствия – прикасаться к ней.

Закусывает губу, не отводя своих глаз от моих.

Медленно вхожу в нее пальцами. Открыв рот в немом стоне, Белла медленно-медленно моргает.

– Тихо… – напоминаю я, наблюдая за удовольствием на ее лице.

Я замираю, сосредотачиваясь на ощущениях внутри нее. Ее ручка скользит по моему животу и забирается мне в боксеры, освобождая мой член. Она сжимает меня прямо под головкой, и я уже, по-моему, самому себе приказываю:

– Тихо…

Ее пальчик кружит на первом моем шарике, прямо под головкой, немного продавливая его и смещая каждым движением крайнюю плоть.

– Ох, бляяя… – не выдерживаю я, подаваясь вперед в ее руке.

– Тихо! – хихикает она, постанывая.

Но я давлением пальцев на ее чувствительную точку на гладкой стеночке, тут же превращаю ее хихиканье в серию сладких стонов. Ее ласки это - приятная, но плохая идея… я и так, как подросток, кончаю с ней слишком быстро…

Выхожу из нее и перехватываю ее пальчики, почти силой заставляя прикоснуться ее к самой себе.

– Поласкай себя… – шепчу я, и ее глаза расширяются, заставляя меня, на хрен, сгореть от возбуждения. Она вопросительно смотрит на меня, тяжело дыша.– Только, блядь, не говори мне сейчас, что ты никогда не ласкала себя сама…

Пока я сжимаю ее пальцы, впечатывая в нежную возбужденную плоть, она отрицательно качает головой, с подозрением глядя на меня.

– Ебать… – зарываюсь я в лицом в ее шею. – Сделай это сейчас… Сейчас же!

Приподнимаюсь над ней и вглядываюсь в ошеломленные глаза… Это, на хрен, так горячо, что…

– Давай, Белла… – шепчу я, начиная по кругу двигать ее пальчиками, – сама…

Она подчиняется, так чудесно краснея, что я просто не могу отвести взгляд…

Разве, блядь, такое бывает?!

Не удержавшись, обвожу пальцами ее вход и плавно провожу их дальше, обводя и второе чувствительное местечко, удовольствие от которого она еще не познала… Ее глаза расширяются еще сильнее, и она замирает.

Я, блядь, почти кончаю от ее нерешительности.

– Не останавливайся! – умоляю я, но в глазах уже темнеет от переизбытка эмоций, и я одергиваю ее руку своей.

Мы потом еще поиграем… а сейчас просто невыносимая животная потребность…

– Не могу больше… – шепчу я, устраиваясь между ее ног, – совсем меня с ума свела…

И она откидывается, расслабляясь подо мной и нетерпеливо постанывая.

Толчок.

Вхожу только головкой. Тесно…

Блядь, сейчас, на хрен, разорву ее просто! Не могу…

Замираю, пытаясь обуздать свои потребности, и она сама вдавливает меня, обхватывая мои бедра ногами.

– Я могу… сильно? – задыхаясь, спрашиваю я.

И она, блядь, тут же кончает, впиваясь ногтями мне в спину и почти захватывая меня с собой.

Начинать двигаться в ней под ее сладкие судороги – это охуительный проигрыш для меня сейчас, и я со стонами терплю из последних сил, впиваясь в ее безвольные губы.

Мне ТАААК хочется шептать ей пошлости, чтобы продлить ее удовольствие и, может быть. даже сорвать в следующий оргазм, но я понимаю, что это опять, блядь, охуительный проигрыш для меня.

И когда она приотпускает меня немного, я с силой вдалбливаюсь в нее. Вскрик - и еще одна сладкая судорога…

Ускоряясь с каждым ударом, я сжимаю зубы, боясь даже прикоснуться к ней сейчас, чтобы не закусать до синяков. Я сейчас и не на такое способен, по-моему….

Я уже так близко, что даже перестаю слышать ее хриплые стоны, только собственный разрастающийся шум в голове. И я замедляюсь, стараясь продлить свой кайф...

– Нет, нет…– всхлипывает она. – Пожалуйста….

А я пытаю нас, еще… и еще… снижая темп...

Вцепившись руками мне в волосы, Белла больно впивается зубами в мое плечо, нетерпеливо рыча на меня, и я снова резко ускоряюсь…блядь!...кончая!…в нее!.. и чувствуя!.. как она!…толкается бедрами мне навстречу…,…пуская меня глубже…и делая наши ощущения почти болезненными... И когда я уже успокаиваюсь, мягко кончает следом со мной, бормоча что-то нечленораздельное мне в волосы.

– Люблю тебя… – шепчу я, улыбаясь, своим новым открытиям в ней. – Ты чудо…

– А ты - извращенец… – постанывая, хихикает она…

– Нееет… , – качаю я головой зарывшись в ее волосы, – хотя, да, конечно… Но ты еще этого не можешь знать… У меня есть целый план по твоему сексуальному воспитанию…

– Это ты в процессе спланировал?

– И в процессе тоже…

– Не уверенна, что с энтузиазмом восприму все идеи… – мурлычет она.

– Посмотрим…

Мы устраиваемся рядышком, и мои руки блуждают под ее маечкой, которую мы увлекшись, так и не сняли, впрочем как и трусики… Вот, что она со мной творит?!

Белла обводит подушечками пальцев мои глаза.

– Синяки под глазами… – задумчиво говорит она. – Как у тебя дела?

– Теперь - просто отлично… Я ушел от… Роуз, заключил музыкальный контракт. А главное – ты со мной. Мои дела… Они никогда еще не шли так хорошо!

Пока я расслаблено говорю, она нежно и редко целует мои губы, ловя отдельные слова.

Мы так близко, что ближе уже некуда…

Моя душа отдыхает.

 

***

Белла опять оседлала мой подоконник, и я обнимаю ее сзади. Мы курим одну на двоих… уже, наверное, третью… Не могу прекратить касаться ее, и хожу за ней, как привязанный. Ее улыбает…

У меня миллион вопросов, и она чувствует это. Пока она кормила меня, то не разрешила задать ни один, всё время переводя тему. Под конец это было совсем уж очевидно.

И я беспокоюсь…

Что-то скрывает?

– Хочешь спросить меня о чем-то? – сдается наконец-то она.

– Мхм…

– Спроси.

– Вольтури…

– Что именно тебя интересует?

Вопросов так много, что не могу сформулировать ни один.

– Расскажи… Почему ты с ним?

– Это сложно… не могу объяснить вот так… «на пальцах». Но тебе не нужно ревновать. Просто мы близки… по-другому. И сейчас стали еще ближе… – я резко выдыхаю, пытаясь вставить пару слов о его «близости», но она перебивает меня. – Я знаю, что он накосячил… Он рассказал. Он сожалеет.

Сожалеет… Как же! Близки?

«Близость»… У этого слова много значений. И мне сейчас не нравится ни одно!

– Ваша помолвка… – хриплю я, боясь услышать ответ.

– Он сказал, да? – качает она головой. – Это для отца… Чтобы отстал. Формальность просто… потом поговорим об этом. Не бери в голову…

Как же… Формальность!

– Ты у него жила все это время, да?

– Да.

– Почему?

– Защита… Когда я у него – это как полная изоляция. Никто не достанет. Передышка. Знаю, что не должна была его так использовать. Но он не дал мне даже шанса отказаться… Да и сил сопротивляться не было, если честно.

Это, блядь, плохо… Я вряд ли могу дать ей это. Впрочем, как и много чего другого, на что способен он.

Но я буду стараться.

– Не надо… – закинув назад руку, она гладит мои взъерошенные волосы, – между нами не было ничего такого.

Она немного неправильно интерпретирует сейчас мой напряг. Но ее комментарий тут же сносит меня в совершенно другой смысл их близости.

– Ну, ты хоть понимаешь, что он ХОЧЕТ!

Молчит.

– Белла… Он - лживый мудак… Его намерения…

– Я знаю... его намерения. Но, тем не менее, он никогда не прикоснется ко мне сам!

– Да он, блядь, постоянно касается тебя! – меня срывает от воспоминаний, где она в его объятьях, их держание за руки… БЛЯДЬ!

– Только на людях… Наедине – никогда. Это наша договоренность…

– Никогда?

– Ну…

Замирает.

Что эта хуйня значит?!

– Белла?!

– Мне кажется, я позволила ему… – спотыкается она на полуслове…

– Позволила что? – только хрип и ужас…

– Вернее, я сама, наверное…

Я выпускаю ее из объятий и делаю шаг назад. А потом еще один. Хочется просто исчезнуть сейчас… А еще - разнести все вокруг.

Это невыносимо.

Никогда не думал, что это настолько больно…

Она позволила…

Что она могла позволить?!

Касаться?

Целовать?

Большее?!

– Ты спала с ним?

– Нет! То есть – да… Но…

 

Похожие статьи:

Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...




Добавить комментарий
Комментарии (0)