10 марта 2015 Просмотров: 1022 Добавил: Викторишна

ВСПОМИНАЙ МЕНЯ НОЧЬЮ... Глава 39

Глава 39 - Выбор 

Я точно помню, что последней моей мыслью, когда я засыпал, была – проснуться раньше ее. Конечно, для того, чтобы не позволить ей сбежать, если вдруг она надумает. Но когда, блядь, у нас получалось по-моему?

– День сурка…

Ее нет.

Сил нет даже на то, чтобы просто подняться с кровати.

Как она умудрилась не разбудить меня? Я же не выпускал ее из рук ни на мгновенье!

На хрена, блядь, я вообще уснул?!

Неужели опять всё по новой?!

И, главное, почему?!

Неужели не поверила?!

Первый порыв проверить телефон и я тяну его к глазам. Пусто. Десять часов!!!

– Элли?!

– Я сплю… – недовольно тянет она в ответ.

Накинув штаны, выползаю из комнаты и падаю рядом с Крохой.

– Она опять меня бросила…

– Она на работу пошла.

– Не разбудила…

– Да отстаньте вы от нее. Два, блядь, сталкера! Дай ей вздохнуть, подумать… Она сама к тебе придёт…

– Не придет.

Не придет!!!

Куда она пошла?! На работу?

– Какую работу, Элли?

– Не знаю… танцы, вроде.

– Какие на хрен танцы?! Она и ходит-то с трудом! Вчера ж на стекло битое спрыгнула! Как она ушла?!

– Кто-то приезжал с утра и забрал ее… я только дверь закрыла.

– Элли! Почему ты меня не разбудила?!

– Она попросила…

– Она попросила?! Ты, блядь, издеваешься надо мной?!

Вырываю у нее подушку и прячу в ней лицо. Моя фея теперь тоже против меня.

– Эд… – гладит меня по спине, – ты ж знаешь, я за тебя всех порву… Но ее тоже жалко. Ну что вы напали? Она не знает, куда деться уже от всего этого! Ты не дави сильно.

– А как, блядь, мне давить! Я не могу без нее! Я даже дышать не могу! Пока я тут буду «не давить», он там ей мозг вспашет и что надо посеет… Я так наделся на это утро…

– Прости, сладкий! – садится она рядом, – А ты позвони ей просто!

– Просто…

Всё у тебя просто.

Верчу телефон в руке. Страшно… что не ответит. А что ответит, еще страшнее. Потому что не просто так она уехала.

Мне казалось, вчера...

Нет, блядь… Подышал, Каллен, и хватит.

– Кто ее увез Эллис? Вольтури?

Опять спрячет ее от меня! Неужели поедет к нему? Почему она так близка с ним? Ну по какой такой сумасшедшей логике? Стокгольмский синдром что ли?!

– Не видела. Но этот «кто-то» ей вещи привез. Она в спортивном костюмчике и кроссовках была.

Блядство! Наверняка Вольтури!

– И с рюкзачком, да?

– Ммхм…

– Кроха! Ну как ты могла так подвести меня! Она же сейчас у него!

– Ну и что? Она тебя хочет, а не его… Я ваши порновопли слышала вчера… Или думаешь, она и с ним…

– Ох, заткнись, Кроха! Нет. Конечно – нет…

– Тогда прекращай эти стенания и звони! Все, блядь, нервы вы мне вымотали! Чтобы я влюбилась? Да никогда! Ура голому и хорошо оплачиваемому траху!

Опять кручу в руках телефон. Фыркнув, Элли отбирает его у меня и быстро находит ее номер – он первый. Жмет на вызов и всовывает мне в ухо. Слушая гудки, я иду в спальню.

Ответь мне, Белла!

– Привет.

Боже!

Сглатываю, чтобы вернуть голос.

Что там нужно сказать?! «Привет»?

– Ты уехала…

– Да…

Молчим. Я хочу спросить почему, но спрашиваю опять совершенно другое:

– С ним?

– Да.

– Да?!

– Да. Нам с ним нужно поговорить.

– А нам с тобой не нужно?!

Молчим.

– Как твои ступни?

– Нормально. Спасибо…

Врет…

– Ты так нужна мне…

Молчит.

– Я вчера что-то сделал не так?

– Я не знаю… Мне нужно подумать. Прости.

– Прости?! Белла… – только не это! Почему «прости»?! – Я больше не нужен тебе? Ты переболела уже, да? – я оседаю по стене, закрывая глаза, – Слишком поздно? Скажи мне…

Молчит. МОЛЧИТ!!!

Зачем мне этот ответ? Как я буду жить с ним?!

– Белла, я могу увидеть тебя?

– Не сейчас…

– Почему?

– Мне нужно одной побыть.

– Одной?! С ним?!

– Эдвард.

Молчу. Потому что хочется кричать. На неё… и просто орать от боли, от невозможности вдохнуть и от тоски.

– Как у тебя дела, вообще?

– Дела? – нервно смеюсь в трубку. – Какие, блядь, дела, Белла?

– Ты опять горишь…

– Я просто люблю тебя… Безнадежно.

– Замолчи.

– Не нравится?

– Не знаю… Больно.

Больно?!

Это плохо или хорошо?

– Можно я приеду? Я клянусь, что даже не прикоснусь к тебе, просто… блядь, просто подышу с тобой рядом. Без тебя никак не получается…

– Вечером.

Понимаю, что это ни хера ни ее проблемы, но так устал тащить это всё в одиночестве, что срываюсь и начинаю нагружать её.

– Как прикажешь дожить до вечера?!

– А как ты жил все эти дни?! – злится…

– Как… Лучше бы тебе, Белла, этого никогда не узнать!

– Я не могу сейчас.

– Почему?

Опять давлю? Косяк… Но…

– Разговор с Деметри… Потом работа.

– Не нужен тебе разговор с этим мудаком, Белла!

– Это только мне решать!

– Конечно… А я могу присутствовать при этом разговоре?

– А ты бы хотел, чтобы он присутствовал при нашем?

– Во сколько и куда мне подъехать вечером?

– Я скину тебе, хорошо?

Не могу ничего ответить… В неизвестности целый день! Как, блядь, это пережить?! Зная, что она там с ним! Что он опять промоет ей мозги! Что она может передумать к вечеру!

– Нет. Не хорошо. Но я в твоей власти… Я буду ждать.

Первый скидываю звонок и обвожу взглядом комнату. На полу полотенце, в которое я вчера заворачивал ее. Я тяну его к себе – оно еще влажное – и вдыхаю запах. Пахнет чем-то чужим, но и ей тоже…

Мне нужно чем-то заняться до вечера или я сойду с ума. И я набираю Эрика.

 

***

Во сколько начинается вечер? Пять – это уже вечер? Еще несколько часов назад мне казалось, что – да. А шесть? Может семь? А когда заканчивается это ебучее время суток? В полночь?

На часах уже десять и я понимаю, что мне нужен какой-то глушняк, чтобы не расколоться сейчас от всего того, что наваливается на меня каждые пару минут – то опустошающая апатия, то желание сорваться и заставить ее силой выслушать меня. Я вымотан – и физически и морально... Единственное, что удерживает меня от порции дури, это надежда, что она всё-таки позвонит. А мне нужно быть вменяемым для разговора с ней.

Я брожу по квартире, пытаясь хоть частично привести ее в порядок, чтобы отвлечься. Хуже всего в ванной. Там везде битые зеркала. Я уже привык к ним как к родным. Сажусь и, выбрав осколок побольше, начинаю стопкой складывать на него более мелкие, рассматривая в каждом из них сове отражение. Говорят, смотреться в битые зеркала – это не к добру… Но я не могу остановиться, разглядывая кусочки себя. Я уже и забыл какой я. Я и не знал никогда… Сейчас мне кажется, что пустой и больной…

Пол-одиннадцатого…

Передумала?

За последний час раз десять набирал ее номер и тут же скидывал.

Она сказала – «сама».

Не могу больше ждать. Моя надежда иссякла.

Что мне делать?!

У меня только единственный аргумент, который я могу привести ей.

Э.: «Я люблю тебя»

Нажимаю на «отправить», а телефон уже вздрагивает в моих руках смской.

ОНА?!

Б: «Я у Эмбри. Приедешь?»

Ну наконец-то! Приеду ли я?! Разве у меня есть выбор?

Ответ я, в принципе, уже отправил…

 

***

– Заходи… – тянет руку и я пожимаю, делая шаг внутрь.

– Ты рассказал?..

Качает головой.

– Сами разберитесь. Ну и, если нужно будет что-то подтвердить, то…

– Ясно. Спасибо. Где?

Кивает головой на кухню, а сам уходит в комнату.

Вдох-выдох… Вдох-выдох… Бесполезная херня.

Чего я стою? Я же ждал этого весь день!

Пара шагов и…

– Привет…

Белла сидит в кресле у окна, поджав под себя ноги, и крутит в руках темную кружку.

Мои глаза останавливаются где-то в районе ее губ, которые скользят по кромке темного стекла. Она не улыбается и она молчит. И я поднимаю их выше. Мне нужны ее глаза. Они огромные и внимательные. Я зависаю в их темноте не желая интерпретировать эмоции, которые там текут.

Просто красиво…

Мне столько нужно объяснить сейчас, но слов нет. Все мои слова – это грязь. А я не хочу марать ее в этом. Поэтому я стою и просто любуюсь ее темным плавленым шоколадом. Еще пару шагов и я опускаюсь на колени – мне хорошо и комфортно у ее ног.

Обвожу легонько пальцами ее ступни, которые спрятаны под белыми носочками.

– Болят?

– Немного…

Почти неощутимо провожу подушечками пальцев по внутреннему своду стопы, и она вся сжимается.

– Немного?!

– Ладно… Нормально так болят, – ее губы трогает мимолетная улыбка.

Замираю на секунду и в порыве нежности и своей болезненной потребности в ней прижимаю губы к ее голой коленке. Ласкаясь щекой о ее бедро, вдавливаюсь лицом в живот. Она зарывается пальцами свободной руки мне в волосы, прижимая еще сильнее. Обвиваю ее талию руками… И дышу… Я дышу ей… Узнавая каждый оттенок ее запаха.

– Белла… – я несколько раз целую ее упругий животик прямо через ткань тонкой маечки и отстраняюсь, поднимая глаза. Руки убрать не могу, и продолжаю тихонько поглаживать ее талию пальцами, – у меня будет возможность... объяснить?

– Нет.

Качает головой.

– Нет?! – от разочарования и безнадеги на автомате сжимаю ее талию пальцами.

Слишком сильно… И она подпрыгивает в моих руках.

Блядь, это, наверняка, было больно…

Со стоном одергиваю руки и опускаю голову.

Не знаю что дальше…

Я не могу сдаться сейчас. Ни сейчас, ни когда-либо вообще. Но сил нет уже даже физически.

– Не надо ничего объяснять, ладно. Я не хочу…

– Почему?

Поднимаю взгляд, чтобы понять ее.

– Почему? Я сегодня весь день думала об этом…

Отставляя кружку в сторону, она обхватывает мое лицо руками. Ее большие пальцы, чуть касаясь, пробегаются по моим ресницам, и я медленно моргаю под ее мимолетной лаской. Мои ощущения становятся болезненней и острее, потому что возможно это ее прощальные прикосновения.

– Я не могу быть вместе с человеком, от которого мне недостаточно слова, для того, чтобы полностью верить ему. Какой тогда смысл, если есть что-то важнее и честнее его слова?

Я ничего не понимаю из того, что она говорит, и просто сгораю в неопределенности наполненной отчаянием.

– Не понимаю… – выдыхаю я, всматриваясь в ее решительные и теплые глаза.

– Я смотрю в твои глаза и делаю свой выбор. Если я ухожу, тогда мне не важно, что ты можешь сказать или показать мне – это значит, что я просто больше не верю тебе. А если остаюсь… То мне тем более не важно, что ты можешь там показать мне. Это значит, что я тебе доверяю… И мне достаточно твоего слова.

Теперь я понимаю…

Обхватываю ее руки сверху своими и целую каждую ладонь.

– Тогда поехали домой, Белла, – с облегчением выдыхаю я. – В моих глаза ты все равно не увидишь ничего кроме себя… 

Похожие статьи:

Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......




Добавить комментарий
Комментарии (0)