16 февраля 2016 Просмотров: 473 Добавил: Викторишна

Танцы с волками. Часть III. Глава 6

Глава 6. Смерть отца Элис
 
 
 
Белла 
 
*** 
На следующий день Белла, Элис и Кай первым делом зашли в администрацию, чтобы уладить ужасную ошибку с Калленами. Белла исподтишка наблюдала за друзьями, они были молчаливы и замкнуты, но их взгляды были слишком красноречивыми. 
Школа казалась Белле какой-то другой, как и её одноклассники. Возможно, это ощущение было связанно с тем, что сегодня утром Белла встретила Ирину в домашнем халате на кухне. Всё менялось, и она не могла этому противостоять. 
Вчерашняя ночь была кошмаром, а Белла не могла даже это ни с кем обсудить. Кай был весь день не в себе, какой-то взвинченный и взведенный как струна. Того и гляди сорвется. Элис подавленна и грустна. Ее друзьям сейчас было не до неё. Белла внешне невозмутимо ходила по школе и думала, что ничего не заметно, пока Джеймс не развеял ее убежденность. 
Они стояли перед классом химии. Вольтури нашел предлог слинять куда-то, Элис расстроено проводила его взглядом и пошла к Оливии. Оставшись совсем одна, Белла поставила рюкзак на узкий подоконник, пытаясь вытащить плеер. Руки были слабыми и безвольными, движения давались с трудом, надо было все же что-нибудь съесть на завтрак кроме кофе. 
Неожиданно рюкзак соскользнул с подоконника, Белла попыталась подхватить его, но пальцы неловко щелкнули по верху рюкзака и нелепо столкнулись. Плеер вывалился из кармана и, девушка, сжавшись, наблюдала, как он скачет по полу. Ее неуклюжесть просто невероятна! Свон расстроено наклонилась за своими вещами и столкнулась лбом с Джеймсом. 
- Ой! Извини, я не хотела. 
- Ничего, Белла, просто не двигайся, а сейчас все соберу. - Сатклифф улыбнулся застывшей девчонке и собрал все ее рассыпавшиеся вещи. – Вот, так лучше. Доброе утро, Белла. 
- Привет, - она повесила рюкзак на плечо, чтобы снова не ставить его на подоконник. – Как обустроился?
- Отлично, правда не дождался своего соседа, видимо он был с вами, - Джеймс улыбнулся ей, Белла опомнилась и с запозданием растянула губы в ответ. – А как ты устроилась? 
- Нормально. Комната выглядит приемлемой. 
Они оба остро заметили ее искусственный язык. Джеймс так на нее посмотрел, что Белла невольно опустила голову вниз. 
- Все так плохо? – тихо спросил он. Ей пришлось сглатывать, чтобы ответить. Белла невнятно промямлила: 
- Не выспалась немного. 
А потом она налетела спиной на выступ окна – Сатклифф порывисто шагнул к ней, поднимая руку к её лицу. Белла не понимала, но заранее не хотела, чтобы он так делал. Парень смотрел на нее с выражением, которое её совсем не радовало – только не он. 
- Знаешь, когда ты расстроена, ты выглядишь ужасно хрупкой, такой израненной, что становится страшно даже дышать на тебя. Как сейчас… Хочется сделать что угодно, чтобы твои глаза перестали быть такими. 
Ее ресницы широко распахнулись, Белла сбито молчала, не зная, что сказать. Его слова перевернули все внутри. Неужели она так жалка со стороны? 
- Да ладно, Джеймс это всего лишь недосып, я в порядке. 
Он уже жалел о своем порыве, а Белла вдруг по цепочке вспомнила, как однажды он уже так срывался. 
- Джеймс! Так ты же знал! Помнишь, ты говорил мне в прошлом году, что Эл не та, кто есть. Ты же говорил про то, что она Каллен? 
Его испугала ее внезапная проницательность. Сатклифф беззаботно улыбнулся: 
- Ну что ты, Белла! Я же не экстрасенс, как я мог знать тогда? Ты ошибаешься. 
 
*** 
Следующие несколько дней были тяжелыми. Белла наблюдала, как рушится ее мир. Кай и Элис не могли находиться рядом, тонны недосказанности между ними делали их совместное пребывание тягостным. Свон все надеялась, что все как-нибудь образуется, но этого не происходило. Похоже, их счастливая, нерушимая троица распадалась. 
Из-за этой мысли по ночам она тайком лила слезы, а днем снова пыталась как-то это уладить. Белла не могла представить, что когда-то они не будут вместе идти в столовую, шутить, смотреть кино-марафоны. Вольтури все больше отдалялся, а Элис знала, что это из-за нее. Наверно воля их несокрушимого друга тоже истощалась, и он не мог быть рядом с Брендон. 
Карлайл часто бывал в школе, пытался выяснить причину подавленности дочери, но коротышка принимала его в штыки, сбегая к Оливии. Удивительно, но Элис чувствовала от нее материнскую заботу. Белла в это время могла пообщаться с их потерянным другом, который запирался и твердил, что он в порядке. А после этого шел за ней, как привязанный, неся какую-то чушь, про преследования Аро. 
И пока ее жизнь рушилась, Каллен принимал активное участие в этом. В среду по школьному радио их огорошили новостью: теперь за нарушение дисциплины ученикам запрещалось покидать территорию кампуса, на въезде поставили охрану, но «естественно» только для их блага – чтобы Алькаида не прорвалась к ним в школу и не заложила бомбу! От этой нелепости хотелось кричать в голос, Белла чувствовала, как Каллен затягивает гайки, удушая свое царство, и не понимала, почему никто не бунтует. 
Такая глупость могла быть только в этом месте – ученики лепили из него идола. Эдвард вел себя отвратительно, хуже, чем в начале, когда она только переехала в Форкс. От полного пренебрежения правилами, он перекинулся в другую крайность: отступление от них теперь каралось расстрелом. Все это здорово смахивало на военный режим. Белла с возмущением видела пару раз, как ученики попадают под «расстрел» из-за мелочей. Школьные правила и правила элиты превратились в синонимы. На их глазах парень на класс младше них криво посмотрел в сторону Уитлока и тут же подвергся его наезду. Джаспер надел ему на голову пластиковую тарелку и сказал идти так до класса, чтобы все знали, что идет неудачник. 
Белла не удержалась: подошла и сорвала дурацкую тарелку с парня, едва дотянувшись до его головы. 
- Уитлок, засунь себе это знаешь куда? – Она просто не могла понять, почему все смеются? Ведь каждый из них может оказаться на месте этого затоптанного парня! Каллен не остановил друга, когда тот оскорбил ее в ответ. Кая Элис снова не было рядом, она была совсем одна. Куда они катятся? 
- Свон, то, что ты в совете, ничего не значит, - с удовольствием напомнил Каллен, от его заносчивой снисходительности ее щеки загорелись. – Ты прекрасно знаешь, что нельзя нарушать правила. 
Он неприкрыто угрожал. Белла отлично это прочувствовала, но ни их численное превосходство, ни последствия ее не волновали. 
- Эти несуразные правила придумал ты, чтобы подмять всю школу под себя. Вы, Каллены, всегда покупаете людей, потому что не можете заставить их любить. 
Она нарушила основное правило их школы: никто не перечит кучке избранных богатеньких детишек. Розали больше не боялась нападать на нее: 
- Ты про себя, Свон? Эдвард же покупал тебя. Так что, милая, ты выглядишь лицемерно. 
Говорить было бесполезно. Белла с жалостью посмотрела на Хейл и подтолкнула невезучего парня в спину. Она не уйдет, пока не удостоверится, что он не пострадает от них. Белла еще не знала, что пострадает не только он. Парень был настолько запуган, что только посмотрел на нее темными карими глазами и не осмелился двинуться с места, боясь, что потом будет хуже. Уитлок усмехнулся. 
- Ублюдок. 
- Очередное нарушение правил, Свон, - скучающе заметил Эдвард. – Как президент школы я обязан следить за порядком, школа все еще находится на экспериментальном положении. Члены совета не освобождаются от наказания. 
- Серьезно, Каллен? Что я нарушила – не дала твоему дружку поиздеваться над парнем? И как же ты меня накажешь? 
Эдвард тонко улыбнулся и ничего не ответил. Перед уходом он окликнул: 
- Эй, Диксон? Не забудь тарелку. 
Белла, горя до ушей, нашла Элис и пересказала ей весь этот кошмар. Та тоже возмутилась. Но на следующей перемене они увидели Диксона – он шел сгорблено, не смотря ни на кого, и на его голове была идиотская тарелка. Свон подбежала и сорвала ее: 
- Зачем ты это делаешь?! Не смей подчиняться им! 
- Не надо, Белла, - он бормотал, не смотря ей в лицо. – Будет хуже, я хочу доучиться всего полтора года осталось. 
Он поднял с пола тарелку и понес ее в руках. Две девчонки указали в него пальцем и засмеялись. Белла повернулась к коротышке: 
- Я хочу в Финикс! Я не могу тут жить. 
- А как же тогда Кай? – спросила Брендон, не глядя ей в глаза. 
 
На этаже совета устраивали грандиозную вечеринку. Белла воспользовалась этим, чтобы по-тихому ускользнуть – вперед, за эти ужасные стены тюрьмы. На улице было свежо, сгущались сумерки, Белла подумала об Элис, которая сейчас мучилась на ужине с Калленами и мамой, внезапно ей захотелось домой - увидеть папу, узнать, как он живет без нее. Не умер ли с голоду? Коротких сухих смс было мало 
Ну вот, она как маленькая папина дочка, еще не прожила в кампусе неделю, а уже сбегает к отцу. Насупившаяся Белла прошла мимо первого пункта охраны, выходя на улицу, но внезапно ее окликнули: 
- Мисс, подождите! – Свон непонимающе обернулась, ожидая пока охранник не приблизится. – Вы же мисс Свон? 
- Ну да… А что? 
- Извините, но вы в списках наказанных учеников. Я не имею права вас выпускать в город. 
- Что? – Белла нерешительно улыбнулась. – Это шутка? Вы же не можете мне запретить поехать домой. 
- Нет, не шутка я могу показать подписанный приказ. Теперь наказанные ученики не смогут покидать территорию колледжа. 
- Это же не военное училище! 
- Извините, ничем не могу помочь. Это моя работа 
Ее вопли не помогли, так же как и попытка удрать – гребанные электрические ворота закрылись. Белла потребовала приказ, а увидев снизу подпись Каллена, почувствовала, как закипает кровь. 
Каллен был на кухне с Уитлоком. Тот клеился к девчонке в коротких шортах. Белла, не останавливаясь, налетела в Эдварда и толнула в грудь 
- Ты запер меня! Из-за тебя меня не выпускают. 
- Изабелла, ты ведь помнишь, что «элита неприкосновенна»? 
- Пошел к черту, тиран. Я требую, чтобы ты сейчас же убрал свой нелепый приказ. 
- Я предупреждал тебя о наказании. Если бы ты не вмешалась, я бы не закрыл тебе выход из школы и Диксон не был бы вынужден таскать «шляпу» на голове. 
- Что? Так ты все это делаешь, чтобы позлить меня?! 
Каллен повернулся к двум девушкам, жестом прося их выйти из кухни. Когда они остались втроем, он раздраженно шагнул к ней: 
- А теперь слушай без цензуры, Свон. Требуешь? Какое ты имеешь теперь право? Эта школа моя и если ты не будешь соблюдать мои правила, то очень пожалеешь. И твой парень тоже. 
- Кай? – Конечно, Эдвард не верит, что они не встречаются. Белла была намного ниже этих двоих, но смерила их взглядом словно букашек: - Неважно. Знаете, вы стоите друг друга, ты абсолютно одинаковые, только лицо разное! 
 
Кай 
 
*** 
Очередной никчемный день начался с задавливающей констатации очевидного факта, что под левым боком Элис нет. Двигаясь под гулкие звуки пустых ударов в груди Кай сел в кровати, бегло потер вакуум в подреберье и пошёл умываться. Стоило ему одно утро проснуться рядом с Элис, как все остальные стали для него невыносимыми 
Джеймс уже отжимался в углу. Сатклифф пожелал доброго утра, а Кай снова удивился про себя, насколько тот болтливый. Сам он только кивнул, наслаждаясь выдуманным флером легкого запаха ванили. 
После той ночи, когда он окончательно съехал с катушек, все катилось под гору. Такое уже было – срыв и очень яркое показательное падение в пропасть. Тогда всё закончилось Порт-Анжелесом. 
Умывшись, он долго смотрел в глаза отражению, потом моргнул, вернулся в комнату и взял спортивные штаны. 
- Эй, зануда, ты на пробежку? – Все же Джеймс странно общителен для мафиози. Интересно, как он выжил в банде Аро? Или лично с ним у него настойчивая потребность общаться? – Кивни, если понимаешь меня. 
- Да, на пробежку. 
- Знаешь, Кай, ты какой-то мутный последние три дня. Что случилось? Может, хочешь… поговорить? 
- Джеймс, мы делаем одно дело, окей? Мы не друзья. 
Он вышел на улицу, не привлекая внимания, натянул капюшон толстовки и поспешил к кирпичному забору. Перемахнуть через него дело двух секунд, и вот уже он на опушке леса. Тело было каким-то разбитым и сопротивлялось физической нагрузке, оно болезненно требовало Элис как таблеток. Снова проснуться, обнимая ее, в тепле и допинговой неге. 
Что с ним происходило, Вольтури вообще не понимал. Он как стал врагом сам себе: тело не слушалось, про голову вообще не стоит говорить, та устроила революцию, скидывая путы контроля. Кай больше не мог терпеть – быть с Элис рядом каждый день и чувствовать, что она никогда не будет с ним. Ни уговоры, ни доводы не помогали, сознание напоминало упрямого, затыкающего уши на любые слова ребенка. Его хваленая выдержка разваливалась на глазах. 
Пытаясь скрыть эти явления, он избегал общества своих подружек и делал только хуже. Брендон виновато смотрела в пол, а Свон молча рисовала себе всякие ужасы. Он видел это по ее расстроенным глазам. Просто на них слишком много всего навалилось. 
Кай пытался переключиться и сосредоточился на одном важном вопросе. Беллу преследовали. Девчонка пребывала в неведении, но 24 часа в сутки за ней следили. Джеймс рассказал, что Аро часто звонит, чтобы узнать, где она, что делает. Но помимо Сатклиффа были еще люди – однажды перед общежитием Кай заметил тонированную черную машину, которую хорошо знал. То, что его брат прикатил из самого Порта, чтобы мельком увидеть Свон до чертиков напугало его. Выходит, Аро увлекся не на шутку. Это было очень плохо, очень опасно. 
Никакой мрачной романтики в этом не было. Аро был психопатом и увидел в его подруге что-то, что не на шутку заинтересовало его. Кай отлично знал брата – ему нравилось все уникальное, и он всегда спешил прибрать это к рукам. Особое наслаждение ему доставляло играть с разумом жертвы, ломать человека и внимательно наблюдать все стадии процесса. 
Поэтому Кай тенью оберегал Герду, даже когда она не знала. Президент сходил с ума от ревности к нему, и мучил Свон. Слушать он не хотел, хотя Кай попытался поговорить с ним. Свон перестала улыбаться искренне, снова появились осложнения с едой, но это не помешало ей разрешать его проблемы! Она как святая тащила его наверх, прекрасно чувствуя бурлящие эмоции, и все твердила, что Элис любит его. 
Вольтури свернул на большой круг, ускоряясь так, чтобы легкие загорелись огнем – надо было погасить бурлящий внутри вулкан. Еще бы понять, как вернуть свою холодную голову. 
Завершив большой круг по лесу, Кай прокрался вдоль забора и посмотрел – машина снова была на месте, только в этот раз попроще. Очевидно, что Аро послал подручных. Что он задумал? 
Вернувшись в комнату, он застал там Свон и поинтересовался, где она взяла ключи? Девчонка сказала, что ее тут оставил Джеймс. Ну, спасибо, Сатклифф! Герда снова была искусственно веселой и торопила его на уроки, а на самом деле не давала ему ускользнуть от них. 
- Ах, Герда, выходя по утрам из моей комнаты, ты нарываешься на слухи. Я в душ, подожди пять минут. 
Она успела еще крикнуть ему в спину, что ей плевать на слухи. Выйдя из душа, Кай изумился – Свон гладила ему рубашку. 
- Ээ… Герда, а ты не заболела? 
- Нет! Просто спасаю неряху. Посиди минутку, я сейчас. 
Вольтури сел на диван, наблюдая за ней. 
- В ту ночь ты пошла спать в комнату? – Свон сразу поняла, о чем он, и кивнула, внимательно рассматривая его рубашку. – И что Каллен? Надеюсь, уже спал? 
- Нет, напротив – был полон сил, сказал, что его еще на один раунд хватит, и может даже не на один. 
- Вот придурок, - выругался Кай. – Ревность сводит его с ума, интересно, он понимает, что творит? 
- Конечно. Ему не пять лет. Просто он больше меня не любит. 
- Я так не думаю. 
Кай надел еще теплую рубашку. Он застегивал пуговицы снизу, а Герда сверху, сойдясь на одной, они улыбнулись. 
- Спасибо. – Свон кивком отмела его благодарность и посмотрела прямо в глаза: 
- Что с нами происходит? Я боюсь потерять тебя, ты избегаешь нас с Элис. 
- На самом деле только ее, - Кай шагнул назад, чтобы ударившая волна привычного отчаяния не задела подругу. 
- Но почему? Из-за той ночи? Ты же сам ушел утром, ничего ей не сказал. 
- Не знаю, Герда. Думал, что смогу быть рядом с ней, снова стать другом, но не могу. Мне требуется больше, хоть я и не имею никакого права. Это страшный эгоизм, жадность, но я не могу ее побороть. Пытаюсь, но этот монстр во мне охрененно сильный, сильней меня. 
- Кай, ты слепец! Да, ты умней других, проницательней, наблюдательней, но даже ты не можешь видеть всех насквозь. Ты не видишь, что Элис уже давным-давно не любит Уитлока! 
Он с натужной улыбкой покивал, что взбесило Свон. Обозвав его слепым упрямцем, девчонка вылетела из комнаты, забыв про свой план. Кай поспешил схватить сумку – надо присматривать за ней. 
Герда она и в Африке Герда – Свон умудрилась вляпаться в грандиозную ссору с элитой, когда он отлучился всего на пару минут к Варнеру. Это неожиданно разозлило его. Кай решил найти Эдварда и, любой ценой поговорить с ним. Где те золотые времена, когда ему приходилось защищать своих подружек только от кучки жалких снобов, мнивших себя элитой? Теперь его кошмар - это Аро, невидимой тенью зависший над Беллой. 
Эдвард, Джаспер и Розали стояли около шкафчиков. Хейл измывалась над очень толстой девочкой – заставляла ее приседать. Кай не собирался смотреть, как издеваются над слабыми – весьма неучтиво оттолкнул Розали от жертвы, та от неожиданности завалилась на бок. Попыталась быстро встать, но задняя часть перевесила, и, побагровев, девчонка плюхнулась на пол. Джаспер и Роуз засмеялись, лицо Каллена осталось неподвижной маской. 
- Так вот в чем секрет, Вольтури? – возликовала Розали. – Ты тащишься от толстух! Тогда странно, что ты встречаешься с анорексичкой. 
Эдвард резко развернул к ней лицо. Кай, игнорируя ее, подал руку готовой расплакаться от унижения девчонке, та удивленно посмотрела на него и несмело взяла его ладонь. Он без труда поднял ее, а затем и ее сумку. Девушка пробормотала благодарность и нерешительно застыла. Вольтури повернулся к блондинке: 
- Нет, Хейл, я тащусь от тех, у кого есть что-то внутри. Так что извини, пустышки меня не возбуждают. 
Розали взбесилась, ее глаза сузились от злости на его отказ, от страха что он ее выдаст. 
- Значит, эта корова тебя возбуждает? Эй, как там тебя, ничтожество… 
- Закрой рот, Хейл, - Кай опасно нахмурился. Ему не нравилось такое обращение, почему они всегда нападают на слабых? 
- Ты прямо как твоя Свон, - усмехнулся Уитлок. – Вечно жалеешь всяких уродов. Может, откроете шоу уродов и будете колесить по стране? 
Кай не ответил, он подтолкнул девчонку в спину, чтобы она ушла, потом обернулся и посмотрел только на Эдварда: 
- Ты. Я не встречаюсь с Беллой. Когда-то в Финиксе ты был мне другом, но если ты не прекратишь сходить с ума, то я забуду об этом. Оставь ее в покое, хватит доводить ее. 
- Иначе? – По его голосу, насмешке в глазах все было очевидно. Каллен стал настоящей частью элиты. 
- Узнаешь. 
Кай хотел уйти, повернулся, и тут почувствовал, как влетает в шкафчики. 
- Думай, кому угрожаешь, Вольтури. Ты давно уже мне поперек горла, можешь спать с кем хочешь – со Свон, с моей сестричкой-бастардом, но это был последний раз, когда ты вставал у меня на пути. 
Красная пелена встала перед глазами Вольтури, назвать свою родную сестру так грязно? А Уитлок любит ее и стоит слушает! Он спокойно повернулся к ним, смотря смазанным невыразительным взглядом, а в следующий миг неуловимо оказался около Джаспера, схватил его за воротник на спине, выставил ногу, швыряя его вперед, ударил в основание нервных окончаний на затылке, обеспечивая головную боль на весь день, а сам пригнулся, уклоняясь от Эдварда. Жалея об отсутствии лезвий, вышел из этого положения, толкая Каллена в Розали. Та завизжала, пытаясь отпихнуть «друга» и остаться на ногах. Каллен устоял и даже успел ударить его. Предплечье заломило от боли, но Кай был слишком зол, крышу снова сорвало. 
Он пытался не смотреть на точки, которые могли бы убить соперника, бил в болезненные, но не смертельные. Каллен был тоже был словно одержим, вкладывал ненависть в каждый удар. Осознав, что дерется не с Эдвардом, а с озлобленным отчаянием, Кай вдруг остановился и отошел на широкое расстояние. Появившийся Эммет придержал рвущегося друга, и Вольтури поспешил уйти. Рубашка была помята, все труды Герды испорчены. 
Он был счастлив. Это отвратительно, но он нашел то, зачем шел - возможность выплеснуть переполнявшую ярость и безнадежность. Теперь их стало чуть-чуть меньше внутри, и монстр слегка ослабел. Кай закрыл глаза на ходу – что же он делает… Он превращается в Аро. 
 
*** 
Герда сбегала. Это было очевидно - с рюкзаком, крадучись, выбиралась из общежития. На улице она немного расслабилась и пошла смелее. Кай, как часто в последнее время, тенью скользнул за ней. 
У Свон возникли ложности – ее не выпускали! Герда громко ссорилась с охранником и даже попыталась удрать, но, конечно, не вышло. Она сердито поспешила обратно в кампус, не замечая ничего по сторонам. Кай улыбался над ее горячей возмущенностью, но вдруг резко перестал. Белла не смотрела по сторонам и не видела, как сбоку к ней приближается темная фигура. Это мог быть просто ученик, который куда-то спешит, но маятник внутри подсказывал Вольтури, что это не так. 
Кай побежал, он еле успел в последнюю минуту – схватил парня со спины, зажимая рот, ударил в висок. Парень обмяк в его захвате, а Белла, не подозревая, что он в метре за ее спиной быстро пошла дальше. Вытерев пот со лба, Кай пообещал все же научиться приему Крысы, выключать человека, надавливая на определенные точки. Она могла услышать шум и обернуться. 
Оттащив парня в подвал, любезно открытой отмычкой, Кай ударил его по щеке. 
- Доброе утро. 
Парень при виде него испугался как при виде сатаны во плоти, выходит, узнал. Кай решил предупредить: 
- Я не убью тебя. Но и не отпущу, пока ты все не расскажешь. 
- Я ничего не знаю! 
Ну вот, этого и следовало ожидать. Кай вздохнул, сейчас он не в себе. Раньше бы знал, как поступить, но теперь его решения продиктованы не холодным разумом, а накаленной расшатанной нервной системой. 
- Слушай, ты знаешь, кто я, я знаю, что ты от Аро. Просто расскажи, что он тебе поручил. Большего ты все равно не знаешь, и я это осознаю. 
- Он убьет меня за провал, - облизав губы, сообщил парень. 
- А надо было думать, с кем связываешься! – Тут он одернул себя. – Ладно, забей, просто расскажи, что он поручил, и я придумаю, как тебе остаться живым. – Парень смотрел на него недоверчиво. Кай с раздражением понял, что надо чуть-чуть припугнуть. Он, не спеша, вытащил лезвия. – Я жду. 
- Аро приказал доставить к нему девчонку! Мы по очереди караулили весь вечер, и, наконец, она вышла. Я должен был схватить ее, а в машине Дик, он чуть старше. Нас выбрали, потому что мы можем сойти тут за своих. 
- Куда вы должны были ее отвезти? 
- Куда? – удивился парень. – К нам, конечно - в казино Аро. 
 
*** 
Хотелось громко ругаться. Кай валялся в кузове чужого пикапа и смотрел в небо. Парень вернулся в машину и описал, как выглядит его напарник. Кай решил, что надо сделать вид, будто ничего не произошло - по крайней мере, он будет знать их в лицо. А Аро продолжит ждать, когда выдастся удачный случай без шума своровать Беллу. Даже хорошо, что Каллен закрыл Белле возможность выходить, так безопаснее для нее. Он вспомнил, как час назад Герда с воплями кидалась на Эдварда, обвиняя его во всех смертных грехах. 
В полной тишине Кай набрал номер, прошло много гудков, прежде чем ему ответили: 
- Лисенок? Чем обязан чести? 
- Чего ты хочешь, Аро? 
- Не понимаю о чем ты, - с удовольствием ответил он. 
- Понимаешь, что тебе надо от Свон? 
- О, так ты заметил слежку, мой подозрительный младший братец? И что теперь: будешь неотрывно ходить за своей подружкой и мешать мне? 
- Зачем тебе она? 
- Мне интересно. 
- Что именно? – прохладно спросил Кай. 
- Ооо, много чего. У вас там вообще такие драмы, я смотрю, происходят. Все такие несчастные, я бы с удовольствием посмотрел, как ты страдаешь по маленькой Каллен. Правда говорят, что она спит с Уитлоком под твоим носом? 
- Пошел ты. 
- А как же гордость, Лис? С Вольтури никто так не поступает. Я бы на твоем месте разрезал на куски ублюдка на ее глазах. Жаль, что она дочь Лазаря, а то можно было бы и ее. 
- Кто же стучит для тебя, вот что мне интересно. 
- А ты сдаешь, братец. Даже не можешь вычислить моего информатора, это так жалко. Любовь к Элис сделала тебя слабым. Хотя говорят, ты и на мою девочку заглядываешься. 
- Она не твоя. 
- Изабелла. Знаешь, я часто о ней думаю, как считаешь – может, это любовь? – Аро захохотал, его плотоядный смех отталкивал, сгущал кровь в жилах. – Поздно, Кай, я уже решил, как следует поиграть с Изабеллой, ты не убережешь ее от меня. Мне становится ужасно скучно. Убивать больше не так весело, это больше не приносит мне драйва, чего я только не пробовал. Знаешь эту сосущую пустоту внутри, которую хочется забить чем угодно? - Кай знал, даже слишком хорошо. – Ты можешь молчать, но я уверен, что знаешь. Мы же по сути одинаковые, хоть ты и отрицаешь это. Я решил забить эту дыру Свон. Мне кажется, она сумеет это сделать. Она такая забавная, постоянно верит в кого-то, любит, пытается спасти, безрассудно кидается в омут. Представляешь, когда я еще был Майком, она пыталась спасти и меня, смотрела так жалостливо, хотя сама едва не разваливалась по частям. У этой девчонки нездоровая голова, я не знаю, что с ней сделать, может заставить ее полюбить боль, сделать от нее зависимой? Мне кажется, ей это очень пойдет. Как думаешь? 
- Я думаю, что это у тебя больная голова. Свон дружит с Брендон, они постоянно вместе, как думаешь, что на это скажет Карлайл? Он не любит, когда его семье угрожают. 
- Лазарь параноик, он согнал всех детишек Форкса в одну крепость, выстроил вокруг нее высокий забор. Все, чтобы его двое отпрысков были вместе и под надежной защитой. Я думал, что он что-то сделает после весны, но такое… Согласись, Каллены все делают с размахом. Но его стены не защитят, если я захочу что-то себе. 
- Ты блефуешь, Аро. Ты его до усрачки боишься, потому что он единственный твой живой враг. У тебя нет союзников, нет друзей, ты все делаешь один, и ваше «сотрудничество» наглядно доказывает то, что ты у него на поводке. Злишься, мечтаешь его убить, но снаружи только улыбаешься. 
- Он тоже у меня на поводке! – прорычал Аро. 
- Ну да, теперь его тайна раскрыта, и осталась только выгода. Однажды он устанет от денег и прикончит тебя. 
- А ты значит такой умный, да? – приторно ласковый голос был хуже откровенной угрозы. - Знаешь, Лисенок, а ведь я это делаю не только из любопытства. Тебе же дорога твоя Герда… И ты тоже сейчас боишься. Мне нравится это, теперь ты будешь плохо спать по ночам, зная, что я за твоей спиной. И мы неизбежно схлестнемся, потому что ты не оставишь эту девчонку. Как думаешь, что будет? Мне снова становится интересно жить. 
- Играй со своими ровесниками, школьники это как-то мелко. 
- Все что угодно, лишь бы заставить тебя страдать. 
- У тебя странное отношение к семье, - вздохнул Кай. - Если ты не оставишь Свон в покое, я найду способ устранить тебя. 
Кай отключился и откинул нагревшийся телефон. Небо оставалось таким же синим, где-то под ним сейчас Крыса медленно выполнял их план. В конце концов, Аро сядет за решетку, стальную, надежную, откуда не выйдет никогда в жизни. Но не нанесет ли гадюка смертельный удар раньше? 
 
Элис 
 
*** 
В кабинете искусств была всегда очень светло. Элис с Оливией сидели за одним столом и работали над эскизами, которые она должна была послать в издание, где проходила летом стажировку. Если бы Белла не позвонила ей, там бы она и осталась, не стала бы возвращаться в Форкс. 
«Что, возможно, и следовало сделать». Лоб Элис напрягся при мысли о Кае, который избегал ее. 
- Элис, это чудесно. Уверена, что они возьмут тебя в штат даже без окончания колледжа! – Оливия ласково погладила ее по плечу. 
Удивительно, как эта молодая женщина относилась к ней. Рамки «учитель-ученик» давно стерлись, они очень сблизились. Оливия была не совсем подругой, она все же была старше и это чувствовалось. И это было как раз то, чего так не хватало Элис. Из-за отчужденности с матерью, Эл не в силах была остановить свою привязанность и все больше надоедала мисс Грин своих обществом, хоть та и утверждала, что ей это в радость. 
- Не знаю, я все же наверно пойду в колледж, - с сомнением пожала узкими плечами коротышка. – Мы с Беллой думали о Йеле. 
- Правда? А ты уже советовалась с отцом? 
- Каллен мне не отец! Я сама принимаю решения. 
- Элис, может тебе стоит хотя бы выслушать его? Он ошибся и наверняка очень сожалеет об этом, сложно представить, как ему должно быть тяжело. Все родители любят своих детей, а ты не скрываешь своей ненависти. Чтобы он не сделал, он все равно умеет чувствовать, может, хватит его наказывать? 
- Вы что на его стороне? – Элис не хотела верить, Оливия должна быть за нее! 
- Я твой друг, поэтому и говорю это. Ты очень нужна ему, а он нужен тебе. Карлайл смог бы поддержать тебя в такое сложное время. Он же твой папа, он любит тебя и хочет защитить. 
Стало сложно дышать, и вот она снова маленькая потерянная девочка, от которой ушел лучший на свете папа, и Элис не знает, что сделала не так. Сколько она выбивала из себя эту чушь? Взрослела, становилась сильной. А сейчас хотела просто, чтобы Карлайл обнял ее и сказал, что все будет хорошо. Оливия заботливо погладила ее по голове, и стало еще хуже. 
- Езжай к нему, поговори. Можешь даже покричать, чтобы стало легче, но потом выслушай его и просто дай ему шанс. Не отталкивай того, кто любит тебя. 
Элис вскочила на ноги, внезапно решившись. Она хочет этого! Ее обида глубока, переполняет ее душу, но вдруг станет легче, если она простит Карлайла? Все же он ее… отец. Даже мысленно трудно это произносить. 
- Я поеду? – отчего-то она спрашивала разрешения у Оливии. Та радостно обняла её и легко подтолкнула. 
- Конечно, Элис, я сообщу остальным учителям, что ты плохо себя чувствуешь. - Мисс Грин подмигнула ей. 
- И скажите, пожалуйста, Белле, чтоб она не волновалась. 
- Конечно. Беги, Элис. И удачи тебе! 
Она и побежала, чувствуя, как сильно бьется сердце, как ноги не касаются земли. Остановилась только около жучка и хлопнула себя по лбу. 
- А ключи забыла! 
Обратно к Оливии снова бежала от переизбытка чувств, открыла дверь и услышала, как учительница взволновано говорит по телефону: 
- Карлайл, она едет сейчас к Вам! Я убедила её выслушать Вас. Похоже, она готова выкинуть белый флаг. Готовьтесь… 
Тут Оливия повернулась и заметила ее окаменевшую фигуру, ее рот приоткрылся: 
- Элис?! 
В ушах Брендон зазвенело, все кругом расплывалось. Элис не видела ничего кроме этой лживой женщины, притворявшейся ее другом. Сколько можно впускать в свою душу недостойных людей? Джаспер, Ричард, Оливия, даже Карлайл! Она была настолько глупа, что полюбила даже его, хоть скрывала это. 
- Так вы работаете на него? Вот почему столько времени проводили со мной? 
- Элис это не то, что ты думаешь! – Оливия отбросила телефон, быстро прошла через комнату и взяла ее за плечи. – Выслушай меня, пожалуйста. 
- Нет! – Элис стряхнула чужие руки. – Я доверяла вам… - Горло сдавило в преддверии слез. Не будет она плакать из-за всяких обманщиц! 
Оливия вдруг захлопнула дверь и вынула ключ. 
- Мне очень жаль, но ты должна меня выслушать. 
- Откройте, я хочу уйти. 
Оливия снова попыталась дотронуться до нее, но как всегда в такие моменты Элис хотелось, чтобы её не касались, не приближались. 
- Пожалуйста, сядь Элис. Я открою сразу, как только расскажу, ладно? – Брендон села, намереваясь просидеть как изваяние, а потом сбежать. – Ты в какой-то мере права: меня нанял Карлайл, я долго работала в его штате предвыборной кампании, но потом он попросил меня устроиться в школу. Я имею медицинское образование, он рассказал, что у него тут есть дочь, и что она попала в беду. Он знал о твоих приступах и очень беспокоился за тебя, хотел, чтобы я была рядом на непредвиденный случай. Ведь Белла молодец, что тебе помогает, но тебе нужна профессиональная помощь. И Карлайл мог успокоиться. Поэтому я перешла сюда и тут же привязалась к тебе. Мое отношение к тебе было искренним, ты правда стала мне очень дорога. Я вижу, сколько трудностей тебе приходится преодолевать, и я хотела тебе помочь. 
- Ну да, а заодно и подмазать патрона. 
- Нет, - Оливия в волнении встала и начала ходить. – Я знаю Карлайла! И он на самом деле просто замечательный: заботливый, сильный, умный. Он постоянно о тебе заботился. Я говорила тебе все это не потому, что он мне платит, а потому что так думаю. Ты должна помириться с отцом, потому что иначе нельзя, вы любите и нужны друг другу. И если ты откинешь упрямство, то увидишь это. 
- Все? Вы высказались. Теперь я свободна? 
- Элис… 
- Я выслушала, держите слово! 
Оливия расстроено прошла к двери и открыла ее. Через секунду она осталась в кабинете одна. 
 
*** 
В поисках Свон, Элис натолкнулась на парня и едва удержалась на ногах. От злости наворачивались слезы, и она не заметила преграду, но хуже того, что «преграда» оказалась знакомой. 
- Какой илиот… - начал Каллен, но оборвался, увидев ее. – А это ты. 
Элис вдруг подумала: какого это всю жизнь прожить с их манипулятором-отцом? Может, Эдвард тоже постоянно чувствует себя облапошенным? 
- Как ты живешь с ним? – выпалила она. – Почему до сих пор не свихнулся? 
- Это ты типа про Карлайла? 
- Да, меня от него тошнит, он нанял мисс Грин следить за мной. Это нормально? – она понимала, что жаловалась не врагу, а брату, думая, что только он сможет понять ее. Только не учла, что Эдвард всегда остается Эдвардом. 
- Слушай, что ты ко мне пристала? То, что мой отец разок переспал с твоей матерью, ничего не значит. Я не собираюсь строить из себя заботливого брата – мне все равно. Ты мне никто. И не считай себя кем-то особенным, лучше осмотрись, вдруг по школе еще ходит парочка красивых детишек, бастардов Карлайла. 
Хлесткая пощечина перебила его. Побледнев, Элис смотрела на него снизу вверх и вибрировала от яростной обиды. Да в чем она виновата?! В том, что родилась?! Грудь сдавило еще больше, ноги болели от высоких неудобных туфель. Не сгибая колени, она быстро пошла мимо него, как можно дальше, и – о чудо – сразу за поворотом увидела за окном Беллу и Кая, хотела побежать к ним со всех ног, но затормозила. 
Сдвинув лбы, они обсуждали что-то, их лица были серьезными. Вдруг она помешает? Кай наверняка снова уйдет, а сейчас вон как близко придвинулся к Белле, что-то спрашивает и всерьез интересуется ее мнением. 
 
Через десять минут Элис вышла из туалета без малейших следов расстройства, прошла мимо зажимающегося в холле с очередной девчонкой Уитлока и пошла на литературу. Кай и Белла пришли со звонком, сели и по очереди покосились на нее. Пальцы Элис под столом воткнулись ногтями в тонкую кожу, оставляя продавленные дужки. 
Весь урок она слушала учителя, а после долго копалась, чтобы если хотят, они могли уйти без нее. 
- Эл, где была перед уроком? – Белла твердо стояла около нее, намереваясь ждать ее хоть год. 
- У Оливии. Последние новости: она психиатр, которого нанял Карлайл присматривать за мной. 
- ЧТО?! – Белла бегло переглянулась с Каем, они что-то скрывали. Это было очевидно. 
- Ну да, все это время она помогала мне, потому что Каллен ей платил. 
- Вот, значит, откуда она знала про твои приступы! Я однажды подслушала, как она говорила по телефону. 
- А почему мне не сказала? 
- Не помню, это было прошлой осенью. Да ты бы и слушать меня не стала, так фанатела от этой обманщицы. 
- Неважно, - отчаянно отмахнулась Элис. – Пойдемте в столовую, все равно один урок остался. Если, конечно, никому из вас никуда не нужно. – Она с горечью посмотрела на застывшего в дверном проеме Кая. 
Но он на удивление не сбегал, оставался с ними до самой столовой, только молчал. И снова их переглядывания, словно они не решаются ей что-то сообщить. Ели все с неохотой. У Брендон началась паранойя: ей казалось, что все в столовой говорят про нее. 
- Остался один урок, - вслух сказала Свон. – Если бы не Каллен, мы могли бы выйти из кампуса и поехать куда-нибудь. 
- Да… Это бы не помешало, - пробормотал Вольтури. 
- Что происходит? – не выдержала Элис. 
- Все в порядке. 
Но если Кай забылся настолько, что прикоснулся к ней, отворачивая ее за подбородок от Беллы, то ничего не было в порядке. По дороге на математику Элис напряженно думала, что они от нее скрывают, губа болела от закусываний. 
На последнем уроке это продолжилось. Элис с неохотой прошла к своему месту с Калленом, его еще не было. Белла замаячила над ее головой, несся какую-то бессвязную чушь, повторяя слова. Элис боялась услышать, что они встречаются, поэтому стискивала зубы и не спрашивала. Даже неведение лучше. 
Класс медленно заполнялся учениками, из коридора послышались голоса, кто-то громко спорил. Они, как и все, посмотрели на дверь. Вошла Розали, ее глаза сверкали, Эммет был недоволен и попытался вернуть свою девушку обратно в коридор, но она вывернула свою руку и громко позвала Джаспера. У Элис появилось плохое предчувствие. Уитлок отводил глаза, не желая смотреть на нее. Ну что он опять натворил? 
- Эй, Брендон-Каллен, знаешь последние новости? – торжествующе спросила Хейл. 
- Замолчи! – Кай неожиданно для всех встал, выглядел он очень разозлено. Но было много людей, и Роуз рискнула, обойдя по другому ряду, пытаясь всучить Элис газету. 
Белла вырвала ее и попыталась скомкать, но Брендон возмутилась. Чтобы там ни было, они не имеют права прятать это и знать только вдвоем, словно она лишняя! 
- Нет, Элис, отдай! 
Белла схватилась за кончик, и страница порвалась, но все же трофей перешел в руки Свон. Хейл больно ударила по рукам Беллы, и та от неожиданности выронила газету, и она снова оказалась у блондинки. 
- Ну, уж нет! – Кай перемахнул через стулья и оказался около них, свирепо вывернул руки Хейл за спину. Та сразу позвала Эммета. 
Маккартни опомнился и тоже вмешался: 
- Кай, отпусти ее, ей же больно! 
- Пусть не лезет, куда не надо, - отчаянно выкрикнул Кай. 
- Но Элис все равно узнает, - призвал к нему громила. – Отпусти, сейчас же, она же девушка. 
- Очень сомневаюсь! 
Тут их прервал глухой вскрик Элис. Забывшись, они не заметили, как коротышка юркнул вниз, поднимая газету. Сейчас она расширенными глазами читала текст с нечеткой фотографией. Белла, похолодев, шагнула к ней, но не успела. Пошатнувшись, Элис попыталась схватиться за парту, но промахнулась и упала в пространство между столами, задев стул. 
- Элис!!! – Свон кинулась к ней. Ученики начали толпиться. 
Под ногами валялся раскрытый разворот обычной желтой газеты на страничке криминала. Заголовок гласил: 
«В Порт-Анжелесе обнаружили труп Ричарда Брендона…». 
 
*** 
- Эй, Элис, смотри в камеру! – папа размахивает рукой, а она тревожно ерзает в седле. 
Лошадь была огромной, а земля так далеко. 
- Не хочу! Пап, сними меня, мне страшно! 
- Ну, Элли, ты же у меня самая смелая, ты ничего не боишься. 
- Нет, сними! 
Ричард быстро фотографирует и берет семилетнюю дочь на руки. Лошадь в последний момент дергается, и папа крепко прижимает ее в себе. Элис снова может дышать и хватается за его шею… 
Внезапно освещение меняется, и она слышит голос Свон: 
- Элли, как ты себя чувствуешь? 
Но она не хочет открывать глаза, потому что там, снаружи, плохо. Стоит открыть глаза, все станет реальны, и она утонет в горе. 
- Малышка… 
Белла гладит ее лицо, стирая влажные дорожки, и вот уже реальность наступила. Ей так больно. 
- Это правда? Папа умер? 
Глаза Беллы огромные, блестят от собирающейся влаги в уголках глаз. Она крепко сжимает ее руку. 
- Правда. Мне так жаль. 
- Вот, значит, что вы скрывали… 
Элис поворачивается к стенке, упирается в нее лбом и закрывает глаза, притворяясь, что спит, только плечи трясутся. Простыни пахнут медпунктом. Белла накрывает ее собой, крепко обнимая, как Ричард во сне. Из-за этого Элис начинает всхлипывать. 
Ей так плохо и лучше в ближайшее время не станет. Она рада, что Белла так крепко обнимает её. 
- Где Кай? – шепчет Элис и внезапно чувствует, как ее ногу пожимают. Значит он тут. 
Еще длительная подготовка и у нее получилось спросить, как это случилось. Белла говорит хрипло: 
- Мы сами услышали об этом пару часов назад, не знали, как тебе сказать. Хотели сделать это не в школе. Ричарда похитили еще тогда весной, когда пытались натравить Карлайла на Аро, возможно его… убили, - Белла еле выговорила это слово, – …еще тогда. Дело в том, что… - Паузы в словах все увеличивались. – Его выловили из реки, а опознали только что. Никто ничего не знает, даже Карлайл, он уже здесь. Кай говорил с ним. 
- Не пускайте его, - жалко прошептала Элис. 
- Конечно, малышка. – Белла уткнулась в ее одеяло, стирая слезы. – Мы так и подумали, Чарли тоже уже едет. Эмили у директора. Мне так жаль… 
- Он не любил меня, - обиженно произнесла Элис, натягивая одеяло на голову. 
А дальше была темнота. 
В следующий раз она проснулась от электрического света, тот раздражал даже сквозь веки. В комнате было много народа: Белла с ногами сидела на ее одеяле, Чарли загораживал кровать, напротив него стоял сердитый Каллен, чуть дальше Эмили, Эсми с Эдвардом около входа, Оливия говорила с миссис Адамс, школьным врачом, и только Кай неотрывно смотрел на нее, сидя верхом на стуле. Заметив, что она не спит, он никак не изменился в лице, давая ей шанс притвориться. Элис хотела так и сделать, но тут ее заметила Эсми: 
- Элис! – эта женщина зачем-то тревожно кинулась к ней, садясь на край. – Как ты себя чувствуешь, милая? 
- Нормально. 
Все, кто был в комнате, кроме Эдварда стопились вокруг нее, направляя на нее взгляды. В их глазах было столько жалости, что Элис готова была спрятаться под одеяло. 
Но вместо этого сжала зубы и терпела их расспросы. 
- Чего вы на нее все накинулись? – огрызнулась Свон. – Давайте оставим ее в покое, она же сказала: нормально. И вообще, мы сейчас пойдем в свою комнату. 
Горячая волна благодарности хлынула по венам Элис, именно этого ей сейчас и хотелось. 
- Изабелла, оставь свой командный тон, - сказал Карлайл. – Моя дочь расстроена, это семейное горе, а, значит, мы поедем домой и там поговорим. 
- Поместье Калленов? – Элис усмехнулась, прикрывая глаза от яркого света. – Это не мой дом, я хочу в комнату. 
- Ты можешь поехать к нам, - предложил Чарли. – Я заберу вас с Беллой, переночуете дома. 
- Белла наказана и не может покидать кампус, - влез Эдвард и хоть звучал твердо, но все равно посмотрел на Элис виновато. 
- Иди ты знаешь куда!!! 
- Белла, - одернул ее отец. – Следи за речью, и конечно я не буду спрашивать какого-то сосунка. 
- Доченька, - Эмили не могла сесть из-за Эсми. Та опомнилась и тут же уступила ей место. Мама погладила ее по плотно скрещенным рукам. – Это действительно горе, он был тебе отцом четырнадцать лет. Конечно, ты расстроена, ты должна поехать домой. 
Все они тянули на себя, все считали, что она кому-то что-то должна. Никто не хотел всерьез задуматься о ней. Элис запрокинула голову вверх, смаргивая слезы, а Чарли и Карлайл снова начали повышать голоса. Она посмотрела на Кая, грустно, обреченно, понимая, что он отдалился от нее только по ее вине. Она сама уничтожила их прекрасные отношения, изменила ему и причинила боль. А ей так хотелось сейчас почувствовать его поддержку. 
Вольтури, не разрывая зрительного контакта, встал, обошел шерифа, просунул руки под нее и поднял прямо с одеялом. 
- Кай?! 
- Не смей трогать мою дочь, Вольтури! 
Они что-то кричали, а он как всегда игнорировал чужие мнения, ловко обогнул рассерженного тирана, натолкнулся на младшего и ногой открыл дверь. Комната наполнилась громкими звуками, Белла пулей вырвалась оттуда, пока никто не опомнился и не задержал. 
- Ты просто молодец! Давай быстрей, пока они не опомились. – Белла посмотрела на нее, а Элис не удержалась и, обняв любимого человека за шею, уткнулась в него лицом. 
Так странно – ее папы больше нет… 
*** 
Два дня Элис не ходила в школу, зато к ней ходили все, кому кто мог: Карлайл, Эсми, мама, Чарли, даже Джессика Стэнли в поисках новых сплетен прикинулась заботливой подругой. Они все спрашивали: как ты? Элис отвечала всегда по-разному, но на самом деле сама не знала, что чувствовать. 
Он же ее бросил, ушел, винил в том, что появилась на свет и официально закрепила измену жены. Элис будто помнила двух разных людей: своего папу, самого лучшего на свете до четырнадцати лет и после – настоящего Ричарда, принесшего ей много зла. Умерли оба. 
Нечеткий газетный снимок для устрашения гнул ее психику в разные стороны, рождая ужасы в голове. Элис, наконец, в полной мере осознала, что его больше нет, но то, как он умер, ее ужасало. 
В ночь с пятницы на субботу она ночевала одна – Беллу забрал отец на выходные, игнорируя «запрет». Наказание бы возможно и отменили, если бы Свон его не подтвердила… Вчера она ударила Розали книжкой наотмашь по лицу, все до одного свидетеля утверждали, что это было безумно смешно, однако Хейл выбила наказание Белле - целый месяц сидеть в кампусе, а потом еще соврала, что Вольтури тоже участвовал. Из-за отсутствия доказательств Кая наказали только на неделю и обязали участвовать в конкурсе сочинений на историческую тему. 
Весь вечер он сидел за столом в их комнате и писал его, а Элис лежала на кровати и притворялась, что рисует. Они не разговаривали, но он не уходил. Элис была очень благодарна ему за это. Его присутствие очень помогало, не давало плохим мыслям одолевать ее голову. Вместо этого можно было смотреть на его умное сосредоточенное лицо во время чтения. 
Ближе к одиннадцати оба понимали, что ему пора, но оттягивали. Элис казалось, что ему не хочется уходить. Когда Вольтури поднялся со стула, она расстроилась. 
- Мне пора. – Она уныло кивнула, возя карандашом по листу, лишь бы не видеть, как он уходит. – Если что-то случится… позвони, я быстро приду. 
Элис смотрела на свои руки, поэтому не увидела его выражения, оно бы очень взволновало ее. 
- Спасибо. 
- Не за что. Спокойной ночи, Элис. 
Когда дверь захлопнулась, Элис отбросила карандаш и легла навзничь. В понедельник придется идти в школу, а после… на похороны. Эмили взяла хлопоты об этом на себя, так как у Ричарда не было больше родственников. Гроб будет закрытым, поэтому похороны превратятся для нее в какое-то нелепое мероприятие, дань. Положено умершее тело опустить на два метра в землю, вот они все соберутся, чтобы это сделать. И она должна участвовать, а ни от ее папы, ни от Ричарда там ничего не будет. Только сильно изменившееся бездыханное тело, запертое в ящике. 
Страдал ли он, когда умирал? Было ли ему больно, страшно? Элис стало холодно, она перебралась на кровать Свон и укуталась в ее толстое теплое одеяло. Может позвонить ей, узнать, что она делает? Телефон был на столе, а снаружи холодно, веки на миг закрылись и вчерашний сон начался, где прервался… 
Она с Оливией за руку стояла на воде, вокруг было все однотонно белым, они ждали Ричарда, а тот все не приходил. Элис даже начала догадываться, что это сон, как вдруг дверь скрипнула, и она резко села в кромешной тьме. Сердце рвануло как сумасшедшее, почему не горел ночник?! 
- К-кто здесь? 
Около двери кто-то пошевелился, Элис приготовилась вопить во всё горло, как вдруг в полосу лунного света выступил Джаспер. 
- Тихо, Эл, это я. Не кричи, пожалуйста. 
- Ты меня напугал, - она прижала ладонь к груди, сердце билось как сумасшедшее, даже пот пробил. Уитлок сел на край кровати, она неуловимо поджала губы. – Включи, пожалуйста, ночник. 
Комната осветилась тусклым светом маленького радиуса. Ей было не интересно, но молчать было как-то глупо: 
- Зачем ты пришел? 
- Хотел узнать, как ты. – Снова этот вопрос, из какой части отвечать? Элис выбрала простой ответ. 
- Нормально. 
- А если на самом деле? – Уитлок был непривычно человечным, это на краешке сознания удивило ее. Именно такого Джаспера она любила в свое время, ностальгия тревожно заколотилась под ребрами. 
- Не надо притворяться другом. 
- А я и не притворяюсь. Когда умерла моя мама, ты пришла ко мне, не смотря на то, что мы были врагами, и я заставлял тебя страдать. Не смотря на то, что ты встречалась с Вольтури. 
Сколько можно напоминать ей об этом, она итак сама постоянно это делает. 
- Я не могу тебя оставить в такой ситуации, я буду с тобой, чтобы помочь тебе. Моя малышка… - Он обнял ее, а Элис не сопротивлялась. Всё из-за легкого, как бриз, порыва ностальгии. Ее первая детская любовь… Это были как раз те пеленки, из которых они с Беллой так упорно пытались вырасти. - Я не знаю, что правильно говорить, но я хочу, чтобы тебе стало легче. 
- Я сама не знаю. 
- Может тебе станет легче, если я напомню, что люблю тебя? Безумно, даже после того, что ты тогда уехала, после всего. Я люблю тебя, Эл, и это никогда не изменится. 
Вот именно ничего не изменится, утром Джас снова станет собой, с постоянными сомнениями, подозрениями и страхами, будет портить жизнь себе и окружающим. Элис даже не была уверена, что он ее любит. Ведь когда любишь, некоторые поступки невозможно совершить, как бы ни был зол на любимого, а Джаспер совершал. Что же это за любовь такая? 
Они сидели в тусклом свете, Элис рассматривала его и слушала, как за окном шумят деревья, время будто остановилось. 
- Откуда у тебя ключ от нашей комнаты? 
- Эд дал. 
- А у него откуда? – Похоже на карусель, и зачем только он пришел? 
- Не знаю, он же президент, у него все ключи есть. 
- Он глупый заносчивый засранец. 
- Знаешь, не факт, что он один виноват, его таким сделали. Твоя подружка очень умело притворяется и играет с людьми. Когда людям больно, они делают разные дурацкие вещи. 
- Ага, значит, это Белла виновата, а он святой. Окей, ясно. 
- Хватит, я впервые пришел не ссориться… 
- А жалеть меня. Мне не нужна жалость. 
- Я не жалею, мне просто надо быть тут и знать что ты в порядке, ладно? – Брендон поникла. – Хочешь, мы поговорим о нем… 
- Нет, не хочу, - прошептала она. 
Джаспер не знал, что еще сказать, поэтому нашел выход – попытался ее поцеловать. Его губы были теми же, однако Элис ничего не почувствовала, отвернулась в бок, сообщая, что это плохой способ ее успокоить. 
- А какой хороший? Я помню это, я знаю, какого тебе сейчас. Когда Елена умерла, я был очень озлоблен, ненавидел всех и ее в первую очередь, думал на хрен вскрыть вены, когда Эм и Эдвард уйдут. Но пришла ты и вытащила меня из этого ада. Хочешь, мы снова уедем? На недельку хотя бы, поедем в Хэмптон или даже к твоей бабке в Финикс. Каллен говорил, что там здорово. А я сидел и ужасно завидовал ему. 
- В понедельник похороны, я должна там быть. – Ей не хотелось говорить правду, ведь Джас тогда снова станет агрессивным. 
- Ясно. – Но он, похоже, понял - усмехнулся, отодвигаясь от нее. – Кажется, мое утешение тебе не нужно.
- Ну почему же, я очень ценю то, что ты сейчас делаешь. Ты бы мог превратить даже эту тему в предмет издевательства, однако сидишь здесь и ты искренен. Если бы это было почаще, возможно, все было бы иначе. 
«Например, я бы продолжала любить тебя, а не Кая, кроме которого перестала видеть что-либо». 
- Ясно… - повторил он, уводя глаза в бок, ну вот, ему больно. 
- Джас, прости… 
Она не должна была извиняться за то, что соскочила с иглы, оборвала свою нездоровую мазохистскую любовь к нему, однако извинялась. Потому что он все еще нет. 
- Забей, Брендон. Это я пришел вроде как тебя утешать. – Он вдруг притянул ее голову к себе, не спрашивая ее, не давая отстраниться. Прижал крепко-крепко и зашептал в самое ухо: - Мне жутко жаль, что все так получилось. Это несправедливо, что такому хорошему маленькому человеку как ты досталось в жизни столько дерьма. Он не должен был умирать, он должен был успеть попросить у тебя прощения и любить тебя, потому что ты – чудо. Тебя надо беречь и защищать и никогда, даже мысленно, не бросать. Ты лучше всех и мне очень жаль, что твой папа умер. 
Элис получила сильный хоть и метафизический удар под дых. Ух ты, это больно. Все его слова не делали ее такой уязвимой как сейчас, а Джаспер между тем поцеловал ее в лоб и встал, собираясь уходить. 
- Я дам тебе поблажку от себя на какое-то время, это я могу обещать. Спокойной ночи, Элис. 
Он ушел, закрыв дверь, а Элис вдруг залилась слезами, плакала долго, с упоением, пока дверь снова не открылась. Уитлок попытался снять с нее одеяло, но ей не хотелось его видеть. Он и так сказал слишком много. 
- Да отстань же ты от меня! – Элис сорвала одеяло, открывая распаренное мокрое лицо, и тут застыла. 
На кровати сидел Кай. Бесконечно долгий момент балансирования на острие ножа, лихорадочный подбор слов – и полный провал. Абсолютно не соображая, Элис метнулась вперед, широко обхватывая его руками. 
- Это ты… 
 
*** 
Никто не желал слышать ее, она умирала под звуки пустоты, кричала, но никто не слышал, задыхалась от боли. В такой темноте, снова… 
И вот он пришел среди ночи, как всегда, читая мысли, зная, когда она в беде. Элис держалась за него так, словно от этого зависела ее жизнь. Слезы проснулись с новой силой, но уже несли облегчение. Ей все еще не верилось, что Вольтури тут. 
- Кай… Кай… - она все повторяла его имя и жалко хныкала, растирая кулаком слезы по лицу. 
Он по одному разжал ее пальцы и стал бережно вытирать сам. От его нежности у Элис сжалось сердце. Его утешение прорвало какую-то плотину внутри. 
- Я больше не могу, так, Кай… Больше не могу! Это невыносимо… Я люблю тебя… - с болью выговорила Элис и заметила, как по его руке побежали мурашки, вырисовываясь на коже. – Я так тебя люблю, что не знаю, что делать…. Каждый раз, когда ты уходишь, избегаешь смотреть мне в глаза, я как будто умираю, просто разрываюсь от боли на части. Я знаю, что я не заслуживаю после всего… Но если в твоем сердце осталось хоть немного места… Я просто так люблю тебя, что… Я боюсь, что не смогу без тебя… 
Элис окончательно расплакалась, зажимая глаза руками, он пытался оторвать их, но она не могла смотреть ему в лицо. Не сейчас, когда она сплошной клубок боли. Во всем виноватая сама… 
У него все же получилось – он оторвал ее руки. В темноте Элис посмотрела на Кая и изумленно остановилась. На его лице была написана такая отчаянная решимость, словно он готовился прыгнуть с обрыва. От переизбытка чувств его лицо стало почти суровым, она затаила дыхание, ожидая чего-то ужасного. 
- Ты серьезно д-думаешь что… - от волнения он даже заикался, настолько сильные эмоции переполняли его. – Неужели ты думаешь, что я переставал любить тебя хотя бы на секунду? – Вся кровь рванула к ее голове. – Я всегда буду любить тебя, даже после смерти, я найду тебя, где бы ты ни была и последую за тобой. Я только хочу, чтобы ты была счастлива со мной или без меня, это неважно, я готов ради тебя на всё. И то, что тебе приходится страдать уничтожает меня. 
Он пытался замолчать, снова скомкать свои чувства и засунуть глубоко в себя, но это было невозможно. Элис сидела напротив, как громом пораженная. 
- Ты любишь меня? Не смотря на то, что я сделала? 
- Это совершенно неважно. 
- Не смотря на то, что Белла лучше меня в сто раз? 
- Она мой друг, но любить я способен только одного человека. 
- Меня? – Элис желала услышать еще раз, чтобы поверить. Вольтури кивнул, Элис очень медленно подняла ладонь и прикоснулась к его лицу, дрожа, выговорила: – Тогда больше никогда в жизни не оставляй меня. 
Кай боялся пошевелиться, чтобы не скинуть наваждение или ее ладонь. Его глаза воспаленно покраснели, но в темноте этого не было видно. Ему казалось, что он сходит с ума, что это болезненно реалистичная фантазия. Сдерживающие путы контроля растягивались и трещали, еще секунда - и он сорвется… Глаза Элис были такими огромными, они занимали для него целый мир. В этой жизни он всегда хотел только одного – Элис. Находил, потом снова терял, думал, что не выдержит еще раз, но вдруг все стало так просто и ясно. Он нужен ей. 
То, что держало его в отдалении, делало несчастным, изматывало, вдруг лопнуло с легким хлопком. Воздух, наконец, хлынул мощным потоком в легкие, кружа голову и рождая захватывающий восторг. 
Элис начала приподниматься, и Кай поймал ее движение, забирая ее к себе на колени. 
- Я люблю тебя, Элис. И больше не отпущу тебя, никогда. 
Невидимая траурная лента мягко соскользнула с глаз Элис и бесшумно упала на пол.  

Похожие статьи:

Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...



Рейтинг: 0

Добавить комментарий
Комментарии (0)