16 февраля 2016 Просмотров: 501 Добавил: Викторишна

Танцы с волками. Часть III. Глава 16. Часть 1

Глава 16. Охота на волка. Часть 1
 
*** 
Прошло пять дней. 
Сначала Эдвард злился, сходил с ума от ярости, швырял вещи в зеркало и хотел крушить все вокруг себя. Разнести все к чертям. Он забыл про свое идиотское, никому ненужное Искупление. Эдвард до бешенства кружил по своей комнате, как зверь в клетке, натыкаясь на стены, разбивая об них кулаки, обещал устроить Свон все возможные кары, как только ее вернут назад. 
Никто не хотел говорить с ним, его избегали и не трогали. Потому что он стал невыносим. Они все скорбели, но горе объединяло их, а Эдвард просто хотел все разрушать. Его не прогоняли с обсуждений, но раз разгорелась ссора с Чарли, убитым новостью, и он напал на него. Тогда Кай оттащил его, и теперь Каллен был в клетке один, часто срываясь, несясь на улицу, как призрак, шататься по Порт-Анжелесу, надеясь на чудо. 
Огромная криминальная корпорация Аро провалилась под землю в одно мгновение. Это было фантастически, потрясающе гениально, а еще убивало отчаянием. 
Когда гнев дошел до максимума, пришла ненависть. Эдвард ненавидел Беллу. 
«Прости…». 
«Простить? Да как ты смела?! Какое имела право?! Просто так пойти и отдать свою жизнь, так глупо, так благородно, бессмысленно. Я боролся, всю эту чертову долгую историю я боролся за тебя. За нас! Я ни разу не отрекся, не оттолкнул тебя, совершал ошибки, но всегда любил тебя! 
А ты – требовала доказательств, постоянно отталкивала, опускала руки. Где же твои стальные идеалы? Как после всего, ты могла бросить меня? Даже не попрощавшись, сбежать, оставив свое жалкое «прости». Да я тебя никогда не прощу! 
Чтобы ты даже после смерти не смогла уйти на свое небо, чтобы осталась привязанная непрощением к земле…». 
- Тут, со мной, Белла! - кричал он фотографии, где эта предательница сидела у него на спине и смеялась на статичной картинке. Выпив стакан чего-то горького, Эдвард швырнул его на пол, сделал шаг и поскользнулся. Упал на битое стекло и попытался быстро встать вверх. – У тебя не было права! 
Смяв в кулаке фотографию, он швырнул ее в камин, даже не удивляясь его наличию. Возможно, у него белая горячка. Свон распрямилась, с извинением улыбаясь ему из пламени. Эдвард обезумел и сунул руку в огонь, спасти ее. Из-за алкоголя в крови он проделал это не сразу, и кожа покрылась ожогами. 
Эдвард заплакал от боли и из-за того, что она так поступила. Знала, что будет с ним и все равно сделала это. Отказалась от него. Уничтожила его любовь. 
Возможно, он бы так и потерял рассудок, если бы однажды к нему не пришел Кай. Вольтури зашел в темную комнату и замер, ожидая, когда привыкнут глаза. 
- Проваливай отсюда, - трезво и твердо произнес Эдвард, громоздившийся в углу в абсолютно безумном неопрятном виде с бутылкой виски в руке. 
- Эдвард, тебе надо выйти отсюда и прийти в себя. 
- Я что-то непонятно сказал? – угрожающе переспросил Эдвард. Вольтури вздохнул и снова попытался спокойно попросить его. – Зачем мне выходить? Ты мне никогда не нравился, святоша, просто убирайся, желательно в ад, - язвительно произнес он. 
- Я понимаю, как тебе тяжело сейчас. Но нужна твоя помощь, с Элис совсем плохо… 
- Сам с ней разбирайся, - оборвал Эдвард. – Мне никто не нужен! 
- Ты не можешь сидеть здесь взаперти, один, - Кай проявлял титаническое терпение, чего бы это ни стоило ему самому. – Мы все переехали к вам, тебе надо поехать к остальным. 
- Нет! Она бросила меня! – Каллен кричал. Кай сделал шаг, и ему под ноги полетела пустая бутылка. 
Этот крик боли, переполнил какую-то собственную ношу Кая. Он подошел к этому потерянному всклокоченному парню, прячущемуся в темноте закупоренных штор, и как следует встряхнул его, сорвал тряпки с окон, впуская хоть немного света. 
- Слушай ты! Думаешь, мне не больно? Или не страшно? Так, что поджилки трясутся! Я ведь тоже люблю ее, не забыл? Элис целыми днями плачет и просит меня вернуть Беллу, а даже не могу ей ответить. Почему я всегда должен быть ответственным, самым сильным?! – Кай тяжело дышал, растягивая его грязный вязаный свитер. Он попытался взять себя в руки и говорить тише: – Эдвард, я не могу бегать между вашими дверьми, мне надо сосредоточиться. Мне нужна твоя помощь, мы просто обязаны ее спасти.
Каллен посмотрел на него из глубины своего ада, с трудом выронил слова: 
- Уже четыре дня прошло, она наверняка уже мертва. 
Вольтури отшатнулся от него как от прокаженного, гневно ударил зрачками усохших синих глаз с красными веками. 
- Это не так, – неприязненно выдавил он. 
- Значит, искалечена по неузнаваемости и терпит мучения. Ты же знаешь своего братца. 
- Если даже искалечена, - побледнел Кай. – Для тебя это что-то меняет? 
Эдвард вспомнил, как скрипит коляска Эммета, когда он катится по коридорам, широкий шрам, и яростно заметал головой из стороны в сторону. 
- Нет. Просто когда я думаю об этом, то чувствую ужас. 
Это сорвало его в самый низ, в слезы, в тоску, он говорил Каю, что Белла не имела права, как больно в груди и эта агония не утихает. Как тяжело ее терпеть и что он совершенно не знает, что делать. Друг успокаивал его, отвечал именно то, что надо, твердо обещал, что еще есть за что бороться. Хоронить Беллу заранее - грех. Кормил надеждой с ложечки 
Эдвард согласился и пошел за ним. Большой мир пугал. Мимо гостиной они прошли нормально, но в холле первого этажа было очень светло и людно. Одноклассники вытаращились на него. Каллен приостановился, оглядываясь на них, но не мог - после длительного сидения в затхлой темноте, глаза слезились. Выглядел он паршиво, по памяти ему было так холодно, что он безумно натягивал на себя какие попало вещи. Несколько свитеров, волосы свалялись, рука обожжена, вся одежда мятая и несвежая. Ученики не отрывали глаз, не веря, что это он. Кай одной рукой снял с футболки очки и напялил на нос жалкому жмурящемуся другу, подтолкнул вперед. Каллен сгорбился, пытаясь вообще исчезнуть, и пошел к двери. Ошеломленные одноклассники за спиной провожали всколыхнувшимся шепотом. Майки Ньютон достал камеру. 
*** 
В предрассветных сумерках Кай лежал на спине, по его лицу скатилось пару капель. Стерев их, он сел в постели, через стенку снова послышались громкие крики. Хватит, пора вставать в новый день. 
Кай осторожно проскользнул в приоткрытую дверь Элис. Он еле упросил Карлайла о соседних комнатах. На самом деле Каллен не помешал бы ему жить в ее комнате, но Элис сама этого не хотела. Он сел на край огромной кровати: 
- Эй, малышка, ты как? – жалко улыбнулся, несмело протягивая руку к ее острому плечу. 
Элис застывшим взглядом смотрела в окно, прямо в рассветное небо, молчаливая, словно только что не кричала сквозь стены. С исчезновением Беллы у нее часто случались острые депрессивные всплески. Ее проблемы со здоровьем значительно усложнились. Она больше не контролировала себя. Врач ходил каждый день, мисс Грин еще чаще, но они ничем не могли помочь. Иногда Элис срывалась на истерики, иногда бормотала несвязные несуществующие вещи, приводя отца в отчаяние. В первый день к ней ходили все: Чарли, Эмили, Эсми, Эмм с Анжелой, каждый в тайне надеялся, что именно у него получится, но вскоре они поняли, что это только причиняет вред. И комнату Элис закрыли для всех кроме Вольтури и Карлайла. Тот первые два дня сидел безвылазно около кровати, но ему невыносимо было смотреть на тяжелое состояние дочери. 
Малышка все больше теряла связь с реальностью, все реже была «здесь» и все чаще «там». Было очень тяжело наблюдать, как Элис теряет разум. На обитателей дворца Калленов опустилась тьма. Она прокрадывалась в души, заставляя их опускать руки. Кай, сжав зубы, продолжал бороться – он обещал. Вольтури с легкостью мог победить всех внешних врагов, покушающихся на Элис, но не мог забраться ей в голову и вести сражение там. Поэтому сейчас он жалко улыбался и растирал ее плечо, пытаясь согреть. 
Элис была уверена, что у нее есть метафизическая связь с Беллой. Она извещала, что та жива, но иногда ни с того, ни с сего начинала кричать и трястись в судорогах. Приходилось держать ее за руки и за ноги, чтобы она не причинила себе вред. Ее тонкие запястья были уже синими. 
Мерно покачиваясь из стороны в сторону, Элис начала бормотать под нос песенку, ему стало жутко. Послушав немного, Кай осмелился еще раз позвать ее. Брендон заметила его присутствие и неожиданно испугалась. У него упало сердце – не может быть. Элис не узнаёт его? Временное затмение или… 
- Элли, не надо, только не это, - он умоляюще взял ее руку с проворачивающимся кольцом на исхудавших пальцах. Он столько добивался своего счастья. – Это же я, Кай. 
- Кай… - послушно повторила она и начала укладываться на бок, подсунула руки под щеку и закрыла глаза. 
Когда она заснула, Вольтури вышел из комнаты. Его состояние было подавленным. Необходимо было сделать хоть что-то, у него ничего не получалось. Но он знал, что есть кто-то, кому еще хуже – Кай был твердо намерен привезти Эдварда домой. 
 
*** 
Аро позвонил ему позлорадствовать в первую же ночь. Кай не понимал, почему ему так нравится играть с ним. Он говорил ужасные вещи, отверг все его предложения. Кай предложил исполнить его мечты, стать его правой рукой, создать клан Вольтури и прочую чушь. Но теперь, когда он уже готов был на что угодно, Аро это было не нужно. 
Издеваясь, он сообщил, что любит Свон и ей очень придется об этом пожалеть. Обещал заставить ее воспылать к нему ответными чувствами, а если нет, то ей не позавидуют и подопытные животные. 
Номер отследить не удалось, несмотря на то, что на их стороне были все силы полиции. Чарли узнал сразу и тоже старался изо всех сил, в этот раз даже Карлайл не стал тушить новость - о похищении Изабеллы Свон знали все. Сплетни ползли от одного человека к другому. Сначала Карлайл хотел остаться в стороне, но когда домой ввалился абсолютно никакой Эдвард, сломал решетку камина и обжег руку, совершенно не понимая, где он и кто он, оттолкнул с дороги мать, стало ясно, что надо вмешаться. 
Каллен терял обоих своих детей. Его дочь дни напролет плакала и разрывала ему сердце. Если ей так нужна ее подружка, то ладно, все равно война была неизбежна. Через своих людей Карлайл попросил Аро о встрече, однако тот отказался. Зато объявился по телефону. Этот разговор все определил. 
 
- Пришла весть, что ты ищешь меня, мой надежный друг? – Вольтури всегда кривлялся, даже в серьезной ситуации. 
- Аро, верни девчонку Свон, она мне необходима, – Каллен требовал бескомпромиссно, привыкнув к безоговорочному подчинению. Конечно, Вольтури вскинулся, он был таким же, и они аккуратно обходили эту тему в своих «отношениях». 
- Мне тоже, Карлайл, мне тоже. Изабелла моя, а своё я не отдаю. Тем более нам так весело. 
- Подумай, Аро, зачем она тебе? Не упрямься, есть множество женщин, она почти ребенок. Незачем из-за нее разрушать наше такое длительное и успешное сотрудничество. 
- Вот именно, Лазарь, - психанул Аро. – Незачем! Ты, мой дорогой друг, должен отойти в сторону, пока я еще тебе доверяю. 
- Доверяешь, а сам забился в нору, и нос не показываешь. Как ты мог спрятать такое огромное царство сразу? Сдается мне что ты, мой друг, готовился. 
- А ты не в курсе, что твой сын с моим братцем и Янгом затеяли засадить меня на решетку? 
- Что?! 
- Ох, они не поделились? – засюсюкал Вольтури. – Как же так! 
- Мой сын сейчас не склонен к общению, и это одна из причин, почему ты обязан вернуть Беллу. 
- Твой сын - страшный неудачник. Я долго смотрел на их подростковую драматичную любовь. Но мне наскучило. Я думал, они просто пасут мою девочку, а они все это время копали под меня. Мне помогло чудо. Ты веришь в Бога, Лазарь? 
- Я верю в себя. 
- Зря, я вот очень верующий, и он меня любит, Он хотел, чтобы моя девочка попала ко мне. Сама пришла в мои нежные руки… – Аро начинало заносить, на секунду он стал похож на бормочущую Элис. Карлайл похолодел. – Я послал в школу своего человека. Приглядывать за своим шустрым братом и, конечно, чтобы подстраховаться. Эдвард и Элис всегда были у меня под рукой. Но уже некоторое время я начал сомневаться: а является ли Джеймс все еще моим человеком? Я узнал, что прилетает Рене Свон и поехал в аэропорт посмотреть на твою бывшую любовницу, меня мучило любопытство. И неожиданно моему старому поверенному тоже срочно куда-то понадобилось, в то же время. Я подумал, что это интересное совпадение и просто из предосторожности послал за ним свою крысу. О-о, что я узнал, Лазарь – мой собственный брат. Они строили заговор против меня, хотели забрать мои сокровища, посадить меня в клетку, как зверя. Разве я зверь? Я просто не вру людям. 
- Да, а еще калечишь их и убиваешь. 
- Эге, какой ты. Ты ведь не лучше, ты догадывался, что я убью Янгов, я видел страх в твоих глазах. И решил подстраховаться и записал наш договор на пленку. Шантаж - это так удобно, не правда ли, мой друг? 
- Я тебе не друг! 
- Вот мы и пришли к главному… Ты ошибаешься, Каллен, ты так ничего и не понял. Мы с тобой заклятые друзья. Мы всегда соревновались, кто лучше. Ты уже не сможешь без этого, тебе нужно чувствовать, как расходится сладкий экстаз в крови. Мы с тобой неразрывно связаны. Однажды игра все же кончится, я убью тебя, закрою твои веки и буду очень скорбеть по тебе. Но ничего, может, подожду, когда вырастет Эдвард и займет твое место. 
- Аро, знаешь, в чем твоя проблема? У тебя нет друзей, поэтому ты считаешь другом меня, у тебя нет любимых, поэтому ты украл эту девочку, у тебя нет семьи, поэтому ты пытаешься заставить Кая насильно вернуться к тебе. Ты нищий. А еще ты посягнул на мою семью - я знаю про попытку с Элис. Если бы ты согласился на встречу, я бы убил тебя. 
Вольтури залился безудержным смехом. 
- Наконец все маски на пол! Ура, хоть немного правды от Каллена. Ненавижу тебя, Лазарь, - просто сказал Вольтури. – До ломоты в зубах. Ненавижу твою блистательную снисходительность и святую уверенность в своей богоподобности. Кто ты? Никто. Вы, заносчивые потомки семей-основателей. Вы кичитесь своим замкнутым кругом, в который не попасть, считаете остальных вторым сортом. Ты знал, что мой род в два раза древнее твоего, а мой отец не мог выпросить милостыню в банке на свое дело? – Аро говорил зло, вскрывая застарелые гнойные раны. – Мы вынуждены унижаться, мы – Вольтури! Вся эта патриархальная устоявшаяся система прогнившего Форкса. Поэтому я с удовольствием убил Янгов, повесил мамочку Джаспера, рано или поздно я уничтожу все четыре рода. Городу нужна новая кровь - посмотрите на себя!!! Люди замечают в ваших потомках только аристократическую породу, неправдоподобную красоту. Они слепы и видят то, что вы им говорите. Но вы вымираете. Генофонд не обновляется, он вырождается. У всех семей по одному наследнику. Гойя и Уитлоки вообще зашли в тупик на одном помешанном Джаспере, убившем в приступе ярости невинную девочку. А твоя дочка – это вообще финиш, говорят, она психопатка. Вы слишком долго занимались кровосмешением. Один сплошной инцест. Но я очищу город от вас, я убью всех… Твою жену, сына, дочь, тебя, Уитлоков, Хейл, остатки Янгов. 
Карлайл вытер вспотевший лоб. Аро был очень тяжелым человеком, он влезал в голову и отравлял своими идеями, о которых Карлайл никогда даже не задумывался. Он впитал отношение к своему роду с молоком матери и передал его своему наследнику. Они почитали свою историю и гордились ей. С трудом скинув наваждение от шипения змея, Каллен понял только одно: началась война, и теперь ни никто не отступит, кто-то должен будет умереть. 
Всю ночь Карлайл сидел в кухне, курил и очень много думал, а утром забрал из кампуса дочь и всех ее друзей, предупредив директора, что в школу они ходить не будут. Не получилось только с Эдвардом, тот вел собственные поиски в Порт-Анджелесе. 
Теперь его дом был переполнен детьми, тяжелой атмосферой и действиями. Он стал неким штабом, часто приезжали полицейские с Порт-Анджелеса с отчетами и сводками. Получилось поймать пару мелких воров, но они никак не были связанны с группировкой Аро. Карлайл пытался отправить Элис и Эсми на остров, но ничего не вышло. Элис была в тяжелом состоянии, а Эсми залилась слезами и не отпускала его из объятий, умоляя не отсылать ее. Попытки с сыном тоже ни к чему не привели, пришлось оставить его в покое, хоть это принесло много душевной боли. 
В тайне Каллен подозрительно присматривался к Джеймсу, не до конца доверяя ему. Но больше всех его поражал Кай, невозможно было не заметить, каким хорошим он был лидером, от него шла основная помощь. Всегда сдержанный, остальные тянулись к нему как к опоре, он носился с Джеймсом на вылазки, ничего не объясняя, появлялся вновь, всех выслушивал, внушал надежду и незаметно исчезал. А потом Каллен находил его в комнате дочери, и его отношение к Элис окончательно победило его. Подглядывая, как он целует ее руки, трепетно любит, утешает ее, Карлайл смирился. Они ведь с Эсми тоже рано поженились. Вольтури добил его, привезя на четвертый день Эдварда в ужасном виде. 
 
*** 
Аро выждал их пять дней в ужасе и только после позвонил снова. Кай спал в кресле, дернувшись, он выронил руку Элис и быстро ответил, пока ее не разбудила мелодия. Он молчал в трубку, снимая длинные ноги с пуфа, вышел в коридор, аккуратно притворяя дверь. 
- Мы играем? – любопытно спросил Аро. 
- Это ты… - Кай неожиданно почувствовал тупость, он столько искал Аро, сложно было поверить, что это не сон. Он слышит его голос. Кай всю голову себе сломал мыслями о Белле. 
- Это я. 
Ненависти не было, Кай вдруг почувствовал желание умолять, хоть на коленях, хоть пешком ползти до луны. Его удивило пронизывающее чувство родственности, которое он всегда отрицал. 
- Аро, отпусти Беллу, я прошу. 
- Ишь ты, как заговорил, даже не скрежещешь зубами. 
- Я не буду врать, мы слишком разные, никогда не поймем друг друга. Я всегда винил тебя в смерти Марка. Я не смог простить. Но как бы мы хотели или не хотели – мы братья, у нас в жилах течет одна и та же кровь. Если ты перестанешь убивать, то я тебя прощу, у тебя будет хоть кто-то, я же знаю какого это – быть одному. Знаю эту тоску, живущую в груди, от которой нет покоя. Сделай это для меня, отпусти ее, умоляю. 
В трубке повисла тишина, Кай, наплевав на здравый рассудок, молился богу. Это было легким святотатством, ведь однажды он в шутку сказал Герде, что она будет верить только в неё. Но в трудное время даже суперсложный Кай Вольтури повернул мятущуюся душу к богу. 
- А кто тебе сказал, что она жива? 
Сердце екнуло, пропустив пару биений, в животе подвело щекоткой. 
- Это ложь, - грубо проронил он, чувствуя, как немеет лицо. 
- А ты ясновидящий? – ухмылка чувствовалась даже сквозь трубку. 
- Нет, но у нас есть что-то типа этого. – Кай подумал об Элис, об ее необъяснимом даре или проклятии. 
- Ты случаем не про коротышку Каллен? Белла часто с ней говорит, когда бредит. – Аро притормозил, словно чувствуя, как Кай жадно вжимается в трубку, как трепещут его ноздри. – Забавная штука любовь – эти двое словно чувствуют на расстоянии, мне нравится на это смотреть. 
- Знач-чит Белла жива, - в детстве он слегка заикался, и Аро развеселило возвращения этого явления. – Что с ней? Она здорова? Цела? 
- Лис, ты забыл, с кем говоришь. Ты бесполезно тратишь силы, хватит на пару с Калленами бегать по штату, меня вы все равно не посадите. Мы с Изабеллой создадим свой собственный, новый род. Если она выживет и прекратит сопротивляться. 
- Нет, - Кай почувствовал жгучую гордость за свою подругу, значит даже там осталась собой, создает Аро проблемы, упрямится. – Всю жизнь ты не спрячешься, тебя загнали в угол, скоро тебя затравят как зверя. Но не надейся, что ты просто умрешь, я знаю, что тюрьма для тебя намного хуже, поэтому, я лично тебя посажу. Твои пленки - однажды они всплывут. 
Его брат разразился безумным раскатистым смехом, в котором не было ничего веселого. Что-то определенно ввело его в такое состояние, и Кай до боли напряг голову, пытаясь понять, почувствовать зацепку. В разговоре с Аро надо хватать все, каждое слово, интонацию, длину паузы. 
- Всплывут? Скорее потонут. Знаешь, Лисенок, однажды корабль моих сладостных воспоминаний от тяжести уйдет на дно. Как Титаник. Тебе никогда не найти доказательств, я старше, ты всегда будешь в моей тени, нести бремя моих поступков. Мне достается страх и почитание, а тебе лишь тумаки и ненависть, забавно? 
Аро любил длинные психологические разговоры, испытывать людей, однако он тоже поднаторел в этой игре. Быстро учился. 
- Где кассета с убийством Янгов? – Он выпалил это на одном выдохе, нанося удар вслепую. Его собеседник пришел в восторг: 
- О, это жемчужина моей коллекции, самая главная запись. Это символ… Кай, ты понимаешь? – Аро снова сделался безумным. – Это символ! Я спрятал ее надежней всех, я похоронил ее вместе с частью себя, так что забудь, Лисенок. Не будешь же ты святотатствовать… – Он вдруг одернул себя и его голос вернулся к приторной ласковости: - Хочешь, пришлю тебе пальчик, Изабеллы? Они у нее очень нежные, один мизинец я уже оставил себе в коллекцию, но я щедрый, второй могу отдать тебе… 
Ему хотелось поговорить, ему все это нравилось, а Кай устало повернулся, желая, чтобы все это оказалось сном. Неожиданно он увидел стоящую в дверях, как лунатик, Элис. Забыл про разговор, сбросил и размашисто шагнул к девчонке в белой ночной рубашке с голыми тонкими ногами. 
- Эй, ты что не спишь? – прошептал он. 
- Слушаю, как ты говоришь с Аро. 
Ее ответ вынудил его порывисто обнять Элис, прижать к себе, значит память к ней вернулась, это было временным помешательством. У Элис непривычно отросли волосы, они уже касались широко открытых плеч, Кай пропустил между пальцами кончики, падая с них на ключицы, утешающе осыпая ее шепотом: 
- Белла жива. 
- Я знаю. Но он пытает ее, я чувствую. 
- Элис, это просто страх, тебе хочется иметь связь с Беллой, твой разум играет с тобой. 
Он внушал ей, а сам готов был трястись от страха, потому что не верил в свои слова. Кого он обманывает? Словно и без этого было сложно догадаться, она у Аро и это очевидно. Его затошнило, а Элис вдруг широко улыбнулась и потянулась в воздух, щупая что-то невидимое. 
- Ух ты, посмотри как красиво, Кай! 
- Чш-ш, мы всех разбудим, Элис, - он пытался не впадать в отчаяние. 
- Бабочки! Бабочки! – она кричала, прыгая и ловя воздух. 
Они правда перебудили весь дом. Карлайл попытался помочь ему остановить Элис, и та впала в истерику. Закончилось всё приступом удушья. Ближе к рассвету все вернулись по кроватям, а Кай гладил ее по голове, уговаривая заснуть. Элис лежала в кровати, улыбалась и ласкалась к его руке, смотрела на его измученное лицо со светящейся любовью. Кай вымученно улыбнулся в ответ и поцеловал ее в лоб. 
- Я люблю тебя, малышка. 
- От тебя отходят лучи, - восторженно шептала она. – Ты как солнце! Я люблю тебя всегда, даже если забываю имя. Просто помни это всегда. Даже когда я ухожу. – Кай насторожено посмотрел, видимо, здравость рассудка снова вернулась к ней, сразу захотелось так много сказать. 
- Элис, я… Я так боюсь тебя потерять, я обещаю, что верну ее, клянусь, только держись крепче, не уходи от меня. 
- Не бойся, - она коснулась его подбородка, он тут же потерся об ее ладонь. – Я люблю тебя сердцем, а не головой, даже если она отключается, любовь останется в сердце, так что ты не потеряешь меня. 
Он наклонился, и она привстала навстречу. Кай так крепко ее обнимал, радуясь этим коротким моментам отдохновения, завтра ему снова предстоит бороться, но пока можно наслаждаться. Элис начала тихонько напевать, он наслаждался звуками, пока не понял, что это снова безумие, малышка снова ускользнула. Проглотив ком в горле, он опустил ее обратно на подушку и укрыл до носа, встал, чтобы уйти, а Элис в спину сказала необычно четко: 
- Она тоже не в своем уме, ее травят картинками. 
 
*** 
В пригороде Порт-Анджелеса пытались построить гигантский торговый центр, но построили слишком близко к берегу и грунт просел, строящееся здание перекосилось и проект закрыли. Потом еще дважды за него брались офисные застройщики и ассоциация рыбаков. В конце концов, он стал странной недоделкой, покинутой людьми. Большое количество потерянных средств. 
Белла с бьющимся сердцем подъехала к нему, место казалось необитаемым, но она стерла сообщение, а не память, поэтому была уверена, смело вдавила педаль, съезжая в подземную парковку. Перед съездом от стен отделились двое массивных охранников, но Свон решительно надавила сильнее, не собираясь церемонится. Те чудом отпрыгнули от колес, и она въехала с большим шумом. 
Под землей была совершенно другая картина: жизнь, кипела, просторные помещения кишели «людьми дна». Это походило на подпольное казино, видимо Аро давно готовил себе нору. Машина Эдварда успешно сбила шлагбаум, а через минуту Свон уверенно входила в игральный зал, увидела Аро и еще четверых мужчин. Белла смело встала напротив порт-анжелевского маньяка, смотря в его темные насмешливые глаза. 
- Я приехала, где Элис?! Сейчас же отпусти ее. 
Парни посмотрели на нее как на душевнобольную, потом стрельнули на босса, однако тот не сердился, наоборот торжествовал. 
- Не могу, Изабелла. 
- Ты обещал! – закричала она. 
- Да, но я обманул тебя, - просто сказал он. - Кай перехватил ее на полпути, мне достался только ее телефон и никчемная блондинка. 
Беллу обуял ужас – неужели это ловушка? Ей конец. Она беспомощно подняла глаза вверх, и оказалось очень зря – к потолку за ноги был привязан труп седого изувеченного мужчины, ее затрясло. Похоже, она добровольно прибежала в ад. Вольтури схватил ее за голову, прилепляясь жесткими неприятными губами. 
- Добро пожаловать, домой, любимая! 
*** 
Следующие несколько дней стали действительно адом. Вопреки ее ожиданиям, Аро не убил ее и даже не причинял увечий. Только моральных. Ее заперли в богато обставленной комнате без окон, он часто приходил, и тогда все начиналось. 
Он заставлял глотать ее какую-то отраву, после неё голова мутнела, и Аро проводил долгие беседы. Белла не знала, чего он добивался, но это было кошмаром, ее разум умирал, у нее начинались галлюцинации от его змеиного шипения и препаратов. Слова становились картинками, и сложно было определить, где реальность, а где вымысел. 
Она поняла не сразу. Аро задался целью свести ее с ума, поставить эксперимент и с извращенным интересом наблюдать все стадии процесса. Лучше бы он посадил ее в бочку как того парня и поджег… 
Когда он уходил, она стискивала голову, валялась на полу, пыталась глотнуть свежего воздуха и держалась за воспоминания о тех, кого любит. Когда вспоминала Эдварда, неудержимо начинали литься слезы оттого, как она с ним поступила, как ему плохо сейчас. Шепотом извинялась, утешая его через расстояние, надеясь, что это как-то поможет. Разговаривала с Элис, обсуждая детство и свою нелюбовь к журналам. 
Потом снова приходил Аро, и все начиналось заново. Он говорил, что любит ее, что все делает только для нее и что, в конце концов, она полюбит его не меньше. Белла говорила, что он не умеет, просто не способен, это дико бесило Вольтури, иногда он срывался и бил ее по лицу. 
От одной особо неудачной пощечины, она отлетела, запнулась о пуф и упала спиной на стеклянный столик. Крови было столько, что началась от слабости кружиться голова. Белла обрадовалась, что умрет, а Аро все тряс ее в объятиях. Он был совершенно безумным, лепетал извинения и зажимал порезы. 
Следующие сутки прошли в отключке, проснувшись, Белла привстала, чувствуя тошноту, и попыталась согнуть руки. От плеча до кисти они были обмотаны бинтами. 
- Доброе утро, любимая. - Она замерла, Аро наклонился поцеловать ее в шею, игнорируя ее попытки отклониться. – Хотя уже ночь… Ты напугала меня, как себя чувствуешь? 
- Как в аду, - сипло ответила она. – Лучше бы не просыпаться. 
- Ну нет, так легко я тебе не дам уйти. Ты будешь жить так, пока, наконец, не признаешь правду. 
- Ты псих, Аро, и не лечишься. 
- А ты смелая или идиотка. Но ты любишь меня, я видел это в твоих глазах там – у реки. 
- Это была жалость, - Свон открыла пудовые веки. – Поэтому ты и выбрал меня. Ты выдумал себе любовь ко мне, чтобы чувствовать хоть что-то, потому что лишился души из-за всех убийств и тебя это пугает. Ты выбрал именно меня, потому что я люблю всех, потому что думал, что только я из всех смогу полюбить тебя. Тогда бы у тебя был хоть кто-то. Ты считаешь меня доброй, чистой, не такой как все, твоим антиподом, но все это одна сплошная ложь. Даже перемолов меня полностью в мясорубку ты не заткнешь мной свою дыру в груди. Замучишь, в конце концов, убьешь, но останешься с пустыми руками. 
Вольтури положил крупную хищную ладонь на ее шею и начал сдавливать. Белла, хрипя, царапала её, пыталась разжать, но не могла. Скоро в глазах потемнело, хрип драл глотку. На грани сознания он ее отпустил, Свон, как рыба, хватала кислород. Этот номер повторился дважды. Когда Аро наскучило развлекаться, он низко склонился к ее лицу: 
- Закрой рот, сучка, если ты скажешь еще раз что-то подобное, я отрежу тебе уши или пальцы и отошлю их твоему жалкому любовнику. 
Белла громко хватала воздух, кашляя и пытаясь что-то выдавить, ее отчаянные попытки привели Аро в напряженное ожидание, он даже наклонился, чтобы поймать звуки. 
- Какому из? – выдавила Белла, улыбаясь в его безумное лицо. – Я не такая чистая, как ты думал. 
- Тварь! – он начал трясти ее, голова болтыхалась на слабой тонкой шее. – Ты будешь мне подчиняться, я тебя заставлю, маленькая дрянь! 
Он продолжил наносить удары по хрупкому худому телу, причиняя все новые травмы. Белла попыталась свернуться в клубок, чтобы защитить лицо, и в какой-то момент отключилась. 
 
*** 
Аро вернулся к прежней методике - травлению наркотиками и опиумом. Зашел и сразу предупредил, чтобы она молчала. 
- Иначе я тебя реально ненароком пришибу, милая. Всего четыре дня, а я уже жажду тебя убить. 
- Это потому что ты слабак, а я сильнее тебя. 
Он взбешенно повернулся к ней, потом глубоко вздохнул и вернулся к приготовлениям, попутно разговаривая. 
- Планирую шлепнуть твоего любимого, что думаешь? 
- Эдварда? – не сдержалась она и тут же рассердилась на себя. 
- Именно, девочка моя. Не нравится он мне, стоит как тень отца Гамлета между нами. Когда он будет гнить в земле, ты одумаешься. 
- Во-первых, он победит тебя, слабак, во-вторых, если бы он погиб, я бы стала любить его еще больше, а тебя никогда. Ты старый! 
Заливистый хищный смех разразился на всю комнату, вызывая ее враждебность. Вольтури пошел к ней со шприцом. 
- За это я тебя и люблю, ты неподражаема! Дикая, смелая Изабелла, иди ко мне, сейчас ты станешь ласковой. Наверно… Этот препарат испытывали пока только на животных но мы рискнем, - он подмигнул ей. 
Белла попыталась вывернуться, но иголка воткнулась в ее сгиб локтя глубоко, она закричала от боли и упала на кровать. Столько обещала себе не плакать перед этим поддонком, но слезы выступали сами собой. Сейчас он снова будет ее пытать, когда в следующий раз будет реальный мир? 
- Ты плачешь, любимая? – Аро алчно слизнул слезу с ее щеки, наслаждаясь вкусом победы. – А я уж думал, ты не умеешь, моя стойкая девочка. Именно такая мне нужна, ты будешь мне замечательной женой, матерью моих наследников. 
Его рука пробежалась по всей спине к джинсам, где остановилась, а у нее не было сил оттолкнуть ее, тело парализовало. Аро перевернул ее, придавил своим телом, такой огромный, темный. Она заплакала сильнее, когда он расстегнул рубашку, впиваясь губами в нежную тонкую кожу. 
- Не надо, умоляю… 
- Что за мода меня умолять? – сдавлено от страсти произнес он. – Будто вы не знаете - у меня нет жалости, я никогда никого не щажу. Ты должна принадлежать мне… 
Белла зажмурилась от ужаса, разум уже начал туманиться. Ее тело знало только одного, того, кого любило, и акт насилия пугал ее больше всего. Это было таким грехом, что она не была уверена, что выдержит. 
- Аро… Пожалуйста, если ты говоришь, что любишь меня. Докажи… 
- Ты уже еле лепечешь, через минуту ты уже отключишься и будешь ничего не соображать, действовать только под примитивными инстинктами. 
- Умоляю… 
Он опрокинулся на спину рядом, злясь и сжимая зубы, корчась от сумасшедшего желания. Почему он это делает? Эта девчонка отравляет, сводит его с ума. Через время она пошевелилась, смотря накачанными бессмысленными глазами, наркотик разошелся по крови. Аро тщательно застегнул ее рубашку и в конце схватил ее за грудки, встряхнул и посадил перед собой, смотря только в глаза. 
- Ты любишь меня! 
- Все расплывается, - бормотала Свон, пытаясь дотронуться до его черных блестящих волос. 
- Смотри на меня, Изабелла, ты любишь меня! 
- Изабелла? – на секунду удивилась она, раскачиваясь в его захвате, бинты сбились и снова пошла кровь, но девчонка вдруг снова начала сопротивляться, быстро замотала головой. – Нет, я люблю Эдварда, не трогай! 
- Ты любишь меня!.. 
 
*** 
В доме Калленов утро началось с обычного сбора у заваленного бумагами стола. Эдвард, Кай, Джеймс, Эммет, Анж, Эсми, даже шериф приехал спозаранку. Привозя новости: южную часть города обыскали и снова никаких следов. Им требовалась хоть какая-то зацепка, надежда, их лица были угрюмыми, забывшими саму память об улыбке. 
- Я хочу сам поговорить с тем черным парнем, которого поймали вчера копы, - Кай опомнился и извинился перед Чарли, тот только рукой махнул. 
- Неважно. В этом нет смысла, я сам его допрашивал. Он киллер, но про шайку Аро не знает. 
- Этот Лоран был в свое время большой шишкой, - настаивал Кай, но шериф оборвал его: 
- Я прострелил ему ногу, но он правда ничего не знает. 
Повисла тишина, они все смотрели в карту, покрытую пометками, и чувствовали отчаяние. Эммет простонал, что один живой человек не в силах так исчезнуть. Как под землю провалился. Вольтури вдруг нахмурился, Эдвард уже снова в человеческом виде чутко настроился на него. 
- У меня появилась одна мысль… 
Все с такой надеждой обратили к Каю свои лица, что у него защемило внутри. Дверь открылась, и вошел отсутствующий Карлайл. Вольтури нахмурился: он думал, что тот сидит с Элис, а, оказывается, Каллен привел им гостя. Уитлок некомфортно смотрел на них из-за его спины. 
- Что он тут делает? – грозно спросил Эммет, его поддержал Джеймс. 
- Тише все, - Карлайл поднял руку. 
- Он причастен? – проигнорировал его Джеймс. – Как его белобрысая подружка? 
Розали трижды таскали в полицейский участок и один раз с ней говорили Карлайл и Кай. Та только ныла, плескала неприязнью к Белле и жалобами, что ее шантажировал опаснейший маньяк штата. После того, как она передала телефон Элис, ее с завязанными глазами высадили на трассе. 
- Я попросил тишины! Джаспера сегодня пытались убить, моя охрана спасла его. Аро будет рад убить его, поэтому он тоже поживет здесь. 
- Я против! – МакКарти смотрел непривычно твердо и враждебно, Анжела начала растирать его плечи. Уитлок оторвал глаза от пола на секунду, но не вымолвил ни слова, его поедал стыд. 
- Я понимаю ваши чувства, но кто из нас не ошибался? Джаспер продолжает быть моим крестным сыном, Уильям застрял на Гавайях, и я должен позаботиться о сохранности его жизни! Поэтому он будет среди нас. 
- Ты надеешься, что он сможет вылечить Элис? – монотонно спросил Кай через всю комнату, глаза Каллена забегали, а Уитлок впервые подал голос, спрашивая, что с Элис. 
- Ты ошибся, Карлайл, это не поможет. Она не любит его, это ничего не изменит. 
- Я спросил: что с Элис?! – громко перебил их Джаспер. 
- Она не в себе после похищения… - Эдварду пришлось сглотнуть. - …Беллы. 
- Пусть убирается, Карлайл, нам не нужны тут предатели! 
- Эммет, хватит, ты что, не понимаешь, что его могут убить? – Каллен повернулся к другу. - Я не разрешу ему уйти, Джас останется, и вы будете себя нормально с ним вести, ясно? – Джеймс буркнул, что не успел возвратиться один день, а уже раскомандовался, Эдвард проигнорировал его. – Итак, пап, Джаспер, присоединяйтесь, нет время на дрязги, Кай хотел что-то сказать. 
Все как-то поникли, сдаваясь. Джаспер подошел к Эдварду, встал справа от него. Каллен шепнул, что они поговорят позже. Эммет показательно переехал в другой край стола. Повисло молчание, все снова смотрели на Кая. 
- Это Эммет навел меня на мысль. Помните, мы рассказывали, что Джеймс обвесил все наши машины маячками? И когда додумались, мы уже не нашли маячок машины Эдварда? Я подумал… Сигнал же идет через спутник, что если он не отвалился, а просто не ловит? Что если он под землей? 
С лестницы послышался горестный возглас, они все синхронно повернулись вверх. Элис раскачивалась на корточках, затыкая уши, монотонно выводя протяжные звуки. Кай подвинул Джеймса и добрался первым до верхней ступени, присел перед ней, что-то негромко говоря. Коротышка разжала руки и грустно посмотрела на него: 
- Ты нашел Беллу? 
- Пока нет, Элли. 
- Ууу… ты сказал, что она под землей, в темноте, о-о-ох… я боюсь темноты. Белле снова делают больно, у-уй… 
- Доченька, пойдем в комнату, ты зря встала, - Карлайл хотел взять ее за руку, но Элис не отдернула её. 
Она громко заговорила, про какие-то голоса в ее голове, про вредоносные картинки, которые ужасно мучительны. Кто-то забывал себя, и она не могла помочь. Джаспер смотрел на нее потрясенно, его серые глаза не отрывались от Элис. Та вновь сбилась на бормотания, и Кай бережно унес ее. Все кроме Джаспера уже привыкли к новой действительности, поэтому вернулись к обсуждению идеи Вольтури. 
 
*** 
- Жаль, у меня нет такой связи с братом, как у Элис и Беллы. 
Эдвард и Кай только вернулись из очередной вылазки – проверяли подземные помещения старой фабрики Зингера, а теперь сидели перед камином, давая короткий отдых мышцам. 
- Да… Может, увидели бы, где он. – Эдвард уткнулся взглядом в потолок - чувства снова выбирались на поверхность. Он уныло заговорил: - Я вспомнил еще склады около набережной, там есть подвалы, поедем, проверим… 
- Ага, еще два шага и ты упадешь от усталости. Надо поспать, хоть часа три, потом поедем. 
- Нее… спать совсем не кайф. – Каллен еле покачал головой. 
Кай с трудом поднялся на ноги, необходимо было увидеть Элис – в каком состоянии она сейчас? Эдвард ему махнул рукой и приготовился спать прямо так, в кресле. В комнате Элис горел ночник, на ее кровати сидел Джаспер и торопливо отдернул руку, когда он вошел. Кай остановился напротив, посмотрел в его готовое огрызаться лицо. 
- Думал, она тебя увидит и случится чудо? – спросил он нормально. Уитлок удивился, но ответил тоже с натяжкой нормально: 
- Надеялся. Но как всегда зря. 
- Брось, она долго верила, тебе не на что жаловаться. Виноват только ты сам. 
- Мне больше нравится думать, что виноват ты. 
- Ну да, я украл ее, отвратил и прочее… - Кай покивал и шагнул ближе, не маскируя намерения. 
Но Уитлок не встал, безвольно взял ее руку, погладил кольцо: 
- Что это? 
- А как ты думаешь? 
Джаспер сжался, втягивая голову в плечи, он все же надеялся. По-своему Каю было даже жалко его. Он знал, что такое потерять Элис. 
- Она согласилась… Поверить не могу. 
- А давно пора уже. Джаспер, вы ведь ее любишь - главное, чтобы она была счастлива, даже если не с тобой. Когда она выбирала тебя, я ни разу не остановил ее, отпускал к тебе. Ненавидел, конечно, тебя, но готов был сделать что угодно, только бы Элис была счастлива. Это ключевой момент. Разве она не важнее всего? – Вольтури держал ее тонкую расслабленную руку и смотрел на него своими пронзительными синими глазами. 
- Оказывается, ты болтун, - Уитлок с трудом поднялся и, не отвечая, вышел. 
Кай проводил его в спину прицельным крупнокалиберным браунингом М2, потом стянул свитер через голову, скинул брюки и осторожно, чтобы не разбудить малышку, лег рядом с ней. Уже на грани сна решил сотый раз проверить телефон, поднес к глазам, и они мгновенно расширились. 
На карте мигал маячок! 
 
*** 
Покинув сверх охраняемое поместье, они заскользили на черном, как призрак, беззвучном "порше" между кривыми лапами елей ночного леса. Синий пикап уже знала каждая собака, поэтому они позаимствовали авто Карлайла. Тот нес их просто с космической скоростью, разрезая фарами ночь. Вольтури отметил про себя, что тачка просто шик, и зять его наизнанку вывернет, если что… 
Не действовать было сложно. Как только они заметили темно-зеленое купе Эдварда, то оба почувствовали себя на грани волнения. Там могла сидеть Белла, всего в нескольких десятках метров. Продержались они мало: договорились, что разумнее будет следить на расстоянии с выключенными фарами, а через семь минут, Кай сорвался: 
- Темно, окна тонированные, просто обгоним и посмотрим, как обычные проезжие. 
- Да! – Эдвард отозвался еще до конца фразы и прибавил скорости. 
Едва не вывернув головы, они почувствовали опустошение - не было. Только пара каких-то парней. Когда пристроились снова в хвост, Кай сказал, что знает водителя – Эмбри Коул, полный отморозок, занимающий теперь место Алекса. Мрачно порадовавшись, что им повезло на крупную шишку, они продолжили слежку, надеясь, что случится чудо, и их выведут на логово зверя. 
Бандиты выехали из города. Оказалось, они так стремились к крутому обрыву, расположенному в двух километрах от Порт-Анжелеса. Порш хорошо сливалась с темнотой, поэтому они доехали до наглого близко, потом вылезли и согнувшись побежали еще ближе. Кай тихо достал пистолет, значительно удивив друга, они прокрались к автомобилю Эдварда и услышали разговор от которого похолодели: 
- Жалко такую красавицу, может, оставим ее себе? Чего добру пропадать? 
- Нет, идиот, ты новичок, и не знаешь – с боссом шутить нельзя, если не хочешь лишиться шкуры. Он сказал столкнуть с обрыва машину, значит так и сделаем. 
- Эмбри, она наверно кучу денег стоит, зачем вообще это делать? 
- Там в багажнике труп, любопытный ты идиот. Аро заметает следы. – Собеседник выругался под нос, двое притаившихся слепо переглянулись в темноте. - Эй, Пол, я пойду отолью, а ты достань шмотье из тачки, - едва заметная в потемках фигура исчезла в кустах. 
Эдвард махнул ему, и Кай начал заходить роющемуся под сидением парню за спину, держа его на прицеле, тот что-то бормотал. Вдруг Эдвард почувствовал, как что-то тыкается ему в затылок. Грубый голос Эмбри нарушил тишину: 
- А теперь брось пушку, Лис, иначе я прострелю башку твоему сообщнику. 
Пол подпрыгнул от неожиданности, а потом повторно при виде направленного на него оружия Кая. 
- Что за… Кто вы такие?! 
Похоже, Пол был совсем новеньким, раз не узнал его в лицо. Кай обдумал ситуацию и мрачно скосился, медленно опуская оружие на землю. Но Эдвард действовал бездумно: развернулся и перехватил пистолет. Завязалась драка, Кай рванул за своим оружием, но Пол высоким от испуга голосом, пригрозил не двигаться, в его трясущихся руках тоже был пистолет. 
Дерущихся разметало по разным сторонам, Эдвард, стирая кровь с разбитой губы, поднялся на ноги, тяжело дыша. 
- Стреляй в него, придурок! – заорал Эмбри, тыкая в Каллена четырехпалой рукой, брызгая слюной. 
- В кого? – растерялся парень, его всего трясло, он пытался смотреть сразу на Кая и на Эмбри. 
- В красавчика! Да прикончи ты его, слабак!!! 
– Но я ведь даже не знаю, кто они. 
- Идиот, - взревел, как медведь, громила и включил фонарь прямо в лицо Эдварда. – Посмотри на его рожу, это же сын Каллена! 
- Каллен? – обрадовался Пол, отступая на шаг. – Его же нельзя трогать… 
- Теперь наоборот! Аро сказал прикончить его, давай! 
Ну Кай и дал – в зубы нерешительному злодею. Увидев это, Эмбри упал, шаря руками по земле в поисках пистолета. Эдвард накинулся на него, но тот перекатился и вырвался. Услышав его радостный возглас, Вольтури изо всех сил крикнул Эдварду прятаться и побежал сам. 
Они засели за своей машиной, завязалась глупая перестрелка, ранили только "порше" - его лоснящийся блестящий бок изрешетили. Кай пытался считать, но подсчеты были не точны. Свои пули они тоже уже израсходовали. Эдвард стремился заглянуть в багажник и с трудом слушался Кая. 
- Ладно, мы сдаемся, - вдруг громко сказал Вольтури и первым вышел с поднятыми руками, ничего не понимая, Эдвард пошел за ним. 
Эмбри глумился, Пол трясся и смотрел жалобно. Кай молился, чтобы ее расчет был верен, и у Эмбри не осталось ни одной пули. На расстоянии полтора метра он вдруг выкинул напряженно сжатую руку в лицо Коула, и громила завопил от боли, хватаясь за глаза, но не выпустил оружия. Растирал хлещущую кровь, застилающую глаза и матерился. 
- Ублюдок, я тебе кишки выну твоими же лезвиями!!! 
Эмбри наносил удары вслепую. Эдвард уже скрутил за локти Пола, и они наблюдали. Противник Кая был не ниже ростом и значительно шире, он дрался как черт. Влажная трава оказалась роковым невезением – Кай поскользнулся, падая плашмя, отшибая локти. Коул навис над ним, наводя пушку. 
- Нет… Тебя я не убью. – Он неожиданно поднял дуло, выстрелил куда-то выше и кинулся бежать, пропадая за деревьями. 
Чувствуя ужасную трагедию, Вольтури, оскальзываясь, рванул к Эдварду. Тот лежал придавленный Полом и пытался его спихнуть. 
- Эдвард, ты жив? – увидев расползающееся пятно на груди незнакомого парня, Кай выдохнул с облегчением: - Успел прикрыться? 
- Нет, он в него и стрелял, - Каллен как заведенный поднялся и устремился вперед, словно ничего не произошло. Рванув багажник, он замер над ним. 
Каю стало страшно идти, захотелось остаться тут, с хрипящим умирающим парнем, только бы не смотреть, оттянуть этот решающий момент. Но вместо этого он поднялся, дорога в три метра растянулась невообразимо долго, и вот он тупо пялится в отвратительное темное лицо мертвого Элеазара. 
- Пойдем отсюда. 
- Нет, - Каллен стряхнул его руку с плеча и вскоре присаживался перед умирающим парнем. – Пол, ты слышишь меня? – Тот не мог говорить, у него в уголке рта лопнул красный кровавый пузырек. – Ладно, тогда кивни, если да. Заложница Аро, девушка… Она жива? 
Кай и Эдвард не дышали, ловя малейшее колебание, парень смотрел прямо на них, и его глаза уже стекленели от дымки смерти. Наконец его голова совершенно точно кивнула. 
- Жива… - непослушным языком простонал Кай, у Эдварда был ступор. – Пол, убежище Аро под землей? – Парень снова дернул головой, Вольтури стер струйку крови с его щеки и правильно приподнял голову. – Это в Порт-Анджелесе? 
Парень смог кивнуть последний раз, а потом бесчувственно откинулся на руки Кая. Они посидели немного потрясенные, чувствуя касания длинного плаща прошедшей вплотную смерти, затем, переполненные и ошарашенные, пошли к машине – надо было убираться. 
По дороге они позвонили в полицию знакомому Карлайла, и тот обещал все уладить с трупами и машиной, его голос внушал доверие. После они долго молчали, боясь нарушить оцепенение, но затем кто-то первым сказал это. Она жива. И после их было же не заткнуть, фразы были странными, рваными, повисшими в разряженном воздухе темного салона. Они праздновали первые крохи информации, окрепшую надежду, не прервавшуюся жизнь - столько выстрелов, шансов, а они вот сидят оба, несут чушь и летят через кромешную ночь. 
- Перед лестницей я задумался, но все же поднялся и позвал тебя. Хотя по-хорошему надо было Джеймса. – Каю казалось важным прояснить это. – В общем, я хотел, чтоб ты знал: мне с тобой лучше работается в команде. И… ну в общем, я считаю тебя другом. 
Эдвард оценил, даже очень, Вольтури такими словами не швыряется. 
- Это взаимно, Кай. 
 
*** 
Когда они подъехали к дому, уже занималась заря. Небо расцветало кровавым заревом, словно впитало в себя пролившуюся кровь этой ночью. Действие химии, которой его накормил Кай перед поездкой, закончилось, и мышцы у обоих ломило. Чувствуя бессилие, Эдвард сказал Вольтури подъехать прямо к парадному входу. Шины скрипнули, и наверху помпезной лестницы появился Карлайл. Он тревожно посмотрел на них, а после этого заметил свою любимую игрушку, его лицо непередаваемо исказилось. Заметив у Кая ключи, у него из ушей пар повалил: 
- Вольтури!!! Что с моим "поршем"?! 
- Не ори на него, - устало опустив голову, начал подниматься в дом Эдвард. – Это была моя идея. 
- Эдвард, ты с легкостью разбил свою машину, теперь испортил мою, ты не зарабатывал этих денег, поэтому не ценишь… 
- Прекрати, Карлайл, - оборвал его Кай. – Лучше порадуйся, что твой сын остался жив. 
- Что?.. – Каллен сбился и вдруг посмотрел на машину внимательней, а затем стремительно побледнел, понимая, что это пулевые отверстия. Эдвард миновал его, даже не повернувшись: 
- Как будто его это волнует. 
*** 
Их приход разбудил всех, вскоре почти все обитатели дворца Калленов сидели в пижамах и халатах, заспанные и очумевшие, и требовательно смотрели на них. Кай, игнорируя все и вся, удалился наверх в закрытую комнату затворницы, поэтому Эдвард, пытаясь не потерять сознание от усталости, пытался наскрести еще немного сил и объяснить ожидающим друзьям. 
- У меня хорошие новости… 
Их лица напряженно собрались, они боялись верить. В такой тяжелой обстановке надежда постепенно умирала, они знали Аро, и поэтому их мучительно пугала каждая минута. А те все не замедлялись, неумолимо текли себе дальше, угнетая обитателей дома Калленов. Незнание оказалось хуже всего – никто не говорил вслух, но каждый из них рисовал в своей голове ужасы, происходившие с Беллой. За исключением Джаспера они все были по-своему привязаны к этой девчонке и объединены любовью к ней. 
Особенно сгущала беспросветную атмосферу тяжести закрытая комната на втором этаже, куда нельзя было входить. Никто из них не видел Элис, но все знали, что она сходит с ума. Ей было все хуже. Иногда они тайком подслушивали вопли оттуда и видели, как несется по лестнице доктор Джеранди наперегонки с Карлайлом. Как опущено потом выглядит Кай. 
Появившаяся маленькая надежда после слов Эдварда расколола их относительно устойчивое положение. Так хотелось хоть крохотный просвет. Они устали жить в беспросветной тяжелой тьме. 
- Ты что-то узнал о Белле? – резко спросил Джеймс, вставая прямо перед креслом, где распластался Эдвард. Эммет запротестовал, он не мог встать с дивана, поэтому попросил устно Янга отойти, чтобы им с Анжелой тоже было видно говорившего. 
- Да, узнал. Белла жива. 
По комнате пронесся вздох облегчения, потом повисла звенящая тишина. Карлайл только открыл рот, как вдруг вечно тихая и незаметная Анжела ни с того, ни с сего громко разрыдалась. Эммет бросился утешать свою девушку: 
- Ну что, ты, Анжи? – он лепетал бессмысленные нежные слова, стирая из-под ее очков слезы. – Все ведь хорошо, это хорошая новость, кнопка жива. 
- Я просто… уже не надеялась, - сквозь рыдания выдавила девушка. – Ведь никто не надеялся… Это все так ужасно! Этого не должно было произойти, не с таким хорошим человеком… - она упрямо покачала головой, прилизанный тонкий хвостик яростно закачался. – Не с ней… нет, нет. Она всем помогала… а теперь она… у Аро! 
Вебер снова залилась слезами а им всем стало трудно, взгляды трусливо отползали по углам лишь бы не столкнуться. МакКарти продолжил успокаивать Анжелу, а Карлайл попросил Эдварда объяснить. 
Рассказ затянулся, они слушали затаив дыхание, пораженные ночными приключениями Кая и Эдварда. Самому Эдварду было плевать, ему было важно только одно – она жива. А за это он горы свернет. Только поспит сначала хоть пару часов, чтобы подняться на ноги и перевернуть весь Порт с ног на голову. Он обязательно ее найдет. 
Их лица несмело освещались робкой надеждой, оживали, недоверчиво ища поддержку друг в друге. Джеймс одновременно испытывал колоссальное облегчение и злился на Лиса за то, что взял вместо него Каллена. Плотная черная завеса слегка расступилась, пропуская немного света в дом Калленов. 
Но Эдвард видел все это словно через завесу, удостоверившись, что отец все понял и начнет действовать уже сейчас, он тяжело поднялся и, покачиваясь, пошел в свою комнату. Джаспер заметил его «аэродинамику» и поднялся на всякий случай дойти с ним, Эдвард полусонно хмыкнул и поблагодарил за заботу. На лестнице их окликнул Карлайл: 
- Эдвард, подожди! Я хотел поговорить с тобой наедине. 
- Ну что еще? – протянул он, понимая, что абсолютно не в состоянии выслушивать вечные претензии отца.
- Я хотел… извиниться. 
Даже титаническая усталость ненадолго отступила, сменяясь изумлением. Это не галлюцинация? Он внимательно посмотрел на отца. 
- Знаешь что, Карлайл? Поздно. 
Дальше они с Джаспером не оглядывались.  

Похожие статьи:

- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...



Рейтинг: 0

Добавить комментарий
Комментарии (0)