8 января 2016 Просмотров: 587 Добавил: Викторишна

Танцы с волками. Часть II. Глава 8

Глава 8. Рождество 
(Бета - Yulka)
 
 
*** 
- Белла, выбирать тебе! 
На следующий день Кай, Элис, Эдвард и Белла стояли на первом этаже огромного торгового центра, переполненного спешащими сделать покупки к Рождеству людьми. Они решили разделиться по двое, чтобы сподручнее было покупать подарки друг другу, и Элис, свято верящая, что выбор очевиден, решила схитрить и перевести стрелки на нее. Свон, прикусив губу, смотрела на одинаково самодовольных Элис и Эдварда. Каждый из них был уверен, что она предпочтет его. 
- Ну же, не тяни, все равно все знают, что ты выберешь меня! – потребовал маленький тиран, укутанный Селестой шарфом по самый нос, нетерпеливо подпрыгивая на месте. 
- Да ни за что! – не сдержавшись, выпалила Белла. Она хотела извиниться и пояснить почему, но ее перебил Каллен: 
- Вот так-то, коротышка. Конечно, моя девушка пойдет со мной. 
- Нет, тихо, вы оба! Я пойду с Каем. 
Все трое, включая Кая, посмотрели на нее вопросительно. 
- Ну, спасибо, Герда! Ты только что сократила мои шансы дожить до Рождества: один из них меня точно пришьет, - «обрадовался» Вольтури. 
- Мафия… - неудачно пошутил Эдвард, Элис треснула его по голове. 
- Эй, хватит, вы оба - не обижайтесь, - Свон посмотрела на их выпяченные нижние губы. – Просто, Эл, ты шопоголик, мне за тобой не угнаться, а тебе, - она повернулась к Каллену, – я должна выбрать подарок, и боюсь, на это уйдет много времени, не с тобой же мне это делать?! Так что Кай – оптимальный вариант. 
Обсуждение продолжилось, Вольтури потянул ее за капюшон за собой, и они оставили припирающихся Элис и Эдварда. Когда те оглянулись, было уже поздно – вокруг было пусто. 
- Ладно, пошли, постараемся друг друга не убить, - пробурчал Каллен, коротышка назойливо опередила его на полшага, показывая кто тут главный. Он только закатил глаза: – Комплексы… 
Они уже обошли магазин приколов, книжный, художественный, где Брендон купила набор масляных красок для Беллы, однако Эдвард так и не смог подобрать чего-то особенного. Ему хотелось подарить ей какую-нибудь драгоценность, однако что-то подсказывало, что Свон не обрадуется. 
«Ладно, не всем же должны доставаться нормальные девушки…» 
Белла ценила не стоимость вещи, а внутреннее содержание, и от этого его задача усложнялась. Отчаявшись, Каллен даже обратился за помощью к коротышке – она как-никак ее лучшая подруга, должна знать, о чем мечтает Белла… 
- О мире во всем мире, - ехидно ответила Брендон, но потом сжалилась и повела его в прикольный антикварный магазинчик. Тот оказался немного странным, с каким-то мистическим уклоном. Элис порхала между полками, на которых под стеклом лежали всякие странные магические хреновины, начиная от любовного зелья до трактатов по эзотерике. Брендон купила Вольтури какой-то непонятный любовный амулет. 
Эдвард старался ни к чему не прикасаться и даже не дышать, чтобы не заразиться, но кое-что привлекло его внимание. 
На красной бархатной подложке лежал красивый серебряный амулет, надпись под ним гласила, что он способствует самообладанию. Каллен украдкой оглянулся и заинтересовано склонился, пытаясь разобрать мелкие буквы пояснительного текста. К нему подскочил консультант и предложил помощь. Наверняка для этого они делают такие мелкие буквы! Каллен, раздраженный необходимостью, приглушенно спросил, что именно усиливает этот якобы амулет. 
- Самообладание, - открыл ему Америку сотрудник, Эдвард его чуть не стукнул. 
- Я понимаю, но… - Каллен нервно оглянулся по сторонам и приглушил голос: - Какое именно самообладание, это касается… самовоздержания? – Последнее время ему явно не помешает любая помощь в этом вопросе, пусть даже хренова эзотерическая. Иначе когда-нибудь, он просто накинется на Свон! 
Тут из-за соседней полки послышался дикий хохот Элис, она все слышала! Раздраженный и отчасти смущенный, Эдвард предложил покинуть это местечко и забыть об этом. Элис сквозь рыдания пообещала, что этому никогда не бывать. У нее была настоящая истерика. 
Он шел хмурый и недовольный, и тут на глаза попалась вывеска музыкального магазина. У него в голове зажглась лампочка – бинго! Он цеплялся за увлечение Беллы рисованием и совершено забыл, что она очень неравнодушна к музыке. Брендон перестала ненадолго высмеивать его и с горячностью поддержала его идею, убегая от входа направо – в раздел классики. Каллен грустно посмотрел ей вслед, тяжко вздохнул и свернул налево к вывеске «Rock, Hard-Rock, Punk-rock». Он сам не верил в то, что хочет сделать… 
На кассе они встретились с коротышкой – ее руки тоже были переполнены. Она боком подобралась к нему, любопытно читая названия дисков. 
- Только не это! Ты тоже фанат этого недоразумения природы?! – Эл, вытаращив глаза, ткнула свободным носом в коллекцию альбомов «Red Hot Chili Peppers». Эдвард невольно хмыкнул, с уважением смотря на диски в ее руках - Бетховен, Прокофьев, Брамс. 
- Да ни за что! - с чувством выговорил он. – Но любовь зла. Белле они нравятся, я надеюсь, она оценит мой подвиг. 
- Отлично, только руки не забудь помыть, - Элис посмотрела на него чуть ли не с симпатией. Когда его покупки пробивали сканером, она не удержалась от фыркания. На обложке диска был абсолютно ненормальный глаз с высунутым языком. 
Эдвард вдруг, сам не осознавая до конца свое действие, потрепал коротышку по волосам. Она грациозно увернулась и показала ему язык. 
- Все-таки мы должны что-то с этим сделать, - он кивнул на «перцев». – Она должна перейти на «нашу» сторону. 
- Впервые ты говоришь что-то дельное, Эдвард! 
Может, так оно и есть, но главное, что это будет значить для Беллы. Он не поверил глазам, когда увидел в центре магазина полку, заполненную сотней одинаковых белых квадратов, с каждого из которых по глазам били яркие повторяющиеся десятки раз буквы. 
«Я с тобой». 
Некоторое время он просто смотрел, думая, что это галлюцинация, спина покрылась мурашками. Эта фраза однажды вытащила его из самого дна, когда он уже не надеялся. 
Оказалось, что два дня назад была премьера нового альбома этих чокнутых укурков, умудрившихся так угадать с названием альбома. Это будет настоящим подарком для Беллы. Эдвард заранее предвкушал ее удивление. 
*** 
В конце концов, Белла осталась счастлива своим выбором спутника. У нее возникли сложности с подарком для Эдварда – что подарить человеку, у которого все есть? После долгих походов и разочарований, Кай сказал ей одну простую вещь: уникальность подарка заключается не в стоимости, а в смысле. В багетной мастерской Белле, наконец, в голову пришла одна идея… 
А еще она не удержалась и купила Каллену сувенирную баночку с арахисовым маслом, а когда Кай покосился на нее, истерично подхихикивающую себе под нос, прикинулась шлангом и свела глаза к носу. Сумасшедшие - они все такие неожиданные… 
Непонятно как, они оказались в ювелирном магазине. Вольтури купил Элис альбом для записей в кожаной обложке и хотел сделать на заказ инициалы Брендон. 
Белла тоже загорелась этой идеей и оторвалась от Кая, чтобы по-тихому сделать гравировку на их с Элис подарках. Справившись, она не сразу нашла друга. Лицо Вольтури было виноватым, словно его поймали на месте преступления. И вскоре стало ясно почему. Значит, уникальность подарка заключается не в деньгах, а в смысле? Однако это не помешало ему купить баснословно дорогую вещь Элис. Тонкая, сплетенная из звеньев белого золота цепочка поддерживала за хрупкие крылья прекрасную бабочку. Та была как живая, ее спину украшал ряд маленьких камушков, и, судя по цене, это были, как минимум, алмазы-бриллианты. Они заканчивались более крупным голубым камушком. Видя ее лицо, Кай тут же попытался откреститься: 
- Нечего так смотреть, это стразы. 
Продавец за его спиной, пробивающий покупку громко подавился, похоже, ему было что об этом сказать… Белле тоже, она ткнула в сумму с ноликами на циферблате кассы и выразительно приподняла брови. 
- Черт, - тихо выругался парень, пойманный за руку. – Давай ты просто сделаешь вид, что ничего не видела, а если что, я скажу, что это безделица. Тогда она ее будет носить и не заморачиваться, хорошо? 
- Кай, но зачем так дорого? – поразилась Белла. – И откуда у тебя столько денег? 
- Ну, я когда увидел эту бабочку, не смог удержаться. Мне кажется, она ей очень подходит, - умно покивал Вольтури, пришла его очередь прикидываться шлангом. Он забрал свою черную кредитку и шустро подтолкнул ее к выходу. 
- Что с тобой не так? Ответь на второй вопрос. 
Кай вздохнул, зная, что она не отстанет. Пришлось рассказать правду: он ничем не заслужил баснословного наследства своих итальянских родственников, поэтому и не хотел говорить. Белла удивилась, но продолжила на него смотреть так же, как и до этого. Для нее это ничего не меняло, и он ценил это. Свон только сочла должным предупредить: 
- Если мой подарок тоже окажется таким же дорогущим, знаешь, куда я его тебе засуну? Тебе стоит приложить чек. Ты ведь хочешь однажды иметь детей? 
Кай беспокойно припомнил: успел ли выбросить чертов чек? Подарок Герде тоже не был дешевым. Потом он приободрился: ничего, на Каллене можно будет оторваться. Купит ему жвачку за пять центов! 
*** 
Когда они вчетвером встретились у выхода из центра, у Эдварда был очень довольный вид. Белла косилась на его объемные пакеты и задумчиво кусала губу. Элис запретила всем запаковывать подарки в магазине, это каралось смертной казнью – это же целый ритуал, и он должен проходить дома! Каллен смутно себе это представлял, однако не стал лишний раз раскачивать лодку. Вскоре выяснилось, чем он так доволен: перед торговым центром стояла блестящая черная машина. 
- Я подумал, что добираться так неудобно, лучше взять машину напрокат. 
- Белла! – заверещала Элис, подпрыгивая на месте. – Мне значит нельзя так делать, а ему – пожалуйста?! Ты же сказала, что это расточительство. 
- Так и есть, - возразила Белла и повернулась к Каллену: - Зачем нам машина, когда есть автобус? 
- Автобус? – с плохо скрытым ужасом переспросил Эдвард, изо всех сил стараясь не выглядеть снобом. – Эмм… Я ни разу не ездил на автобусе. 
- Ты и посуду ни разу не мыл. Видишь, у тебя блестящий шанс пожить в реальном мире здесь, в Финиксе. 
Кай про себя стер пот со лба – хорошо, что он не успел, он ведь тоже подумывал взять машину на пару дней в прокат. «Ха-ха, пусть лучше Каллену намыливают шею!» - Кай принял крайне укоризненный вид. «А-я-яй, как нехорошо…» 
- Ну и что делать? Глупо отказываться, за нее уже заплачено. 
Свон стоически упиралась, но им удалось ее сломить, и вот они уже едут в машине. Белла сидела впереди и не смотрела на Эдварда. Он, не отрываясь от дороги, вытянул руку и поправил ее выпяченную губу, бегло погладив по щеке. Мурашки, как сумасшедшие, начали прыгать в длину от одного края ее позвоночника к другому. Однако девушка из упрямства уставилась теперь в зеркало на Кая, тот над чем-то думал. 
- Надо еще подумать над подарком Селесте, - он нерешительно посмотрел на обеих подружек, ожидая идей. 
- НИЧЕГО! – в один голос закричали Элис и Белла, а Каллен чуть не съехал на обочину от их вопля. 
- В чем дело?! 
- Прости, просто это больной вопрос, - пояснила Свон. – Мы с Эл столько раз пытались обойти его, но бабушка наотрез не принимает подарки! Только сделанные своими руками, если на них не потрачено ни цента. 
- И что же нам делать? - рассеяно спросил Кай, похоже, его всерьез волновало это. Он хотел хоть как-то отблагодарить Селесту. 
Его до сих пор удивляло то, что она приняла его, ее простодушная и теплая забота. Он не знал, как ориентироваться в происходящем. Кай чувствовал признательность, но во внутренней школе «Кая Вольтури» эту эмоцию еще не проходили. Поэтому он был в тупике. 
- Единственное, что мы можем: это проявить смекалку, - пожала плечами Элис. – В прошлом году я… - Коротышка замолчала, не желая распространяться о своих стихах. – В общем, предлагаю испечь торт. Все смогут поучаствовать и плюс это вкусно. 
Эдвард жалобно перекосился, но промолчал, остальные поддержали ее предложение. 
 
*** 
В среду, когда до Рождества оставалось всего три дня, они поехали на елочный базар, там ходили больше трех часов, пока Белла и Элис не сошлись на одном дереве. Их баталии были жаркими и непримиримыми, обе ни в какую не хотели уступать. Не понимая как, Эдвард тоже втянулся в это, нашел свое дерево и даже почувствовал желание отстоять именно его. Наверняка вирус Рождества подружек был заразным, для них этот праздник был целым событием, как отдельная жизнь. 
Сошлись они на настоящем монстре, Каллен даже не был уверен, что эта огромная елка влезет в гостиную, не проткнув потолок Селесты. Но делать было нечего, они с Вольтури тайком переглянулись и потащили зеленого монстра к машине. 
Тут-то и выяснилось, что взятая Эдвардом машинка не предназначена для таких целей. Элис не преминула сообщить об этом, хоть он и сам уже понял. Пришлось отдельно оплачивать доставку елки на дом. Каким-то чудом она приехала раньше них, грузчики донесли ее до порога, но дверь им никто не открыл. К их удивлению Селеста, которой полагалось лежать в кровати, испарилась в неизвестном направлении, стоило им выйти за порог. Они обнаружили, что не взяли ключи, и Элис попыталась позвонить бабушке. Телефон зазвенел через дверь, и Белла угрюмо пнула ее. Ждали они недолго – через пять минут появилась миссис Джонс, торопливо семеня по дорожке, и виновато улыбнулась, понимая, что попалась. 
Пока девчонки учинили допрос с пристрастием. Эдвард выглянул с крыльца и заметил отъезжающий черный мерседес, прямо как у его отца. Ну, надо же, не похоже на то, что «это ее подбросила давнишняя подруга Бетси», может, у Беллы и Элис скоро появится новый дедушка? Каллен усмехнулся, отметив, что у старичка отличный вкус, и зашел за Каем в дом. 
Следующие два дня в доме царило рождественское сумасшествие, это походило на безумный калейдоскоп. Они развешивали фонарики и украшения по всему дому, вешали гирлянды огоньков снаружи и даже в небольшом садике. Под конец дом стал сам как один огромный фонарик. Эдвард не понимал, зачем они так стараются? Гостей же не будет, а ближайшие соседи жили в десяти минутах ходьбы и могли видеть только разноцветные всполохи в ночном небе. Элис устроила искусственный натюрморт со снегом в саду и даже установила там оленя Рудольфа из папье-маше, которого они лепили с Беллой целый вечер. Настроение у всех в доме было приподнятым, эти суетливые хлопоты отчего-то не раздражали, а заставляли затаить дыхание в предвкушении. Как он уже понял, это было заразно, ему волей-неволей приходилось участвовать во всем этом - украшать елку, печь с бабушкой печенье, вешать носки над камином, делать гирлянды из еловых веток, помогать Белле подписывать поздравительные открытки. Они даже его заставили отослать парочку! Эдвард представлял, как загнется от смеха Джас, получив по экспресс почте его открытку: «Счастливого Рождества и Новогодних праздников! Пусть твои желания исполнятся. Твой друг, Эдвард Каллен». 
В четверг они упаковывали подарки, сидя в гостиной, весь ковер был покрыт коробочками, упаковочной бумагой, лентами и прочими канцелярскими мелочами. У него ничего не выходило - бумага не желала ложиться ровно и постоянно рвалась. Вольтури пыхтел и негромко матерился рядом, его подарок имел странную форму, и лист ярко-синей упаковочной бумаги никак не желал сходиться без зазора. У Беллы дела шли с переменным успехом. Зато Элис была настоящей волшебницей - из ее рук выходили шедевры, аккуратные с волнистыми лентами и красивыми бантами. Отчаявшись, Кай попытался выманить ее на помощь, но Брендон не поддалась и сказала, что это ритуал. Мелкая сектантка! Когда она ушла на кухню, между ними присела Селеста и с легкостью помогла Каю, перекрутив лист по горизонтали и обмотав им подарок. Похоже, парень был ей очень признателен, а Эдвард решил не упускать шанс и с надеждой посмотрел на нее. 
Селеста со смехом похлопала его по голове и сказала, что моментами он становится непередаваемо похож на «Карла». Это не сильно порадовало его, в отличие от ее помощи. Все диски для Беллы влезли в одну коробку, и они смогли завернуть ее в белоснежную бумагу с кружевными рисунками. Эдвард упрямо навертел сверху белую шелковую ленту, хоть Элис считала, что белый на белом сливается. 
Утро пятницы было самым сумасшедшим, не смотря на то, что это был сочельник. Женщины их дома носились размытыми пятнами, мелькая на фоне чистых, празднично убранных комнат, проверяя и перепроверяя все для праздника. С кухни необыкновенно вкусно пахло выпечкой, мандаринами и еще чем-то очень сладким. Их с Вольтури помощь больше не требовалась, и они сидели на диване в гостиной, не особо соображая, куда себя деть. Зато в шесть вечера картина кардинально изменилась: все спустились в гостиную и выглядели на редкость спокойными и умиротворенными. Эдвард не мог отвести глаз от Беллы в платье. Насыщено синее, оно подчеркивало нежность ее кожи, блестящие темные кудри, против которых она так долго боролась (он слышал!), обрамляли ее красивое лицо. Девушка нервничала под его взглядом, но он ничего не мог с собой поделать, оторваться было выше сил. 
Они решили сначала прогуляться по лесу, занести корзину печенья соседям и поздравить их с Рождеством. На улице было холодно не настолько, чтобы пошел снег. Это напомнило Эдварду Форкс. Соседи оказались пожилой парой, к которым нагрянуло множество родственников, их дом был очень оживленным и шумным. Они обрадовались им, как родным, насильно завели внутрь и напоили пуншем. Отдав и получив сладости в подарок, им удалось ускользнуть. 
Лес был очень тихим, сумерки уже давно сгустились. Селеста взяла под руки Элис и Кая и, идя впереди, они представляли весьма забавную лесенку. Пожилая женщина что-то наставительно говорила им, Кай склонялся ниже, а коротышка наоборот весело подпрыгивала на своих высоких каблуках. Они с Беллой отстали. Эдвард шел, чувствовал ее горячую ладонь в своей и не верил, что это на самом деле. Всего три недели назад они враждовали, и, несмотря на то, что он уже любил ее, он даже не надеялся. А сейчас идет и держит ее за руку, а в груди настойчиво стучит осознание. С ума сойти, неужели, мечты все-таки сбываются? 
Эдвард не мог поверить, что у него впервые настоящее Рождество, с елкой, заботливыми, любящими друг друга близкими, смехом, камином, носками над ним, мандаринами и прочей атрибутикой. Этот затерянный в лесу дом, не самый благоустроенный и шикарный, дал ему то, что его дом не смог дать ему за восемнадцать лет – семью. Сейчас у него было отчетливое ощущение, что вокруг него близкие люди. И это было не так как с Маккартни - они были замечательными, однако он всегда чувствовал себя гостем, хоть и желанным, но смотрящим со стороны. Теперь ощущения были другие: эти люди казались его семьей, даже вредная колючая коротышка, даже замкнутый не всегда понятный Кай! Не говоря уже про Беллу… 
Его Беллу. Эдвард не подозревал, что способен так любить, да что уж, он даже не подозревал, что так любить в принципе возможно. Когда кто-то раз, и становится твоим целым миром, это и страшно и удивительно. Эдвард улыбнулся и погладил большим пальцем ее руку, Свон подарила ему сияющую улыбку. Рождество странно на нее действовало: Белла становилась другой, более мягкой и нежной, похоже, она была настроена романтично. В жизни Свон была жестче, всегда старалась быть на уровне, твердо придерживалась принципов и немного боялась проявлять чувства. 
Словно подтверждая его слова, она мягко погладила его от виска к щеке, просвечивая своими шоколадными глазами. Удивительная. 
Эдвард хитро посмотрел на идущих впереди и утащил ее с дорожки за дерево, прижимая к стволу, наклоняясь к сладким сахарным губам. Они как всегда неизбежно увлеклись, их пропажу заметили. Вывалившись из-за дерева, они невинно догнали остальных, смеясь и крепко сжимая руки. 
Погуляв еще немного в лесу, они озябли и вернулись скорее в теплый дом. Камин ярко горел, поднимая настроение, фонари и свечи были расставлены по всей гостиной и создавали атмосферу. Они сели за стол, в ожидании двенадцати часов - официального начала Рождества. Телевизора не было, но их громкие голоса отлично заменяли его. Элис снова подкалывала Эдварда, тот обнимал Беллу и отвечал ей тем же. Белла играла в их командах по очереди, а Кай больше посмеивался и наблюдал. Селеста пыталась их угомонить, но тоже не смогла удержаться от смеха. 
Они едва не прозевали час «икс», Эл во время опомнилась и с криком схватила бокал, показывая на настенные часы. 
Все встали на ноги, Кай быстро разлил красное домашнее вино, разрешенное в честь праздника, и тут начали бить часы. Кай, Элис и Белла запустили хлопушки, которые едва не оглушили их и засыпали всю еду конфетти. Эдвард, еле дождавшись, пока Белла справится с этой задачей, зажмурился, быстро загадывая желание, и притянул девушку к себе, целуя, лишь бы успеть под бой часов - а то не сбудется! 
«Хочу, чтобы Белла всегда была рядом со мной». 
Это единственное, что ему было надо. Часы перестали бить, и они все начали обнимать и поздравлять друг друга с Рождеством. Настроение было просто отличным, по-настоящему праздничным, Эдвард с силой хлопнул Вольтури и негромко, но искренне пожелал ему удачи в достижении целей. Вольтури хотел нахмуриться, понимая, кого он имеет в виду, однако тоже не удержал серьезности, и Каллен впервые увидел его настоящую улыбку. Это стало легким шоком, но на Вольтури уже повисла Белла, спрыгнув ему на спину с табуретки и оглушительно крича в ухо. Эдвард поздравил Селесту, и та его обняла, на секунду обдав легким запахом лаванды и каких-то ароматных трав. 
Потом начались звонки. Казалось, весь штат задался целью позвонить в этот дом. Он безобидно улыбался до тех пор, пока Рене по громкой связи не пожелала дочери с «будущим зятем Каем» долгой совместной жизни. Видя его лицо, коротышка чуть не лопнула со смеху, а Белла оборвала маму, спеша сменить тему. У него тоже зазвенел мобильный, и Эдвард с удивлением посмотрел на него – кто бы это мог быть? Увидев имя, он предпочел покинуть комнату и выйти в кухню. 
- Привет, Джас, - в трубке послышались помехи, связь тут была никудышней. 
- Привет, засранец! Как ты мог пропасть на Рождество? Ты ведь понимаешь, что обрек меня на унылый ужин с моими предками? – голос друга был не злобным, на удивление даже мирным, правда, не блещущим весельем. Каллен почувствовал разочарование от невозможности Джаса быть среди них. Было бы здорово, если бы его друг тоже почувствовал эту атмосферу, а не сидел в Рождество один. 
- Прости, не могу сказать, что я жалею, так как это не так. Однако я определенно жалею, что ты не тут. Здесь весело. 
- В доме бабки Брендон, с этими психами на пару? – изумился Уитлок. Эдварда кольнуло такое обращение, хотя он давно привык к манере друга и разделял ее в большинстве случаев. 
- Да, именно. Тут странно, но… прикольно. 
- Ну-ну, мы получили твои милые открытки, Эммет пришел в восторг. Он ржал как ненормальный и обещал повесить ее над кроватью. 
- Здорово, - перекосился Эдвард, понимая, что ему это еще долго не забудут. Джаспер вдруг удивил его: 
- Спасибо. – Он чуть не спросил за что, но невеселая интонация друга остановила его. Вряд ли Джас получил много поздравлений и внимания на праздник. Раньше они были очень похожи, а теперь, когда даже ему, Эдварду, нашлось теплое место, Уитлоку наверно совсем постыло. Не до конца соображая, что делает, Каллен пообещал: 
- Слышишь, Джас, я забыл сказать: я скоро прилетаю. 
- В Форкс? – резко уточнил Джаспер. 
- Да, я просто замотался и забыл сказать. Думаю, Белла уже достаточно тут побыла, день, два и тебе снова придется лицезреть мою физиономию. 
- Ну, это по-настоящему отстойная новость, - заявил Уитлок, но Эдвард знал, что на самом деле он рад до усрачки. Когда люди строят стены вместо мостов, они, в конце концов, остаются одни. 
Каллен попрощался, настойчиво посоветовал другу ехать к Маккартни и вернулся в гостиную. Там поток звонков уже схлынул, и Элис уговаривала Селесту открыть подарки. Миссис Джонс категорически отказывала. Белла шепотом рассказала, что это тоже ежегодная традиция, что коротышку мучает любопытство, но бабушка никогда не разрешает открыть подарки раньше утра. Ему самому вдруг стало до жути любопытно, что приготовила для него Белла. Он начал сверлить зеленый вытянутый подарок от нее. Заметив, Свон стукнула его по руке, прошептав в самое ухо: «даже не думай». 
Эдвард перестал об этом думать, вместо этого он перевел взгляд на ее губы и решил подумать о них. Элис, потерпев поражение в сражении за подарки, перешла к попытке выманить у Селесты сказку. Эдвард подумал, что ослышался, однако уши его не подвели – Брендон всерьез хотела послушать сказку! Видя его лицо, Селеста сказала, что не всем тут будет интересно, ему пришлось ради приличия слабо повозражать. В итоге, они сошлись на компромиссе: миссис Джонс пообещала рассказать истории про Рождество. 
Вдохновленные обещанием, они быстро перенесли стол в кухню и освободили место. Белла села на ковер перед креслом-качалкой, желая быть как можно ближе к рассказчице. Элис переползла на подлокотник кресла Кая, весело толкая его и вынуждая потесниться для ее ног. А сам Эдвард без колебаний подсел со спины к Белле, как всегда притягиваясь к ее телу миллионами неразрывных нитей. Селеста бегло взглянула на их обнимающуюся парочку, но все же начала рассказ. У нее это выходило по-настоящему здорово. Каллен окончательно плюнул на свою гордыню и сдался, позволяя этому месту окончательно победить его. Он сидел и, как ребенок, слушал волшебные истории, в каждой из которых неизменно происходило чудо и добро побеждало зло. Понятно теперь, почему Белла и Элис такие - они ведь воспитывались на этих сказках. Эдварду нравилось, как Селеста называла Беллу, это ей очень подходило. Несмотря на свой ершистый образ, кеды и совершенно неуправляемый язык, Белла под всем этим была очень похожа на принцессу. Тонкая и ранимая. «Правда, в глубине души», - поспешно добавил он. 
Они сделали перерыв, и Селеста приготовила горячий шоколад. Дом наполнился его запахом, перекрывая хвою, мандарины и все остальное. До трех часов они сидели, потягивали сладкий напиток, грелись у камина и слушали мерный успокаивающий голос Селесты. Потом она отправила их спать, напоминая, что чем скорее заснут, тем скорее пролетит время, и они получат подарки. Элис проснулась и заморгала. В процессе рассказа она отключилась и съехала на Вольтури, тот долго крепился, но потом аккуратно пересадил ее поудобнее и «забыл» убрать руки. Брендон очень удивилась своему положению и сонно улыбнулась другу. 
Идя в свою комнату, Эдвард физически ощущал контраст от отсутствия камина, словно зашел в подвал. Между дверьми они с Беллой притормозили, пропуская Кая и Элис вперед, те понимающе усмехнулись. Кай взлохматил волосы Брендон и еще раз пожелал ей счастливого Рождества, затем они скрылись каждый за своей дверью. Эдвард посмотрел им вслед и перевел глаза на Беллу, держа ее руки в своих. 
- Спасибо. 
- За что? – Свон вопросительно посмотрела на него снизу вверх. 
- За Рождество. Это самое лучшее мое Рождество. – Ее глаза удивленно распахнулись, в них засветилась радость. 
- И мое тоже. 
- Серьезно? 
- Да. Ты ведь со мной. 
Некоторое время он просто смотрел на нее, не целовал, не говорил, просто смотрел. 
- Я люблю тебя. 
Веки Беллы на мгновение прикрылись, словно она пропускала вибрации этих звуков через себя. Затем, не открывая глаз, девушка привстала на носочки, и он поцеловал ее. 
- А я тебя, - едва слышно прошептала она в ухо, посылая мурашки по шее. – С Рождеством, Эдвард. 
- С Рождеством, Белла. 
*** 
- Эй, проснись, хватит храпеть! – его толкал кто-то сквозь сон. Не успев проснуться, Эдвард возмутился этому. Открыв глаза, он смог лицезреть коротышку в пижаме с Сейлор Мун. Если это какой-то прикол, и она просто так прервала его волшебный сон, то ей крышка. 
- Ну чего тебе? Отстань уже от меня! – пробормотал он, утыкаясь в подушку, надеясь, что она исчезнет. 
- Я тут ему подарок делаю, а он отмахивается, как от мухи! 
На соседней кровати завозился Кай. 
- Отвали, Элис, какие подарки? 
- Я уступаю тебе свое место, идиот. Можешь поспать сегодня рядом с Беллой, только держи свои руки при себе, - прошипела коротышка, а он подскочил с постели, желая ее расцеловать. 
- Серьезно? – слишком громко спросил Эдвард, а потом решил поспешить, пока она не передумала: - Отлично, ты просто супер, клёвая пижама и так далее. Все, я побежал! 
Он вылетел в коридор в одних трусах и тихонько прошмыгнул в комнату Беллы и Элис. Свон спала, раскинув руки морской звездой, ее грудь равномерно поднималась и опускалась в такт дыханию. Долго смотреть Эдвард не мог - приподнял одеяло и скользнул под него, обнимая Беллу, крепко прижимая к себе. Миниатюрная фигурка слабо пошевелилась, просыпаясь. 
- Эдвард? – сквозь сон спросила она. 
- Чш-ш, спи, это я. 
- Что ты тут делаешь? 
- Элис начала дарить подарки раньше утра. 
- Замечательно, - Белла сонно перевернулась лицом к нему и прижалась к груди, это было так мило, что у него все внутри перевернулось. Она снова моментально отключилась, а Эдвард еще долго гладил ее по волосам, целовал в закрытые веки, лоб, нос, стараясь это делать еле ощутимо, чтобы не разбудить ее. В третий раз он засыпал полностью счастливый и умиротворенный. На прощание загадав, чтобы это вошло в привычку. 
*** 
Элис пятый раз за минуту перевернулась в чужой кровати, простыни пахли слишком резко для ее обостренного обоняния, что за одеколон у Каллена? Она решительно встала и толкнула Кая. Он не спал. 
- Не пустишь к себе? Простыни Эдварда пахнут дихлофосом, а у меня на него аллергия. – Вольтури молча подвинулся, отдавая ей свое одеяло. Брендон вернула ему половину. – Это ничего? Я тебя не слишком напрягаю? 
- Не сильнее, чем обычно, - попытался усмехнуться Кай. 
- Я не виновата, что ты теплый и приятно пахнешь! – Элис глубоко вдохнула. – Что это за запах? 
- Не знаю, может быть, мыло? 
- Нет, это что-то другое. 
Они некоторое время пытались уснуть. Затем он почувствовал необходимость сказать. 
- Элис, спасибо, что пригласили меня сюда, мне очень понравился ваш вариант Рождества. 
- Наш? – удивилась она. – А у вас не такой? 
- Нет, мы с отцом смотрим телек, чокаемся пивом или чаем, как повезет, и идем спать. 
- Кошмар, - выпалила Эл, не в силах представить себе такое. Для нее Рождество было целым событием. Она задумалась. – Знаешь, для меня этот праздник тоже получился особенным. Раньше нас было только трое… А теперь Белла так счастлива с засранцем Калленом, и ты рядом. Я никогда тебе не говорила, но сейчас Рождество и вроде как можно наболтать всякой ерунды, а утром притвориться валенком, да? Так вот – я счастлива, что ты появился в нашей с Беллой жизни. Хочу, чтобы ты знал, насколько дорог мне. Ты всегда можешь на меня положиться. Ты - мой самый лучший друг, я доверяю тебе и без тебя уже не смогу. 
Каю ударила в голову кровь от ее слов. РОЖДЕСТВО – особое время, в РОЖДЕСТВО сбываются мечты, РОЖДЕСТВЕНСКОЕ ЧУДО. Толи рассказы Селесты смешались и переполнили его голову, толи нашло какое-то затмение - Кай вдруг принял колоссальное по своей значимости решение. На разрозненные отрывки мыслей ушло несколько минут, и, наконец, он решился: 
- Элис? 
Но она не ответила. Кай приподнялся заглянуть ей в лицо. Девушка спала, как ангел. Вольтури со вздохом опустился обратно: 
- Я люблю тебя, Элис. 
 
*** 
- УРА, УТРО! ПОРА ОТКРЫВАТЬ ПОДАРКИ! 
По коридору раздался топот голых пяток. 
Белла со стоном перевернулась на живот, поражаясь, как коротышка не начала вопить еще тут, у нее под ухом. Над ее головой раздался низкий бархатный голос: 
- Доброе утро, спящая красавица. 
Свон вспомнила, что вчера ночью пришел Эдвард. Она повернулась и увидела его так близко - зеленые слегка прищуренные глаза, растрепанные в беспорядке волосы, ммм… похоже, в этом году, она была очень хорошей девочкой. Санта расщедрился! Тут Белла заметила, что на нем катастрофически мало одежды. И хоть она уже видела его по пояс раздетым, все равно смутилась, чувствуя, как их тела соприкасаются под одеялом. Эдвард вскинул бровь, девушка помотала головой. Ну уж нет, не скажет! 
- Здорово просыпаться рядом с тобой. 
- Даа… мне тоже это нравится. Эх, зря я вчера загадывала новые кеды, - засмеялась Белла. – Я прогадала! Надо было загадывать это. 
- Что это? 
- Ты понял, не заставляй меня произносить вслух! 
- Вообще-то я просто тупой красавчик, ты сама мне когда-то так говорила. 
- Ладно, надо было загадывать просыпаться с тобой каждый день. 
- Так я с легкостью выполню это желание! – с горячностью предложил Эдвард. 
Белла хотела что-то ответить, но в коридоре раздались шаги, и они с ужасом переглянулись – а вдруг Селеста?! Каллен слетел с кровати в поисках того, что можно надеть. Шаги удалились, и Свон быстро замахала на выход. Он подошел к кровати, поцеловал ее и исчез за дверью. Девушка со скоростью света нацепила халат и побежала скорее в гостиную, к елке! К подаркам! Их она любила не меньше, чем Элис. 
Коротышка уже проверила носок над камином и достала оттуда маленькую коробочку. Белла торопливо приземлилась на колени слева от нее и схватила первый подарок с надписью «Герде», но развернуть его не успела - Брендон схватила ее за шею и порывисто поблагодарила за часы. 
- Там внутри гравировка, - прохрипела Свон, разминая шею. 
Элис вывернула часы вверх донышком и прочла: «Любимой сестре» и дата. Коротышка подняла на нее огромные голубые глаза, разбивая ей сердце. 
- Спасибо, Белла, я люблю тебя! – ее снова попытались задушить, но какая разница? Она засмеялась, а за их спинами нарисовались парни: 
- Ух ты, как трогательно. Счастливого Рождества! – зевнул Кай и почесал шухер на голове. Эдвард уже был в порядке, переодетый и, кажется, даже после ванной. 
Белла вернулась к своему подарку. У нее перехватило дыхание от красивой шкатулки с бронзовой фигуркой балерины наверху. 
- Вау, спасибо, Кай! 
- Заведи ее, она тебе еще и станцует. 
Белла открыла выдвижной ящичек и достала ключ. Шкатулка завелась и начала играть мелодичную музыку, балерина крутилась на одной ножке. Белла пришла в восторг и тут же всунула другу свой подарок, заставляя сейчас же его открыть. Кай выполнил просьбу и вытащил медальон, похожий на солдатский. 
- Я подумала, что обычный ты носить не станешь, а так все в порядке, брутально так. – Он тем временем нажал на отъезжающую половинку и увидел с внутренней стороны надпись: «Дружба – это одна душа в ТРЕХ телах. Кай, Элис и Белла». Парень застонал, вспоминая это высказывание, но определенно был тронут. 
Они с Элис обожали мелодраму «Спеши любить» и заставили бедного Кая дважды ее смотреть. Там была одна фраза: «Дружба – это одна душа в двух телах», Белла решила ее использовать, только немного подкорректировать под их случай. Кай бегло чмокнул ее в щеку и задорно подмигнул Каллену, а чтобы он его не убил, кинул ему подарок от себя. 
Каллен открыл его и его лицо вытянулось. Белле стало любопытно. Подскочив, она залезла носом в коробку: 
- Ну что там? – Внутри сверху лежал диск с фильмом «Эдвард руки-ножницы». – Ха-ха-ха. Прикольно придумал, Кай! Смешно! – Но увидев выражение лица своего парня, она ответственно скосилась, делая постное лицо: - Вернее я хотела сказать: а-я-яй, как не хорошо так шутить, совсем не смешно. Ха-ха, черт, прости, Эдвард, но это же умереть не встать! 
Что уж говорить о коротышке? Она стерла спину о ковер, катаясь от смеха. Под этим диском обнаружились еще парочку с комедиями - Кай сообщил, что Эдвард слишком серьезный и ему полезно будет расслабиться. Элис с ангельской улыбкой преподнесла ему свой подарок: розовый карнавальный костюмчик принцессы-феи и сборник классической музыки. Каллен вспомнил времена, когда она дразнила его принцессой, и в ответ отдал ей свою коробку. Элис пришла в ярость от книги этикета, и громко пояснила, что у нее с этим все в порядке! Правда, увидев маленький стильный рюкзачок, остыла и не могла не признать, что он классный. Она даже соизволила очень бегло его обнять. Эту милую сцену застала Селеста и быстро доложила свои подарки под елку. 
Кай получил от Эдварда швейцарский нож, Белла от Элис набор масляных красок, от Селесты они все получили теплые вязаные вещи, которые, как будут греть их в холодном Форксе. Вольтури недоверчиво вертел в руках шарф коричневого цвета, на конце которого были вышитые инициалы «К.В.», а потом взял и надел его. Белла обняла бабушку, благодаря за толстые вязаные варежки и шапку. Элис тоже поблагодарила Селесту, а потом попыталась выменять ее варежки, так как те больше подходили по цвету к ее шарфу. 
Свон отмахнулась от подруги, с волнением отвела Эдварда немного в сторону и отдала ему подарок. Сначала он достал баночку с арахисовым маслом и его глаза сверкнули. Белла захихикала под нос и поблагодарила бога, что они сейчас в комнате не одни, иначе сверкавшие между ними искры могли перерасти в настоящий фейерверк! Потом он достал следующий предмет и его лицо преобразилось. Белла решила вернуть вещь, которую украли из его дома Элис и Кай – портрет, по праву принадлежащий ему. Она, наконец, завершила его - дорисовала губы, которые знала теперь до миллиметра. 
Девушка смотрела на него и волновалась, кажется, он испытывал сильные эмоции, но по его виду было непонятно какие. Эдвард поднял на нее глаза, и она вздрогнула. Забыв про бабушку и еще двух свидетелей, он внезапно впился в ее губы крепким поцелуем. 
Элис, не желая наблюдать за этим, подползла к Каю и удобно устроилась рядом с ним, протягивая его носок с камина. 
- Вот! 
- Спасибо, Эл, но боюсь, он мне будет мал. 
- Да нет же! Там внутри мой подарок, балда. 
Кай усмехнулся и перевернул носок, оттуда выпал тяжелый серебряный амулет. Он провел пальцами по переплетению линий, серебро местами потемнело от времени, и вопросительно взглянул на нее. 
- Это индейский амулет-оберег. – Элис приглушила голос, чтобы никто кроме него не слышал. – Иногда мне кажется, что ты в беде. Я не знаю, как объяснить, просто чувствую. Я хочу, чтобы тебя что-то защищало. 
Кай вспомнил, как она вчера заснула, а он сказал кое-что важное. Его кулак сжался, и ему показалось, что оберег отдался горячей волной, приветствуя хозяина. Надо же, как совпали их мысли, он тоже приготовил для нее нечто вроде оберега… 
Брендон с восхищением крутила в руках подаренный им альбом для записей, обводя выступающие буквы своих инициалов. Ему стало немного грустно от того, что на самом деле вместо буквы «Б» должна быть «К», его тяготила эта тайна, но ведь так было лучше для нее. Элис Каллен… Даже звучит нелепо. 
Тут Эл перебила его мысли, громко воскликнув. Она вертела в руках бабочку-подвеску, рассматривала ее на свет, ее восторгам не было предела. Кай наблюдал, радуясь, что угадал с выбором, чтобы там ни говорила Герда. Брендон накинулась на него с объятьями. Он сдавленно улыбнулся. Элис не подозревала, через что заставляет его проходить, совершая такие неожиданные вещи. Однажды он не выдержит и… 
- Черт, я не верю своим глазам!!! 
- Тише, Изабелла, не поминай черта в моем доме, - строго сказала Селеста. 
- Прости, бабуль, - виновато извинилась нарушительница, а затем по одному начала вытаскивать диски Red Hot Chili Peppers в порядке выхода альбомов. Свон была в экстазе от подарка и от того, что Эдвард при всем своем пренебрежении и музыкальном снобизме все-таки захотел сделать это для нее. Она хотела вернуть ему его способ благодарности, но он ее прервал (под одобрительный кивок Элис) и, волнуясь, сказал, что там есть еще. 
Белла сунула руку в глубокую коробку и достала со дна последний диск. На обложке чисто белый фон с капсулой таблетки и мухой на ней, так в стиле ее любимых дурачков. Но больше всего ее удивила надпись. 
«Я с тобой». 
У нее в ушах зазвучал собственный голос, отдаваясь эхом. Но ведь этого не может быть, она знает все альбомы. 
Но даже если это новый альбом… Как так могло совпасть? Она растеряно посмотрела на Эдварда, ища ответы в нем. И все поняла, потому что у него в глазах было тоже удивление, до сих пор. Вот это совпадение. Внутри было столько чувств, что они перемешались. Белла обняла Эдварда и пробормотала «спасибо». Пока за ее спиной шумели друзья, шуршала бумага, а она не отпускала Каллена, чувствуя, как сильно любит этого человека. 
 
Это было рождественское утро, и Селеста разрешила им сидеть на кухне кто в чем хотел – в пижамах, халатах, непричесанными, а некоторым даже не умытым. Они снова пили горячий шоколад. Кай даже надел сразу оба медальона. Болтовня лилась рекой, они достали из холодильника спрятанный торт и торжественно вручили Селесте. Та удивилась и обняла всех по очереди. Потом звонил Чарли, и Эдвард на пару с Каем предусмотрительно молчали, пока шериф поздравлял дам с праздником. Под конец разговора он спросил, когда они прилетают, и девчонки быстро свернули разговор. 
После этого повисла пауза, в которой все переглядывались. Больше всего не хотелось уезжать Элис, хотя Белла тоже не видела в возвращении в серпентарий под названием «школа» ничего хорошего. Но Селеста твердо намерена была в ближайшие дни отправить их в Форкс, чтобы Новый год Чарли и Эмили не встречали одни. Элис едва не расплакалась, убеждая бабушку поехать с ними хотя бы на праздники. Это немного подпортило атмосферу праздничного утра, коротышка ушла и закрылась у себя в комнате. Белла со вздохом извинилась и пошла к ней. 
Она объяснила Элис, что тоже безумно будет скучать по бабушке, но раз ей тут лучше, то надо принять ее выбор. Та же не ноет и не просит, чтобы они бросили все и переехали к ней. Через время Эл поняла, что не права, но все равно была печальной. Белла наказала ей не киснуть, у них ведь есть еще два дня? Значит, они проведут их как следует! Например, съездят на лыжный курорт, поиграют в снежки, может, даже покатаются на санках, если, конечно, Селеста захочет куда-то ехать. 
Селеста захотела, и день прошел просто отлично. Они покатались на сноубордах (все кроме Беллы!), устроили снежное сражение, в котором Элис едва не выбила Эдварду снежком глаз. Затем попали на уличную рождественскую ярмарку, и Селеста поучаствовала в конкурсе «лучший блинчик». Кай, Эл, Эдвард и Белла так оглушительно за нее болели, что у жюри не осталось выбора. Перекусив в кафе, они снова отправились на улицу лепить снеговика и естественно гребанного оленя Рудольфа, Элис была в восторге… 
Домой они приехали чуть живые, а на следующее утро их ждали новости: на кухонном столе между кружками лежали четыре билета на самолет, дата вылета: 26 декабря. 
- Ба, ну это же сегодня! – с отчаянием простонала Элис. 
- Да, птичка, и не расстраивайся, пожалуйста, я уже давно чувствую себя хорошо, даже отлично. Благодаря вам у меня как второе дыхание открылось, а бедный Чарли там совсем один, порадуйте его. Думаю, ему необходима шумная толпа непослушных детей. 
Белла не заметила, как уголки ее губ поползли вниз. Она не отрывалась от бабушки, хлопотавшей по кухне, словно можно насмотреться впрок. Из-за того, что время было определено, оно словно сошло с ума, скача семимильными шагами, и вот они непонятным образом уже стоят в аэропорту с сумками, рюкзаками и паспортами в руках, все как один в связанных бабушкой шарфах, и смотрят на Селесту. Даже Эдвард чувствовал, что ему жаль с ней прощаться, что уж тут говорить о девчонках. Белла выглядела очень подавленной и молчала, Элис периодически что-то спрашивала и получала мягкие увещевающие ответы. 
Объявили посадку, и Кай торопливо шагнул ближе к Селесте, обнимая Элис, готовую расплакаться. 
- Надеюсь, мы вам доставили не сильно много неудобств, миссис Джонс? 
- Что ты, милый, я так рада была с тобой познакомиться! Девочки выбрали себе отличного друга, хоть по-другому и быть не могло. И тебе я тоже рада, Эдвард, - повернулась она к нему. – Береги мою принцессу.
- Обязательно, Селеста. 
Белла оторвалась от него и обняла бабушку, Элис сделала тоже. А через секунду по инициативе Селесты они уже обнимали ее все четверо. Почувствовав в последний раз запах лаванды, они оторвались и пошли на регистрацию. Свон обернулась, чтобы увидеть, как миссис Джонс, не спеша, идет к выходу. Вскоре разъезжающиеся двери скрыли ее фигуру, и Белла уткнулась Эдварду в грудь, пытаясь вытрясти из головы эту грустную картинку. Как же она не любит расставания!  

Похожие статьи:

- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......



Рейтинг: 0

Добавить комментарий
Комментарии (0)