8 января 2016 Просмотров: 498 Добавил: Викторишна

Танцы с волками. Часть II. Глава 12

Глава 12. Опиум и другие лекарства 
 
 
Невозможно вечно стучаться в закрытые двери – руки по локоть сотрешь
 
*** 
Элис посмотрела на Джаспера. Он сидел совсем один. Эдвард был где-то с Беллой, Эммет с Розали. Все его друзья. Она прикусила губу от мысли, что ему, возможно, одиноко. 
Эта ночь прошла беспокойно, Элис то и дело просыпалась и много думала. Это был удобный случай все выяснить, хватит с нее притворства. 
Брендон подошла и, перекинув ноги через лавку, села в то же положение, что и он – локти на стол, пальцы сплетены, голова наклонена вперед. 
- Надо поговорить. 
Уитлок сидел, сгорбившись, взгляд тяжелый, он заметил ее только, когда услышал голос. Вздрогнул. Конечно же, Джаспер был изумлен и ломал голову над причиной ее прихода, но внешне выразил только безразличие. Ну, спасибо, что хоть не начал оскорблять сразу. И конечно злился, интересно, почему он злится каждый раз, когда ее видит? 
Элис искоса посмотрела на его профиль. Красивый, безусловно. Но тот ли? Господи, почему она не замечала, что не тот… Она видела его каждый день, и изменения скрадывались своей постепенностью. Но сейчас Элис остро поняла, что перед ней не «её» Джас, а совершенно другой - чужой. Как правильно начать, как найти путь и пробиться к нему? 
- Ты любишь меня? 
Уитлок вскинул лицо, полностью открывая его для просмотра, и яростно выплюнул: 
- Блядь, Брендон, ты окончательно свихнулась? Эй, алле, ты ничего не путаешь, это я, Джаспер Уитлок, о чем ты вообще? 
Девчонка, замкнувшись, уставилась в парту, пока он рассыпался фейерверками язвительной злобы. Пусть, это неважно, она специально спросила сходу, прямо в лоб, без наводок и подготовки. Первые три секунды человек неумышленно высвечивает правду, совершенный лжец – секунду, чуть больше, а потом мы начинаем рисовать свое лицо, какое угодно, изображать нужные эмоции. Ей этого хватило, не три, а гораздо больше секунд на лице Джаспера был отчетливый страх. Он ее любит. 
«Разреветься что ли?» - отстраненно подумала Элис. Чертовски несправедливо. Страх, страх, страх - разлит повсюду, отравляет душу, ну почему он состоит из одного сплошного страха? 
Однажды она прочла запомнившуюся ей фразу. «Есть только две энергии: любовь и страх, все остальное – их производные». Ревность, ненависть, злоба – это все всего лишь плоды страха, его последствия. Так почему же, когда он узнал, испытал страх, в то время как она - идиотскую отчаянную радость. 
- Меня интересует только одно, – ей действительно важно это было знать. – Давно ты меня любишь? 
- Что ты заладила?! Не льсти себе, - прыскал Джаспер слюной, бесясь от одной только мысли, что она знает. – Какая любовь, ты больная? Я тебя ненавижу. 
- Я знаю, - обреченно опустила плечи Элис, в глазах защипало. «Держись, только не реви». 
Она тратила все силы на то, чтобы удержаться, поэтому не увидела проскользнувшей всего на миг мучительной, задыхающейся нежности и раскаяния на лице Джаспера. 
- Только не ной. 
- Окей. – Элис попыталась усмехнуться, но не получилось. Губы дрожали и не желали складываться в усмешку, слишком ярко горела душа. Значит, Белла была права, во всем. 
Сейчас она сидит рядом с Джаспером и знает, что он любит ее, а еще, что это и правда ничего не меняет. Уитлок продолжит игнорировать это, изводить насмешками, не верить, ревновать ее к Каю. 
- Я не встречаюсь с Каем, чтобы ты там ни думал, я не встречаюсь с ним. 
Джаспер хотел разозлиться, снова накричать на нее, но вместо этого вдруг как-то устало потер глаза, в них троилось от измотанности. 
- Может, хватит? Тебе так нравится врать или ты просто пытаешься что-то внушить самой себе? В чем твоя проблема, почему ты сейчас сидишь здесь, рядом со мной, все это говоришь? В чем смысл, чего пытаешься добиться? 
- Невозможного, - Элис подняла голову вверх, улыбаясь через застилающие глаза слезы. – Я не встречаюсь с Каем, ты можешь не ревновать, оснований нет. Тогда, на ужине у Калленов, я соврала. Я не хочу, чтобы ты отравлял себя. 
- Брендон, ну ты что глухая? Я не люблю тебя. 
Вот это было по-настоящему больно. Они оба знали, что любит, и его ясно звучащий отказ ударил наотмашь. Она никогда не сможет отказаться от их любви, насколько бы больно ей не было. Элис сжала руки в замок, предпочитая помолчать. Боже, это так здорово просто сидеть рядом с ним, пока он позволяет, молчит, не гонит ее, разрешает почувствовать свое присутствие. Белла сказала, что это будет избавлением, но пока любовь не ушла, она еще немного поцепляется за нее и насладится своим маленьким мазохистским счастьем. Джас снова все разрушил: 
- Значит, не встречаешься? А почему тогда он ходит за тобой, как привязанный, ни на шаг от тебя не отходит, рюкзак таскает, смеется с тобой, трогает, дышит, смотрит… - его понесло, и он еле сумел заткнуться. 
- Потому что он – мой лучший друг. Я не стану врать: он мне дорог, очень. Без него я не смогу. Извини, но меня должен кто-то собирать, после того как ты раз за разом разбиваешь, он – мое лекарство. 
- Ну да, опиум для народа, блин, - съехидничал Уитлок, в его глазах горела злая загнанность. Джас снова пытался от нее оторваться, отгородиться ненавистью, думая, что это его спасение, не понимая, что катится в пропасть, а ее руки слишком слабые, чтобы его удержать. Но Элис была бы не собой, если бы не попыталась. 
Помня, как Джаспер бесится, когда она говорит напрямую о своей любви, Брендон поменяла слова: 
- Говори что угодно, делай больно, если ты ловишь от этого кайф, тебе ничего не изменить. Можешь раз за разом отталкивать меня, я все равно всегда буду ждать тебя, готовая принять тебя таким, какой есть. Джас, - Он вздрогнул от того, как она так его назвала. – Ты только не бойся, умоляю тебя… Не бойся меня. Я не брошу тебя, не причиню боли. 
Элис боролась изо всех сил, пытаясь выдрать у закостенелого затхлого страха свою любовь. Она не умела находить нужные, берущие за душу слова. Джаспер смотрел на нее, в его серых глазах шла борьба, его разрывало. Губы дрогнули, чтобы что-то сказать, но он их с силой сжал и упрямо покачал головой. 
- Нет. 
Ну, вот и все. Она проиграла, снова. Элис пустым взглядом посмотрела перед собой, не желая сейчас видеть даже его. 
«А ведь сейчас еще придется вставать, куда-то идти, говорить, дышать… И еще долго быть сильной вплоть до темной ванной». 
- Это все херня, просто ты помешана на подражании своей подружке, это что - сейчас модно или просто хороших девочек потянуло на плохих парней? Или ты играешь в гребанную драматическую актрису, только я в этом не участвую. Что ты мне предлагаешь? Упасть на колени и молить, чтобы ты меня простила, болтать о своей любви? – Он говорил это едко, насмешливо, но именно об этом и мечтал, в точности так, и чтобы она сумела простить. – Проснись, детка, моя любовь заканчивается наутро, одноразовая, как кондомы. Вот это я могу тебе предложить, хочешь? 
Он издевался, но хуже ей уже быть не могло. Интересно только, как ее до сих пор не трясет в приступе? Наверно с нее хватит, пора уходить от него, пока она еще может. 
- Я люблю тебя. – Голос Элис был безразличным, уже смирившимся. 
- Это твоя проблема! – Брендон невесело улыбнулась, и правда, ее, но и Джас не уйдет просто так. 
- А то, что ты любишь меня? 
Она ждала, что Джаспер снова начнет оспаривать, отвергать это, обвинять ее в сумасшествии, самомнении, осыпать насмешками, но Уитлок вдруг дернул волосы у самых корней, а потом взволновано посмотрел ей прямо в глаза: 
- А это твоя самая большая проблема. 
Он резко поднялся и, не оборачиваясь, ушел. 
 
*** 
Белла зашла в класс и все разговоры смолкли. «Потрясающе…» - простонала она про себя и села на третью парту. Впервые за очень долгое время она совсем одна, без друзей, без Эдварда. Уже и забыла, как это неприятно. 
Белла открыла тетрадь и начала бездумно рисовать. Класс постепенно наполнялся, но никто не садился рядом с ней, словно она прокаженная. Это было очень обидно. Последним зашел Бен, парень Анжелы, и, заметив, что осталось только одно место, замялся. 
- Эмм… Извини, мест больше нет, можно сесть с тобой? 
- Конечно! Ты не забыл, мы вроде как знакомы, мы же в кино вместе ездили! 
Парень посмотрел на одноклассников, словно желая оправдаться, но потом передумал и просто сел рядом с ней. 
- Помню, но с тех пор многое изменилось, - уклончиво заметил он, но Свон не собиралась закрывать эту тему. 
- Да?! И что же? 
- Ну, ты встречаешься с Эдвардом Калленом, ты в элите. А чтобы приблизиться к ним, надо сначала спросить, это все знают. 
- Люди, да вы что, совсем свихнулись?! – воскликнула Белла. – Что за мода вешать ярлыки? Ни в какой я не в элите, у меня своя голова на плечах! 
Одноклассники повернулись к ней, ожидая продолжения, оно получилось неожиданным: в класс зашел Тайлер Кроули. Белла поджала губы - этот идиот подбросил ей голоса, выставил ее обманщицей, но это ерунда, главное - он подставил Эдварда. При одном воспоминании о безучастном Каллене, окруженном напирающими шакалами, ей хотелось применить на Тайлере кун-фу. Кроули подошел прямо к ней. «О, здорово, иди-иди сюда…» - Белла хищно прищурилась. 
- Белла, я к тебе. Выйдем на пару слов. 
- Нам не о чем говорить! 
«Как не о чем?! А как же кун-фу-панда?» - расстроилось подсознание. 
- Ладно, тогда здесь: извини, что без твоего ведома подложил тебе голоса. Я хотел, как лучше. 
- Не хотел ты как лучше, ты хотел занять место Эдварда, сам мне хвастался! – ее возмутила его ложь, Тайлер нервно оглянулся. 
- Ладно, ты права, но ты меня прощаешь? 
- И не подумаю. 
- Пожалуйста, Белла! 
Она удивилась его интонации, словно от этого зависела его жизнь. 
- Зачем тебе мое прощение? Тебя вроде это не сильно волновало. 
В этот момент вмешался Остин: 
- Его это и не волнует, просто у него четкие инструкции. 
- В смысле? – не поняла Белла. 
- В смысле Каллен только что проводил экстренную аудиенцию, ребра целы, Кроули? Или снова из-за него попадешь в больницу? 
- Хватит наговаривать на Эдварда, Остин! – ее щеки покраснели от негодования. – Никого он не бил! 
- Ну да, а Тайлер сам сломал себе руку. Скажи, Кроули, если ты не вымолишь у Беллы прощение, что будет? Он сломает тебе вторую руку, ногу? 
- Заткнись, Эванс! – она уже встала с места, сжимая кулаки. 
- Ты должна знать правду, - упрямо надавил Остин и обратился к классу: - Думаю, тут все в какой-то мере пострадали от элиты. 
- Ты просто злишься, что она тебе отказала, - послышался насмешливый голос со стороны двери. Все повернулись и заметили около входа Розали. – Не устраивай цирк, Эванс. Если девушка предпочла Каллена, а не тебя, просто смирись, это правда жизни. 
Белла поняла, что с нее хватит. Роуз попыталась остановить ее и извиниться за инцидент с Элис, но Свон отмахнулась. Выйдя в коридор, она на миг сильно зажала глаза, погружаясь в темноту. 
«Так, сосредоточься, что тебе необходимо?» 
Ответ на этот вопрос всегда был один: идти к Элис. Белла уже машинально шагнула вперед, но остановилась. Нельзя вечно лететь со всеми своими бедами к Эл, пора научиться справляться самой. 
Белла рассеяно остановилась, смотря по сторонам. Перед ней была «стена» живой растительности. Это было то самое место, где она впервые увидела Кая! Белла скользнула в заросли, села на пол и крепко обхватила колени, пытаясь успокоиться. Что ее так расстроило? 
Остин сказал, что Эдвард избил Тайлера, вынудил его извиниться перед ней. Кроули бы сам никогда не пошел на это, не в его стиле… Она ждала Эдварда после урока, но он был слишком занят… У него странные понятия о заботе и навязчивая мысль защитить ее от всего на свете… Белла уткнулась лбом в колени, раскачиваясь все быстрее. 
Нет, она верит ему! Эдвард так изменился, не станет он действовать старыми методами - снова унижать людей, ни во что их не ставить. Ее Эдвард не такой. Он… Он заступился за Элис! Это перекрыло все, ослепляя ее обратно вспыхнувшей верой и гордостью за него. И перед кем – перед Уитлоком, которому раньше слово поперек не мог сказать. 
Успокоившись, Белла решила все же найти Элис, но коротышка как сквозь землю провалилась. Свон написала Каю, и они вдвоем быстро обошли все места, где могла быть Элис. Не нашли ее и решили пойти в столовую. Может Брендон ждет их там? 
Белла машинально села за их старый столик у окна и положила на пустое место Элис белую шоколадку, надеясь, что это приманит потерявшуюся подругу. 
- Что-то случилось? – чутко спросил Кай. – Во что вы умудрились вляпаться без меня? Элис даже телефон отключила. 
- Розали напомнила ей про Ричарда. Элис всегда сильно расстраивается, когда слышит о нем. Она даже ушла с искусства, хотя фанатеет от Оливии. А еще… 
Белла рассказала о том, что произошло перед литературой, и почему она сама сбежала с урока. Ей хотелось услышать мнение Кая. 
- Ты должна определиться: либо веришь Каллену, либо нет. И не колебаться и не изводить вас обоих, просто прими его сторону и стой там без изменений. Ему тоже не просто, он привык жить иначе, никто не говорил, что у него получится сразу. 
Ей очень понравились эти слова, она улыбнулась Вольтури, но тот смотрел за ее спину. А в следующий миг Белла почувствовала, как кто-то запрокидывает ее голову назад и целует в губы. Она пребывает в шоке несколько очень долгих секунд, а затем отталкивает Остина. Кай запоздало подрывается с места и отталкивает парня еще дальше. 
- Какого хрена, Эванс?! – он злится, но далеко не так сильно как она. 
В этот момент все ее добрые чувства и вина перед Остином растаяли. Даже если он влюблен в нее, это совсем не дело, нельзя вот так без спроса, что за на фиг?! 
В столовой повисла тишина. Эванс произвел фурор своим поступком. Поцеловать неприкосновенную Беллу Свон, девушку Каллена, над которой, все знают, как он трясется. Бедняге и жить-то оставалось совсем недолго. Как только Эдвард узнает… 
Вольтури стоял между ней и Остином, хмуро смотря на отчаянного храбреца. 
- Целовать девушку моего лучшего друга? – вдруг вылез вперед Эммет и попытался накинуться на Остина, отстаивая честь друга или ее, поди разберись. Но Белле до тошноты надоели их разборки, драки и прочее, зачем только с острова уезжать? Злясь на Эванса, она встала перед ним: 
- Эм, не надо, не трогай его. 
- Уйти, кнопка, сейчас я его в бараний рог сверну. Будет знать, как к тебе приставать. 
- Не свернешь, - Белла упрямо уперлась кулачками в грудь огромному парню, пытаясь придать себе значимости. – Он идиот и не лечится, но я сама разберусь, это мое дело. 
- Эдвард – мой друг!!! 
- А мой – парень! - закричала, не выдержав, Белла. – Хватит уже, почему все вмешиваются? Я поговорю с ним сама. Остин, какого фига?! 
- Парень, тебе что, мозг жмет? – благоговейно донеслось из толпы. Люди подползали к ним, как дождевые капли на ветровом стекле. 
- Ха-ха… Каллен его убьет… 
- Белла, я не могу объяснить тебе зачем, скоро ты сама поймешь. - Остин выглядел очень самоотверженно. 
- Все, мне надоело. Ты не хочешь быть моим другом. Больше я не буду терпеть, не приближайся ко мне. И сейчас тебе лучше уйти. 
- Ты не понимаешь, я делаю это для тебя… 
Майкл Ньютон в первом ряду зевак злорадно усмехнулся, указывая на вход: 
- Не распыляйся парень, поздно. Вон идет Каллен. 
 
*** 
На математике Эдварду пришло сообщение от Стэнли, которая по-прежнему собирала для него «сведения» – Тайлер выполнил условие, но вмешался Остин. Этот «глас правды» никак не хотел затыкаться и отчаянно выводил его из себя. Сложно было сосредоточиться на новой теме, Каллен постоянно отвлекался, искал выход, как обойти надзор Беллы и добраться до Эванса. 
После урока его задержал Варнер, обсуждая подготовку к олимпиаде. Эдварда раздражала его медлительность и привычка мямлить слова, телефон в руке завибрировал. Он попытался быть вежливым, но не устоял и посмотрел сообщение, а после этого, забыв про все, быстро пошел к двери. 
«Все в столовой. Эванс только что поцеловал Свон». 
Все вокруг сливалось в красное пятно, этого не может быть! Белла только его, никто не смеет… Он убьет Эванса. От одной мысли, что Остин коснулся губ Беллы, его переполняла такая злость, что удивительно, как не плавился под его взглядом пол. Эдвард, размашисто шагая, пнул ногой двери столовой, вошел внутрь и, не затормаживая, пошел к скопившейся толпе. Люди, чувствуя расходящееся от него волнами холодное бешенство, благоразумно отступали. 
В первую очередь Эдвард мельком нашарил взглядом Беллу, но кроме застывшего опасения с ней все было нормально, поэтому он нашел Эванса. Легко оттащив его подальше от нее, Эдвард ударил в грязные губы, разбивая их. Но даже кровь не была способна их очистить. Остин зажал разбитый рот и попытался дать сдачи. Каллен едва почувствовал удар в подбородок. Прижав Эванса к столу, он процедил: 
- Приблизишься к ней еще раз, и я тебя прикончу, и эта не гребанная метафора. 
Остин пытался разжать его руки. Белла пыталась отодрать его от жертвы, громко зовя по имени. Эдвард только отмахнулся. Хватит, он и так долго играл по ее правилам. Тут не придерешься, Остин переступил черту. 
Свон торопливо спотыкаясь, обошла стол и тоже схватилась за его руки вокруг шеи парня. 
- Эдвард, отпусти его сейчас же! – рассержено потребовала она, Каллен только сильнее сжал. Эванс захрипел. – Эммет, чего стоишь? Помоги мне остановить его. 
- Эммет, забери Беллу, - не отрываясь от синеющего лица Остина, потребовал Каллен. Белла поразительно невезучая, необходимо было держать ее подальше от травмоопасных мест. 
Маккартни не подвел - спустя секунду возмущающаяся девчонка была под его надежным «телесным контролем». 
- Ты офигел, кого ты слушаешь! Останови его, а не меня, Эммет! У него будут проблемы. Он задушит Остина. Эдвард, да послушай же ты меня… 
- Тихо, Белла, не дергайся, это его право. Не бойся, не задушит. Но получит по полной. 
- Кай, - отчаянно взмолилась Свон, последняя надежда была только на него. Наблюдатели повернулись к Вольтури, ожидая, что на этот раз предпримет «темная лошадка» их школы. Драма завязывалась похлеще, чем у Шекспира. 
- Нет, Герда, прости, но не подумаю… Остин именно этого и добивается, он специально спровоцировал Каллена. Ты же не поверила, что он побил Тайлера. Очень грубо, Остин, и глупо. Это не показатель, если бы мою девушку поцеловали, я бы тоже выбил тебе зубы. Так что сделать из него животное не получится.
Эдвард растеряно приотпустил руки, Эванс жадно глотнул воздух и хрипло выдавил: 
- Ой ли? Теперь ты видишь, Белла, какой он. Я не врал тебе. 
Чувствуя пробирающий до костей ледяной холод, Эдвард выпрямился и обернулся, ища глазами Свон. Если она поверит Эвансу, если он попался на его уловку… 
Белла стояла, удерживаемая за плечи Эмметом, Кай тоже заметил это и недовольно потребовал убрать от нее руки. Лицо девчонки покраснело от досады, крика, карие глаза хранили такую смесь эмоций, что Эдвард не мог определить приговора. 
- Пошли, выйдем, - процедила Белла, недружелюбно оглядываясь на зевак. 
У нее определенно было много чего сказать, но выяснять отношения на людях не было ее фишкой. Каллен, как приговоренный, пошел за ней след в след, умышлено подстраиваясь и сокращая длину своих шагов до ее. Он снова готов был вернуться под жесткие рамки правил, только бы ему разрешили это... Неугомонный Остин решил оставить последнее слово за собой: 
- Он постоянно врет тебе. Спроси у своего Кая, он тоже знает об этом больше, чем говорит! 
Они услышали спокойный, слегка скучающий голос Вольтури: 
- Слушай, я ведь могу продолжить начатое Калленом, заткнулся б ты… 
*** 
- Эдвард, что на тебя нашло?! Ты едва не задушил его! 
Они стояли в тесной проекторной комнате. Белла смотрела на него расширенными от гнева глазами, требовавшими объяснений. Он вышел за установленные ею рамки и только теперь осознал это. Надо было соображать, как ликвидировать катастрофу, а Каллен мог думать только о том, как блестят ее губы в таком освещении, и что уже целую вечность не прикасался к ее телу. 
- И эта история с Кроули - я верю, что ты его не бил, но признайся, ты заставил его извиниться! 
- Вежливо попросил… - невнятно пробормотал Эдвард, пытаясь оторваться от ее губ. 
- Эдвард, это не дело, мы же не раз говорили об этом. Хватит подавлять людей. Если Тайлер хочет извиниться, то пусть это делает сам. Если Остин плетет интриги, не поддавайся на них, оставь его в покое… 
Она все говорила и говорила, а Эдвард медленно поднял руку и приложил палец к ее губам. Те тут же чувствительно остановились, вслушиваясь в прикосновение. Каллен, как слепой, провел ладонью по ее лицу, вспоминая, как запрокидывается ее голова в момент наивысшего наслаждения, как дрожат ее ноги, вытягиваясь сведенными пальцами. Жар прилил к щекам. Это сумасшествие - не чувствовать ее так долго. 
Белла сбилась и теперь насторожено смотрела на него. Воздух свободно ходил между неплотно сомкнутых губ. Эдвард положил ладонь под ее левую грудь, чтобы почувствовать биение сердца. Как он и думал, оно было гулким и быстрым. 
- Эдвард, что ты… 
- Чш-ш… 
Он не дал ей закончить, шагнул, вынуждая запрокинуть голову вверх и тут же попасться в плен его губ. На него нашло какое-то наваждение. Каллен сам не понимал, что делает, а руки уже скользили по ее телу, забираясь под одежду, ощупывая кожу. 
- Мы же в школе, ты же не… - невнятно между поцелуями выдохнула она. 
Но вскоре эта мысль упорхнула. Они потеряли голову, растворяясь в беззастенчивых блужданиях рук и тяжелом дыхании. Эдвард расстегнул застежку на спине, и, спустя миг, его ладони сдвинули чашечки и накрыли ее грудь. Забывшись, Свон простонала. Он быстро поцеловал ее, заглушая, чтобы остаться незамеченными. 
Это было сумасшествием, но они все-таки сделали это. Возбуждение было настолько сильным, что здравый рассудок отступил в сторону. Спустя минуту, ее джинсы оказались скомканными на полу, а ноги плотно обвитыми вокруг его пояса. Его горячие губы обхватывали и втягивали в себя сосок, руки придерживали бедра, направляя движения. Это было фантастически. В темном помещении слышались только вздохи, заглушаемые стоны и настойчивое движение их тел. 
Эта гонка не могла продлиться долго, оба ее участника слишком долго были на пределе. Белла выгнулась, хватаясь руками за высокую полку. На миг прорисовались ребра, изгиб бедра и соединение их тел. Ее сотрясал оргазм, пальцы на ногах свело. Эдвард почувствовал, что ноги вот-вот подогнутся и опустился на колени, увлекая девушку за собой. Он чувствовал, как его уносит куда-то несоизмеримо высоко, и зацепиться было не за что. 
Когда все закончилось, они не смогли встать - так и остались сидеть переплетенные, взмокшие и обессиленные. Белла обнимала его, положив голову ему на плечо. Ее губы прижимались к открытой коже шеи. Волосы растрепались, и их знакомый аромат туманил его разум. Где-то над головой прозвенел звонок, то ли на урок, то ли с него. 
В любой момент сюда кто-то мог зайти, и только это заставило его прийти в себя. Эдвард погладил ее спину. 
- Ты как? – Девушка только помотала головой, попутно трясь об его подбородок, показывая, что пока еще не может говорить. – Надо привести себя в порядок, кто-нибудь может зайти. 
- Не могу поверить, что мы это сделали здесь. Мы извращенцы? 
- Нет, я люблю тебя. 
- А я тебя. 
Он убрал завесу ее волос, чтобы найти покрасневшие губы, и мягко поцеловал их. 
- Боюсь, все к этому и шло. Ты на меня нездорово действуешь. 
- Я же убрала волосы, - Белла обессилено указала на то, что когда-то было косой. Каллен усмехнулся: - Этого мало. Тебе бы пришлось передвигаться в парандже, и то это бы не облегчило моего состояния. 
- И что нам с этим делать? Так же нельзя! 
- Тогда сдавайся, - коварно предложил он. – Уайльд как-то сказал, что есть только один способ побороть искушение – поддаться ему. 
Белла ничего не ответила, ей понадобилась еще пара минут, чтобы унять дрожь в ногах и, наконец, встать. Одевались они быстро, старательно избегая нечаянных касаний, чтобы все не пошло насмарку, затем оглядели друг друга. Руки синхронно потянулись, устраняя малейшие огрехи, скрывая следы произошедшего. Она поправила воротничок его рубашки, он разгладил ладонями ее волосы от корней по всей длине, прикусив от отчаяния губу. 
- Еще минута и мы никуда отсюда не пойдем. 
Белла схватила его за руку и вышла наружу. Ее лицо горело. Глядя на нее, можно было догадаться если не обо всем, то о большей части. Оказывается, они успели уложиться в большую перемену и не пропустили ни одного урока. 
В классе одноклассники уставились на их крепко сжатые руки. Значит, они все же помирились! Всем было любопытно, какую взбучку устроит Каллену его идейная принцесса, и сейчас ученики были разочарованы: сладкая парочка воссоединилась. 
Ни Кай, ни Элис не пришли на литературу. Эдвард весь урок сжимал бедро Беллы под партой, борясь со вновь нарастающим возбуждением, и совершенно не слушал учителя. Сложно было не думать о том, что только что произошло, не рисовать картинок. Внутри поселилось странное, но приятное чувство - словно маленькое волшебство среди обыкновенной жизни. День начался просто ужасно, он дважды едва не подрался, а сейчас спокойно сидит и его наполняет тепло и расслабленность. 
За минуту до звонка его вызвали к директору. Эдвард не пошевелился, ожидая перемену, и только потом, не отпуская Свон, пошел к директору. У него созрело намерение больше не оставлять ее одну, чтобы она не смогла влипнуть в новые неприятности. 
*** 
Коупа не было, вместо него сидела его жена, ярая фанатка Карлайла и его щедрой спонсорской помощи. Она даже не упомянула про его бойцовский ринг в столовой, только сообщила, что завтра первое собрание комитета. Эдвард и так это знал, поэтому нетерпеливо постукивал пальцами по столу, спеша скорее вернуться к Белле. Миссис Коуп заметила это и отпустила его. 
Белла разговаривала по телефону. Каллен сел на скамейку рядом и начал играть ее локоном, рассматривая его при скудном солнечном свете. Вскоре Эдвард устал ждать и, пока Свон поддакивала кому-то в трубку, он перекинул волосы ей на грудь и поцеловал в шею. Кожа под его губами покрылась мурашками. Он ухмыльнулся, а девчонка отсела и покрутила пальцем у виска. 
- Хорошо, пап, пока. – Она отключилась и повернулась к нему. – Ты с ума сошел? Это был Чарли! 
- Даже шериф не видит через трубку. Чего он хотел? 
- Не он, а Элис. Она уже у меня. Я на физ-ру не пойду, поеду лучше к ней. Не думала, что она так расстроится. 
- А из-за чего она расстроилась? – Ему вдруг в голову пришло, что Джас куда-то запропастился. 
- Хейл снова прошлась по тому, что их бросил отец. 
- Да, Розали та еще с… ладно, неважно. Мне не нравится, что она начала крутиться около тебя. Не доверяй ей. 
- После такого?! И не подумаю! 
- Пошли, я тебя отвезу. 
Свон пыталась уговорить его не пропускать урок, но Эдвард только отмахивался. 
- Ты же приехала с Элис – как ты доберешься? 
- Я позвоню Каю, вот кого от школы, как черта от ладана! Ему только повод дай пропустить уроки. 
- Ты заметила несправедливость? Я вот заметил. 
Белла смущенно улыбнулась и больше не протестовала. Доехали они быстро и остановились за «их» поворотом. Каллен с ухмылкой отстегнул ее ремень безопасности и потянул ее к себе на колени. Белла попыталась возмутиться, но потом обвила его шею руками, соединяясь в глубоком волнующем кровь поцелуе. Через пять минут его руки снова оказались под ее одеждой. Белла покусывала его нижнюю губу и неудобно ерзала. 
- Нам надо остановиться, пока не зашли слишком далеко. Такие экстремальные условия все же не для меня. 
- Да. 
- Оказывается, во мне есть романтичность, - удивленно произнесла Белла, но потом ее веки закрылись от наслаждения - Эдвард целовал за ухом и нежно прикусил мочку. По телу пробежала легкая судорога, ее передернуло. – Ах… О чем я? Да, романтика.. Все эти свечи, цветы, кто бы мог подумать, что мне такое может понравиться? 
У него в голове словно щелкнуло – цветы! Он совсем забыл про подарок. Эдвард оторвался от нее и достал с заднего сидения черную бархатную коробочку. 
- Белла, я совсем забыл. Я хотел подарить тебе это еще утром. 
- Снова подарок?! – воскликнула Свон и прикусила язык. Эдвард в очередной раз был в тупике – а сейчас-то что? – Эмм… вернее я хотела сказать: очень мило, спасибо, он замечательный, спасибо большое, Эдвард… 
- Белла… - вздохнул парень. – Ты его не открыла, подарок внутри. 
- Ой… - Девушка послала ему виноватую улыбку, открыла коробочку и ахнула. – Вот это да! Как красиво, надо будет обязательно его нарисовать! 
Он едва не свел глаза вместе, но удержался, просто радуясь, что ей понравилось. 
- Стекло отъезжает в сторону, его можно потрогать. Это Амариллис - редкий цветок, растет на гавайский островах и в ближних широтах. Я хотел, чтобы он напоминал тебе об острове. 
- Это так здорово. Спасибо, Эдвард! 
Она хотела скорее бежать, ставить его в воду. Каллен объяснил, что ножка цветка погружена в формалин. Можно было смело рассчитывать недели на две его жизни. 
- А потом я его засушу под стеклом! Эдвард, к сожалению, мне действительно пора. Мы сегодня едем в больницу - у Билли последняя процедура интенсивной терапии. Обещали, что он сможет пошевелить пальцами. – Белла была полна энтузиазма, а Эдвард, напротив, окаменел. 
- Билли? Там будут оба Блэка? – его голос звучал холодно, возможно, наступила пора узнать, что у нее было с Джейкобом. 
 
*** 
- Нет, он еще на занятиях - из-за пропусков его едва не отчислили и теперь держат до первого прогула. 
Эдвард слегка выдохнул и приготовился к серьезному разговору. 
- Белла, я хочу знать, что у тебя было с Блэком. 
- А что было у тебя с Ириной и еще половиной школы? – огрызнулась Свон, подтверждая его опасения. – Давай оставим прошлое в прошлом. 
- Значит, прошлое у вас есть. 
- Конечно, есть! Я же его чуть ли не с пеленок знаю. Когда я приезжала, мы с Эл едва ли не жили в Ла-Пуш. Он – мое детство. – Эдвард скрипнул зубами. Совсем не хотелось, чтобы Блэк так много для нее значил. 
- Вы встречались? 
- Это допрос? – нервно спросила Белла, отлично помня кое-какие нарушения их «договора», когда они еще были врагами. Она ведь тогда, можно сказать, обманула его. Каллен молчал, и ей пришлось отвечать. – Нет, не встречались. 
- Но ты знала, что он тебя любит. Блэк всегда вел себя так, будто ты его собственность, всячески выставлял тебя своей девушкой. 
- Джейк был влюблен в Элис до тринадцати лет, я даже подумать не могла, что он… А когда я переехала, он очень изменился и вбил себе в голову, что любит меня. Он очень упрямый, и у него был сложный период. И, кстати, не в последнюю очередь из-за тебя! – У нее всколыхнулось старое негодование. – Я не могла его оттолкнуть, ему необходима была поддержка. 
Эдвард угрюмо уткнулся взглядом в руль и вздохнул. 
- Знаешь, Белла, если ты не врешь, то это не значит, что и другие тоже. Некоторые пользуются твоей наивностью. Я уверен, что Блэк манипулировал твоей жалостью и чувством обязанности. 
- Кстати о манипуляциях… - выразительно подняла брови Свон, намекая, что «кто бы говорил». 
- Я извинился и больше так не делаю. А вот Блэк при любой возможности продолжит. С чего ты вообще взяла, что обязана ему чем-то? Он на славу повеселился, мучая тебя и добиваясь. 
- Он не веселился! Ему было не до этого. Ты не понимаешь, как ему было сложно. 
- Об этом я и говорю… Он приставал к тебе? 
Белла побагровела, вспоминая ночь, когда они столкнулись на кухне. Каллен заметил ее смущение и жестко вцепился взглядом, не давая ускользнуть. 
- Отстань, Эдвард, - отчаянно взмолилась она. – Какое уже дело? 
- Большое. Я хочу знать. 
Ему удалось вытянуть из нее эту постыдную историю, и теперь он сидел, как истукан. Ей совсем не нравилась его ледяная отстраненность. Белла пыталась удержаться от падения в извинения. 
- Мы тогда не встречались. 
- Да, но я же уже тогда нравился тебе! 
- Да, и даже больше, но я всячески отвергала это. И может именно поэтому на меня напали галлюцинации, потому что тогда я целовала не его, а тебя. 
- Что значит «целовала не его, а тебя»? 
- Не знаю, я глаза закрыла, и все получилось как-то само собой. Я только когда их открыла, поняла, что это Джейк. А он жутко обрадовался, подумал, что его «симпатия» взаимна. После этого он и слушать ничего не желал, только твердил, что я боюсь своих чувств к нему, потому что мои родители расстались! 
Белла выдохлась и замолчала, а у него появилось множество вопросов. Иногда казалось, что Белла боится проявлять чувства. Мог ли Блэк быть прав насчет ее родителей? В такой психологии он не был силен и не знал ответа. А еще его мучила мысль, что в глубине души Белла действительно может любить Блэка, и не только как друга. В ее любви к себе Эдвард не сомневался - слишком много им выпало возможностей за короткий срок проверить это, пройти испытаний. Она ни разу не дрогнула, шла за ним, не прощупывая перед собой путь. Это восхищало его и делало уязвимым. Но все же мысль о Джейкобе беспокоила. 
- Ладно, извини. Тогда я, правда, вел себя отвратительно, сходил с ума от ревности. Езжай к Билли и передавай привет коротышке. 
Свон взяла коробочку, забыла рюкзак и поспешила к дому, пришлось ее догонять и отдавать ей ее вещи. 
*** 
Белла тащила большую надувную кроссовку, которую они купили в торговом центре, и поглядывала на Элис, поговорить с ней не удалось – рядом постоянно был Чарли. Коротышка не выглядела расстроенной. Белла вообще затруднялась с оценкой ее состояния. Элис была смущена, витала где-то в облаках и думала о чем-то своем. 
Они все трое были в приподнятом настроении и надеялись на успех Билли. Белле удалось протиснуться в небольшую палату первой. Крестный снова выглядел как раньше, нормальный вес и пышущий здоровьем вид вернулся. Билли просиял при виде них и радушно раскрыл объятия, этого человека невозможно сломить! 
Белла мельком бросила косой взгляд на Эл, поймала ответный, и они кинулись наперегонки. Ей удалось обнять его первым, подруге помешала надувная кроссовка. 
- А это тебе, в знак того, что ты скоро будешь бегать! 
- А почему одна? – изумился мужчина. – Я буду бегать на одной ноге? 
- Нет, конечно! Но мы очень рады твоему выздоровлению. 
- Здравствуй, Бил, - их догнал Чарли. – Вы бы хоть поздоровались сначала, прежде чем накидываться, чертята. 
Они, как примерные девочки, поздоровались, со спины послышался еще один голос: 
- А со мной? 
Белла, чувствуя холодок между лопатками, обернулась и увидела Джейка, сидящего на подоконнике. 
- Джейк, что ты тут делаешь? Я думала, ты в школе. - Смятение мешало думать, и она сболтнула лишнее. Блэк усмехнулся: - Я отпросился. Приятно, что тебя так радует наша встреча, мы ведь давно не виделись. Что-то мешает? 
Он произнес что-то, но имел в виду кто-то, и хоть улыбался, глаза улыбка не тронула, они были злыми. Ох, почему же они с Эдвардом так враждуют? 
- Нет, - спокойно заметила девушка. – Мы с Эл ездили кататься на лыжах. 
- Ты? На лыжах? – Он изогнул бровь. 
- Да. Я на лыжах,- отрезала Свон и повернулась к его отцу: - Билли, расскажи, как проходит лечение, мы так давно не виделись! 
Блэк простодушно не заметил царившего напряжения и пустился в рассказ. Он клялся и божился, что у него мерзнут пятки по ночам, а это значило возвращение чувствительности. Ему удалось разрядить атмосферу, и все снова расслабились. У Элис вернулось мечтательное выражение лица, а Белла подумала о своем и ее лицо запылало. «Нет, только не здесь, не в комнате с моим отцом, крестным и Джейком!» Но картинки не спрашивали разрешения и заполняли ее голову. Длинные аристократичные пальцы Каллена, ласкающие ее тело, его затуманенные дымкой глаза, шелковистая пряжа взъерошенных волос… Белла закинула ногу на ногу и обхватила себя руками – вот что значит держать себя в руках! Жаль только не помогает. Очнувшись, Свон заметила, что Джейк разглядывает ее и залилась краской. Она была смущена, взволнована и возбуждена. 
И было бы здорово, если бы он не смотрел на нее так. 
Белла обрадовалась медсестре, которая увезла Билли на последнюю процедуру. Они остались вчетвером. Чарли рассеяно разговаривал по полицейской рации, с которой не расставался, Элис витала в облаках, а она старательно избегала взгляда Джейка. Потом решила сходить за кофе, Блэк догнал ее в коридоре. 
- Такое ощущение, что ты меня избегаешь. Каллен снова не разрешает со мной общаться, только уже без шантажа? 
Оттого, что это было отчасти правдой, она стала агрессивной. 
- Нет, просто я так и не дождалась извинений! Помнится, кто-то не очень здорово поступил со мной на выборах. 
Лицо парня исказилось виной, он схватил ее за руку: 
- Ты права, Белла. Извини, я не хотел причинять тебе вред. Я пытался подставить Каллена, этот урод заслужил! Он шантажом разлучал нас. 
- Знаешь, в чем твоя беда, Джейк? Ты не заметил, как стал кем-то гораздо хуже, чем он. По крайней мере, об этом говорят твои поступки. 
- Я же извинился, я не знаю, что еще сделать. Ты должна меня простить, Белла. – Было не понятно, умоляет он или вынуждает. 
- Я не должна, но ты мне слишком дорог и, конечно, я со временем прощу тебя, хоть мне и обидно. 
- Тебе обидно?! - Блэк начал сердиться. – Если бы ты не вмешалась, мой план бы сработал - Каллен не выкарабкался. Зачем ты соврала ради него? Люди тебе верят, поверили и ему. 
- Я уже тебе говорила, Джейкоб, - Свон смотрела на него холодно. Он не жалел о своем поступке, только о том, что все провалилось. – Я люблю его, и, естественно, я заступилась за него, потому что он был не виновен. Если это слово не потеряло для тебя смысл. 
- Не говори так, - грубо оборвал Джейк. - Ты не можешь его любить. Сколько уже времени прошло, три недели? Не может же этот бабник быть до сих пор с тобой. 
- Однако это так, спасибо, что радуешься за мое счастье. Ты – настоящий друг! 
Белла обогнула его и пошла в кафетерий, а когда вернулась в палату, Блэка не было. Он решил подождать отца в машине. Чарли отвлекся от рации и спросил, что они планируют делать с философией. 
После нового года пришли их табели с оценками. Все как один учителя вошли в их положение и выставили итоговые оценки, только старуха Гофф засветила им по «неуду». Девчонки переглянулись, понимая, что забыли к ней подойти, о чем честно и сообщили Чарли. От кровавой расправы их спасло возвращение Билли. Тот ликовал и радостно тыкал в свои ноги, они склонились над его правой ступней. 
- Но я клянусь своими предками, он шевелился. Вот! Вы видели?! 
- Видели! – взволнованно подтвердила Эл. Они с восторгом встречали крошечное подергивание крючковатого мизинца, радуясь этому, как в пустыне дождю. Значит, Билли сможет ходить, у него снова появился шанс. 
Освещенные своей новостью, они поспешили обрадовать Джейка. Парень перестал хмуриться и обнял отца. Блэки пригласили их на фирменное индейское блюдо, Белла и Элис торопливо закивали. Но шериф схватил их вертящиеся головы и сурово сказал, что они обязательно отпразднуют эту чудесную новость, только на выходных, а сейчас девочки поедут и будут прилежно готовиться к философии. 
Белла надеялась, что папа пошутил, но дома, к их возмущению, это оказалось правдой. Чарли выключил телевизор, чтобы им не мешать, устроился в гостиной и, как коршун, выглядывал на кухню, чтобы удостовериться, что они читают учебник, а не болтают. 
- Ненавижу старуху! – прошептала Элис, протыкая портрет Платона карандашом. – Попросила б что ли Каллена замолвить за нас словечко, глядишь, и не пришлось бы читать эту муть. Нет, ты только послушай: «Видя равные между собою бревна, или камни, или еще что-нибудь, мы через них постигаем иное, отличное…». Что за ересь?! Я, когда смотрю на бревна, вижу бревна и ничегошеньки не постигаю! Что за иное? Иногда мне кажется, что они говорят, только чтобы говорить. 
- Плюс сто! – простонала Белла. – Вот почему Гофф выбрала эту профессию, она тоже страсть как любит послушать собственный голос. А насчет Эдварда – я никогда не попрошу о таком! Я пытаюсь отучить его от всех этих замашек элиты, чтобы он не задавался. И вообще… Все думают, что раз я с ним встречаюсь, то я стала кем-то другим. Словно я обманом выиграла лотерею и охочусь за его статусом, так и подмывает делать все наоборот, доказать, что я не хочу быть в элите. Я хочу быть самой собой, но, кажется, рядом с ним мне этого не позволят. 
- Не расстраивайся, со временем они привыкнут и успокоятся. Просто Эдвард еще ни с кем не встречался. Даже сплетники однажды устанут. 
- Ну да, на выпускном! 
- Не будь пессимисткой, - захихикала Элис. – Может это произойдет накануне. Осталось всего полтора года! Время быстро летит. Ты уже думала, в какой колледж мы пойдем? 
- Это ты же ответственная, а я рассеянная, забыла? – недовольно спросила Свон и вдруг вспомнила: - Хотя сегодня в больнице ты витала в облаках, о чем ты так усиленно думала? 
- Девочки! – крикнул из гостиной Чарли. – Я слышу, что вы болтаете, учите, иначе рассажу по разным комнатам. 
- Да мы про философию, па! - якобы возмутилась Белла и перегнулась через стол, подставляя подруге ухо, чтобы их не застукали снова. – Рассказывай. 
На лице Брендон появилось то же смятение, что и в больнице, Белле стало еще интереснее. 
- Эм, пожалуй, я начну сначала. После Хейл я расстроилась и ушла с искусства, а в холле третьего этажа сидел Уитлок, совсем один. Я решила, что это шанс поговорить с ним и выяснить правду. 
- Элис! 
- Тихо, не ругайся, лучше дослушай. Конечно, сначала Джаспер язвил и отпирался. Но потом… Он признал, что любит меня, сказал, что это моя главная проблема, и практически сбежал от меня. Белла, он действительно меня любит, - грустно удивилась Элис. – На миг меня накрыла такая радость… А потом наоборот - я поняла, что ты во всем была права. Джас никогда не будет со мной, он слишком боится. Мне было плохо и грустно, мне показалось, что у меня начинается приступ, и я спряталась в картохранилище… 
- Как ты… - начала испуганно Свон, но Элис остановила ее: - Не бойся, это был не приступ, обычная сопливая истерика, вполне здоровая, если об этом так можно сказать. Это даже в своем роде облегчение, просто так поплакать… Без всяких там, ну ты знаешь, - Эл изобразила дергания психа-эпилептика, преувеличивая. Белла до сих пор не понимала, откуда тогда такой мечтательный вид коротышки. 
- И? 
- И на большой перемене меня нашел Кай. И мы целовались. 
 
*** 
Кай уже побывал везде, где можно, Элис как сквозь землю провалилась. Сунув голову в дверь картохранилища, он хотел уже идти дальше, как почувствовал едва ощутимый укол. Зная свою интуицию, Вольтури решил проверить и включил свет. Тот вспыхнул, обнаруживая съежившийся комок на полу между полками. У него упало сердце. Элис выглядела очень плохо. 
- Выключи свет, - сипло попросила девчонка. 
Кай машинально последовал просьбе и присел около нее. 
- Элис, что случилось? 
Как бы хотелось обнять ее, крепко прижать, защитить от всего мира. Но он любил ее, скрывал это и потому не мог. В голове тут же начались просчитываться и варианты. Скорее всего, Уитлок снова обидел ее. Почему так несправедливо, почему его… Он не претендует на свою кандидатуру, он тоже не достоин этой удивительной девушки, но почему Уитлок? 
- Все хорошо. 
- Ну да. 
Как он сможет защитить ее от самой себя? Это безнадежно. Вольтури мог сражаться с ветром, но победить - никогда. Было непривычно чувствовать себя бессильным. Закусив губу, он решительно расправил плечи, с головой ныряя в безнадежное сражение. 
- Это ведь снова Уитлок, он тебя обидел? Я могу помочь ему исчезнуть из твоей жизни. 
- Не надо! 
Элис напугал его вид, она не сомневалась в его словах. Если Вольтури чего-то захочет, то обязательно добьется. 
- Конечно не надо, - усмехнулся Кай, чувствуя на языке горечь. – Помучайся еще немного, так это он? 
Элис подняла голову, темнота не была идеальной, на полу отражался свет из-под двери, он помог различить в ее глазах сомнение. 
- Да. 
- Что он сделал? 
- Неважно. 
Она ответила быстрее, чем подумала, а затем ее накрыло воспоминаниями. Элис съежилась, пытаясь отогнать их. Кай странно дернулся к ней, но остался на месте, словно ему запретили касаться. А ей это было так необходимо. Ужасно хотелось, чтобы он обнял ее, позволил снова спрятаться в своих надежных руках. Элис заплакала именно от этого, а он не понял, с отчаянием спрашивая, что может для нее сделать. Брендон, стиснув зубы, замотала головой, не в силах выдавить, и тут Вольтури нерешительно положил руку на ее спину. Они оба замерли. 
А потом Элис уже не могла сдержаться и быстро перебралась к нему. Не соображая, что делает, только болезненно тянясь стать ближе к Каю, ей необходимо было ее лекарство. Он, конечно же, не оттолкнул, как всегда гостеприимно раскрывая объятия, готовый дать все, что ей потребуется. Слезы снова полились ручьями, только теперь несли облегчение. Она сидела в темноте одна, так долго, и никто не спешил ее спасать. Элис все ждала… И дождалась. А теперь плакала от облегчения и все еще сжимающего сердце комка горя. Джаспер - трус, любит и боится дать им шанс. 
Она заплакала сильнее и кулачками вцепилась в волосы Кая, сжимая их, прижимаясь к нему изо всех сил, чтобы, наконец, почувствовать, что ее не отталкивают. Подумав, что делает ему больно, выпустила его волосы и, извиняясь, бегло погладила их. Он обнимал ее, тихо раскачиваясь и едва слышно говоря, что все будет хорошо. Сейчас Элис чувствовала в нем такую колоссальную потребность, что это было невозможно описать. Кай словно стал с ней одним целым, неделимым. 
На нее нашло какое-то безумие: она судорожно гладила его волосы, ощупывала лицо, дотрагивалась до плеч, пытаясь убедиться, что он материален и не исчезнет. 
- Элис… Что ты делаешь? - Его голос, сорвавшись, дрогнул. Ей было необходимо убедиться… 
- Ты ведь не бросишь меня, как они? Не уйдешь? Всегда будешь рядом, ты обещаешь? 
- Конечно, обещаю! Что за мысли? 
Кай покачал головой, пораженный этим предположением. Он еще не самоубийца, чтобы добровольно он нее уйти. Тем более после того, что ей пришлось пережить. Этому маленькому прекрасному человечку ужасно несправедливо не везло в жизни, ее окружали такие люди как жалкий Ричард Брендон и трусливый Уитлок, и она их любила. Над Элис висел еще один нож, пока невидимый, с правдой на кончике острия. Но пока возможно, он будет держать над ней руки. 
После его слов Элис почувствовала огромное облегчение. Благодарность была так велика, что девчонка не знала, как ее выразить. Она сжала его руку, лихорадочно погладила по волосам, потом, не удержавшись, поцеловала куда-то в район уха через слой волос. Её потянуло сделать это еще раз, и Элис поцеловала его в щеку, раз, другой, крепко обняла за шею. 
В какой-то момент все неуловимо изменилось. Вольтури держался отлично, но все же он не был каменным. Когда Элис дошла и бегло поцеловала его в уголок губ, он жадно развернул к ней лицо. Кай понимал, что это только благодарность, но уже ничего не мог с собой поделать. Его целовала любимая девушка, почти по-настоящему, крышу снесло, и он из последних сил уставился на ее губы, ничего не различая, слыша звон в ушах. 
Элис почувствовала проскочившую искру. В воздухе повисло напряжение. Вдруг четко почувствовалось ее положение, она сидела на нем, и если бы кто-то третий, незнающий, их увидел, то подумал бы абсолютно иное. Но Элис отбросила все это и еще раз поцеловала его в уголок рта. Ей неожиданно понравилось это и, смутно сознавая, что что-то не так, она потянулась дальше, думая понравится ли ей еще больше, если поцеловать не в уголок рта, а в самые губы? 
Губы у Кая были теплыми и с шершавым следом незажившей ранки, с которой он объявился в Финиксе. Ощущения оказались необычайно волнительными, сердце вдруг получило необъяснимый импульс и забилось быстрей. Элис вздрогнула, но не оторвалась, не разъединила поверхности их губ. В эту минуту девушка четко знала только то, что не хочет этого. Плывя и подчиняясь своим неизъяснимым ощущениям, она робко потерлась о крошечный шершавый выступ на его губе своими мягкими и идеально целыми. Внезапно захотелось, чтобы Кай поцеловал ее по-настоящему. Эта несуразная мысль стала наваждением. 
А у бедного парня сгорели все предохранители, эта пытка была слишком сильной для него. Пока Элис проводила свои опыты и прислушивалась к ощущениям, его сердце горело, как нутро ядерного взрыва. Кай сдался. Руки вплелись пальцами в ее волосы, плавно нажали на затылок, впечатывая ее губы в свои. 
Кай почувствовал, что, наконец, жив. Впервые он не думал о следующем шаге, ничего не анализировал, только чувствовал. Он много раз мечтал об Элис, мечтал об их поцелуе, но реальность намного превзошла мечты. Это было так прекрасно. Мгновение растянулось. Он обнимал ее одной рукой, притягивал ее голову другой, не давая ей шевельнуться. Забыв про все, Кай целовал девушку, которую любил больше жизни. 
Их поцелуй был очень долгим, волнующим, заставляющим бежать кровь быстрее. Ему все казалось, что сквозь закрытые веки бьет солнце. Поэтому, когда открыл их и увидел темноту, он подумал, что ослеп. 
Рядом учащенно дышала Элис. Все еще находясь под допингом, Кай не успел испугаться того, что натворил, просто легко, едва касаясь, поладил ее по щеке. Кожа под его пальцами горела. 
- Оу… 
После этого короткого, наполненного смятенным изумлением слова Вольтури опомнился и пришел в ужас. Что она теперь подумает, сбежит ли от него? Испугается? А вдруг Элис поймет, что он без ума от нее и сочтет это предательством? Пока он паниковал, Брендон ошеломленно продолжила: 
- Вот это да… 
- Знаю, - Кай издал нервный смешок и тут же мысленно пнул себя за это. 
- А я нет, что это сейчас было? 
Элис совершенно была сбита с толку, и пока не началась отрицательная фаза, он поспешил предупредить ее: 
- Я понимаю, это неожиданно, и извиняюсь. Просто ты была так расстроена, мне хотелось тебя успокоить. Только не переживай, Элис, все хорошо, только ничего не бойся. – Кай сам начал сбиваться и повторяться. 
- Да я и не боюсь. Просто это было так… Ты почувствовал то же, что и я? – подозрительно решила уточнить Элис. Парень снова издал нервный смешок, подтверждая без слов. – Но это же так удивительно… 
Она смутилась от своих слов, а затем напомнила себе, что рядом Кай, а не кто-то еще, а ему можно доверять. 
- Просто меня очень удивили ощущения, у меня хоть маленький опыт в поцелуях, но это… Ты больше знаешь – так всегда бывает? 
Ее наивный вопрос затруднил его. Надо было не соврать, но и не выдать правды – для него это было самое яркое ощущение в жизни, просто незабываемое. 
- Думаю, нет. 
- Но ведь мы друзья. 
Кай испугался, в ее голосе послышались первые нотки сомнений. Он знал, что Элис все еще безнадежно влюблена в Джаспера, и дружба - его единственный шанс быть рядом с ней, поэтому за него надо цепляться изо всех сил. 
- Конечно друзья, это не изменится, я же обещал. Не переживай так, это был порыв, я совсем не умею успокаивать женщин. Главное, что тебе сейчас лучше. Хочешь, мы уйдем с уроков? Дернем Герду и поедем втроем в пиццерию. 
- Э-э… нет, пусть досидит, а я лучше поеду к ней домой. Мы сегодня едем в больницу к Билли. 
- Отлично, тогда я тебя провожу. 
Кай твердо был намерен не дать ей ускользнуть, потому что вскоре им придется встретиться, и он не хотел неловкости. Важно сохранить тот уровень доверия, что у них есть сейчас. Поэтому он развеет все сомнения по пути, будет привычным другом, пошутит, испортит окончательно ее тщательно укладываемую прическу и посадит в машину. 
*** 
- Ты шутишь! – Белла была в диком восторге от новости. Она готова была скакать до потолка и приписывать этому происшествию невообразимо важную роль. Элис пока сама не знала, как к этому относиться, поэтому и рассказала ей, надеясь, что это поможет все прояснить. – Эл, ну это же просто здорово! Это первая ласточка, теперь у меня снова появилась надежда, так я и знала, что Кай -ьтвоя судьба. 
- Да угомонись ты, оглашенная! - Брендон поймала ее за руку и вернула на место. – Причем тут судьба? Он просто хороший друг и успокаивал меня. 
- Ну да, надо думать, что поцелуи успокаивают. 
- Все, ты язва, и я тебе больше ничего не расскажу! 
- Нет, нет, ты не имеешь право! Так не честно, я хочу услышать все в подробностях: кто первый начал, как это было, что он потом сказал? 
- Ты становишься похожа на Стэнли, - попеняла ей Элис, но вдруг сбилась, вспомнив ощущения: - Это было… странно. 
- В смысле? – не поняла Свон. – Что, так плохо? 
- Нет, что ты! Напротив, - Брендон жутко смутилась, а Белла не поверила глазам: 
- Черт, Эл, я впервые вижу, чтобы ты краснела. Что же такое могло произойти? 
- Не знаю, не допытывайся Белла! Я целовала всего двух людей: Джаспера и Кая, поэтому я не знаю, что произошло. С Джаспером это все было объяснимо, я люблю его, а что это было сегодня, понятия не имею. Если соображу, ты первая узнаешь, а пока просто закроем тему, окей? 
Коротышка сердилась и сама не понимала отчего, просто хотела сменить тему, даже дурацкий Платон с его бревнами был предпочтительней. А еще ей вдруг захотелось, чтобы пришла смска от Вольтури. Обычно они переписывались по вечерам, но сегодня от него пришло всего два сообщения. Возможно, он занят в салоне отца, а возможно она все испортила. Элис боялась изменений, а еще больше – потерь. Кай был жизненно необходим, он – ее лекарство, а раны слишком свежие, чтобы быть безрассудной. 
Они вернулись к учебникам, хоть Белла то и дело отрывалась и пыталась снова заговорить. Вскоре к ним присоединился Чарли, отсекая любую возможность. Свон сердито проткнула Платону нос на картинке.  

Похожие статьи:

Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......



Рейтинг: 0

Добавить комментарий
Комментарии (0)