22 октября 2015 Просмотров: 527 Добавил: Викторишна

По ту сторону от тебя. Глава 7

Глава 7
 
Я из памяти стираю, дождями по стеклу, 
Я буду ластиком, фантастика… 
Убегаю, улетаю, а он прозрачным стал, 
Я с чистого листа хочу начать. 
А нас просто не было, 
Все как во сне было до поры 
Игры для мемори… 
Только зачем, просто молчи 
Сердце, о ком ты плачешь и кричишь, 
Ведь он тебя не приручил, совсем не приручил. 
Просто сотри пароли, ключи 
И никому о нем не говори, 
Сотри его из мемори, сотри… 
В. Дайнеко «Сотри его из мемори»
 
 
Всю ночь бушевала гроза, такая же, такая же, как у меня в душе. Почти до рассвета я просидела на пляже, позволяя дождю разделить мою боль. 
Когда стихия начала стихать, а небо светлеть, я поняла, что пора возвращаться домой. Я не могу позволить, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии. Начнутся вопросы, и что я им скажу? Что безумно люблю мужа своей сестры? Что мечтаю быть на ее месте? Что их свадьба просто уничтожила меня? Не думаю, что это правильно воспримут… 
Еле выйдя к шоссе, так как ноги болели от ран, я остановила машину. Я была благодарна пожилой паре, которая подвезла меня, поверив в историю о том, что я сбежала от пьяного жестокого бой-френда. 
Едва я переоделась в сухую одежду и обработала раны на ногах, как внизу хлопнула входная дверь, вернулись родители. 
Я быстро забралась в постель, укрывшись с головой и притворилась спящей. Скрипнула дверь и узкая полоска света пробилась в комнату. Рене присела на край кровати, легонько тронув меня за плечо: 
- Белла, ты не спишь? 
Я сделала вид, что проснулась от ее голоса, чуть-чуть выглянув из-под одеяла. 
- Мам? – я сонно моргнула. 
- Детка, ты так и не пришла в ресторан, мы волновались… 
- У меня сильно разболелась голова, и я решила не ехать. 
- Хорошо, поговорим позже, спи… - Рене поправила мое одеяло и тихо вышла. 
На следующий день я серьезно заболела. Ночь под проливным дождем дала о себе знать сильной простудой. Родители восприняли мой вчерашний обморок, как симптом начинавшейся болезни. В какой-то степени я была даже рада, мне ничего не хотелось сейчас, как только укрыться с головой под одеялом, а болезнь дала мне эту возможность. Я просто лежала в своей постели, поддаваясь тоске. Иногда я упрямо вспоминала все те немногие счастливые мгновения, что я провела с Эдвардом и улыбалась сквозь слезы. А иногда боль становилась невыносимой, ведь я так сильно любила его. 
Однажды, услышав по радио ту самую песню, под которую мы танцевали с ним, я едва не сломала приемник. Больше она не была моей любимой. 
Элис находилась все это время со мной, поддерживая, как могла. 
- Белла, забудь о том, что было. Просто начни сначала, и все образуется. Ты еще будешь любить и будешь любима в ответ. 
- Нет, Элис! Я никогда не смогу полюбить никого другого. Кто-то может любить хоть тысячи раз, но только не я. Мне не будет нужен никто, кроме него. Я понимаю, что это плохо, но не думаю, что это изменится со временем. Но ты права, я начну новую жизнь. Это история станет мне уроком. Любовь – не для меня, больше я не впущу в свое сердце никого. 
Элис только грустно качала головой. 
По окончанию колледжа, я перебралась в Нью-Йорк, где начала работать редактором в одном из журналов, занимаясь его фотооформлением. Этот шумный и огромный город со своей бурлящей жизнью был идеальным местом, чтобы забыть, стереть все, растворить свою боль в толпе и начать все заново. 
Следуя своим правилам новой жизни, я старалась избегать всех воспоминаний о прошлом. С родителями я редко созванивалась и сразу же находила повод прервать какие-либо упоминания о Розали и Эдварде. 
На праздники я не приезжала, ссылаясь на занятость на работе или болезнь. 
Говорят, что время лечит, но оно не лечит, оно лишь приглушает боль, пряча ее глубоко внутри. Но иногда она все равно выходила наружу в виде воспоминаний об игре Эдварда на рояле, в отыскавшейся на флэшке фотографии, когда я сфотографировала его. 
Прошло уже три года со свадьбы, но все это происходило будто вчера. 
Первое время я частенько мучила себя, невольно представляя картинки семейного счастья молодоженов. Я сходила с ума от ревности, от боли, от зависти, от горечи. 
Но постепенно я прогнала эти видения, не позволяя им пробиться из подсознания. 
Как-то раз кто-то из девушек на работе случайно оставил на столике в моем кабинете один из глянцевых журналов. Я нагнулась, чтобы взять его и отнести в приемную, когда мой взгляд упал на фото на обложке. 
«Богатые, красивые и знаменитые: Розали и Эдвард Каллен!» - гласила надпись на журнале. 
И боль, злорадно улыбаясь, вышла из своего убежища, щедро одаривая меня. 
Я немедленно выбежала в коридор и выбросила журнал в ближайшую урну, словно это была гремучая змея в моей руке. С тех пор я игнорировала средства массовой информации. 
Теперь мне исполнилось двадцать два года, и я стала сильней, чем прежде. 
Я работала главным фоторедактором престижного журнала. Никто не смог бы разглядеть в элегантной деловой девушке ту, что была сломлена первой безответной любовью. 
 
Я завела нескольких друзей, но они ничего не знали о моем прошлом. Элис жила в Лос-Анджелесе, будучи ведущим стилистом на одной из киностудий, собиралась замуж, и мы лишь иногда созванивались по телефону. 
Мужчины проявляли ко мне интерес, но я к ним – нет. Они были лучше или хуже, но у всех был единственный недостаток: они не были ИМ! 
А потому я даже не пыталась начать никаких отношений, заранее зная, что они будут обречены. Клин клином вышибают - это не для меня. 
Я позволяла себе принять букет или согласиться на обед, но и только. Никаких прикосновений или поцелуев, я не могла даже представить, что меня может касаться другой мужчина. 
Элис в редких разговорах постоянно спрашивала меня, появился ли у меня молодой человек и ругала, когда я отвечала отрицательно. Стараясь не огорчать ее лишний раз, я врала, что встречалась с кем-то. 
Да, мне было немного одиноко в моей небольшой квартире недалеко от Центрального парка, но другой мужчина не мог избавить меня от одиночества. Это было бы одиночество вдвоем. 
Я не хотела никому давать надежду, поэтому, получив букет или сходив на ужин, я сразу же расставляла все точки над «и», объясняя, что мне не нужны сейчас отношения. 
Днем я была занята, но вот по вечерам, несмотря на все мои старания, память услужливо подбрасывала воспоминания из глубины моего сердца. 
Как бы я не отрицала, я скучала по Эдварду, не видеть его совсем было куда тяжелее, чем видеть его с другой. 
Иногда желание хоть одним глазком взглянуть на него, пусть издалека, захлестывало меня. Но я не могла этого сделать, даже если бы захотела. 
В такие моменты сны становились моим утешением, даря встречу с ним хотя бы там, в царстве грез, и я была счастлива. Но просыпаться утром после таких снов было особенно больно. 

Если бы я только знала, что скоро мое желание исполнится…  

Похожие статьи:

Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......




Добавить комментарий
Комментарии (0)