22 октября 2015 Просмотров: 537 Добавил: Викторишна

По ту сторону от тебя. Глава 14

Глава 14.
Pov Эдвард 
 
Плачь и смотри, 
Со стороны, 
У нее глаза твои. 
И если бы не ты, 
Мы бы были втроем... 
Непара "Плачь и смотри"
 
 
«Кто-нибудь, выключите этот ужасный звук!». Но никто меня не услышал, а будильник продолжал звонить, все сильнее увеличивая громкость. 
Чертыхаясь, я, не открывая глаз, сшиб его рукой с тумбочки, стоящей возле кровати. Наступила блаженная тишина, и я опять провалился в глубокий сон. 
Когда я проснулся, было уже далеко за полдень, солнце нещадно слепило по глазам, а голова раскалывалась на части. 
С трудом встав, я отправился в душ - это первое, что мне было необходимо. 
Освежившись, заодно и окончательно проснувшись, я вышел из ванной. 
Оглядев синюю спальню своего пентхауса в Нью-Йорке, я увидел пустую бутылку из-под виски, валявшуюся на полу. 
Да, вчера я опустошил ее после очередной ссоры с Розали, которая, хлопнув дверью, улетела на очередные съемки. 
С каждым годом наша совместная жизнь становилась все хуже. Хотя нас и семьей-то назвать можно было только на бумаге. А на деле были только моя работа и ее бесконечные съемки, тусовки, показы, клубы. 
Мне, к моим тридцати годам, хотелось уже настоящую семью, как у моих родителей. Семью с детьми, семейными традициями, собакой, наконец! 
Но моей жене это вовсе не было нужно, все, что ее интересовало – это обманчивый яркий глянец обложек, деньги, шикарные драгоценности, бесконечные вечеринки с реками алкоголя и куча дизайнерских шмоток. 
Вчерашний скандал был лишь одним из череды многих. 
Черт, как же мне все это надоело! Меня затягивало это болото вечных ссор, недомолвок, разочарования, злости. Жизнь растрачивалась впустую. 
Никакой любви уже не осталось. А была ли она вообще? 
Оглядываясь назад, я теперь уже видел, что попал в ловушку, ослепленный искусственным блеском Розали. Это было словно наваждение для меня, а она, скорее всего вообще ничего ко мне не испытывала, кроме жажды наживы на моих деньгах, связях и положении в обществе. 
Я почувствовал омерзение ко всему здесь. Нет, я не могу сейчас оставаться в этой квартире, это просто убивает меня. 
Отыскав ключи от машины, я отправился туда, где мог найти сейчас покой и отвлечься от всего. Я приехал в загородный дом родителей, находившийся в двух часах езды от Нью-Йорка. 
Двухэтажный дом из светло-коричневого кирпича был покрыт красной черепицей, его окружала зеленая лужайка с тропинками из мелкой гальки. 
Здесь никого не было, кроме пары работников, присматривавших за домом. 
Переговорив с Джейн, экономкой, я отправился к своему любимому месту: на задний двор к плетеному гамаку. Это то, в чем я нуждался. 
Развалившись в нем, я просто уставился в бездонное голубое небо, что бывает в начале осени. 
Видимо, я задремал на свежем воздухе, потому что вдруг неожиданно дернулся, когда кто-то потряс меня за плечо. 
Резко сев, я увидел перед собой разъяренную Элис и не успел даже подумать, как она здесь оказалась, как мою левую щеку обожгла пощечина. 
Ошалев, я стал поднимать руку к щеке и тут же получил вторую оплеуху по другой щеке. Лишь тогда я смог перехватить руку сестры, занесенную для третьего удара. В бешенстве я вскочил на ноги и заорал: 
- Элис, ты с ума сошла?! Что это за выходки? Как ты вообще здесь оказалась? 
- Я? Я с ума не сошла, в отличие от тебя. Мне пришлось несколько часов тащиться из города, чтобы найти тебя. Ну, теперь-то ты мне за все поплатишься, паршивец! – прокричала она мне в ответ и толкнула назад. 
Мои щеки горели, так же, как и глаза Элис. Я никогда раньше не видел сестру в такой ярости. Этому должна быть причина, и мне надо ее узнать, пока она не растерзала меня на куски. 
- Да что случилось, Элис? Ты можешь объяснить? 
- Это ты мне объясни, что ты сделал со своей жизнью, а? Прячешься здесь? От чего или от кого? Не от своей ли обожаемой женушки? 
- Даже если и так, причем здесь ты? И за что я должен поплатиться? 
- А ведь я говорила тебе тогда, что она тебе не пара, что ты не будешь счастлив с ней, но ты никого не слушал, захлебываясь в своем щенячьем восторге перед ней. И вот что получил, променяв бриллиант на дешевую безделушку, насквозь фальшивую. И ладно бы тогда, но ты, идиот, умудрился сделать это дважды! Упустив свое истинное счастье и искалечив жизни других людей! – в запале говорила Элис, но я никак не мог понять, о чем она? 
- Элис, о чем ты? Я ничего не понимаю… 
- О чем я? Вот об этом… - она открыла свою сумочку и достала несколько фотографий оттуда. Одну она бросила мне на колени. 
Опустив взгляд, я увидел на фото маленького ребенка, судя по розовому вязаному костюмчику - девочки, совсем крошечной, наверное, даже новорожденной. 
Я вопросительно посмотрел на сестру, она же внимательно смотрела на меня в ответ. 
- Видишь эту малышку, здесь ей только месяц, - сказала она и достала еще одну фотографию, - а вот здесь уже полгода. 
Та же девочка, только больше. 
- Но… - начал было я, но она не дала мне и рта раскрыть, протягивая еще фотографии. 
- А вот здесь уже год, а вот такая она сейчас, ей два года и три месяца. 
Посмотрел? Так вот, это Мелинда, твоя дочь! – выдала она, и меня словно током ударило. 
- Что? Что ты говоришь, Элис? – прохрипел я. 
- Что слышал, эта очаровательная малышка – твоя родная дочь. Удивлен? 
Да, я в курсе, что ты и не предполагал, что стал отцом. Это же надо дойти до такого… До чего ты докатился, Эдвард Каллен, не знать собственного ребенка! – Элис сокрушенно покачала головой. 
Мой мозг отказывался принимать ее слова. Это просто невозможно… 
Непостижимо… Дочь? Я – отец? Нет, это только неудачная шутка Элис. 
- Элис, твоя шутка вовсе не смешна. Этого не может быть, я … 
- Что ты? Что ты идиот, это я уже и так поняла. Это вовсе не шутка. Мелинда родилась восемнадцатого июня две тысячи десятого года, посмотри на фото и если ты не видишь, что она твоя копия, то тебе срочно нужно к врачу, чтобы он выписал тебе очки. 
Я послушно опустил взгляд вниз, на фото. Девочка была очень красива, зеленые глазки, румяные щечки, рыжеватые локоны обрамляли круглое личико. Рыжеватые волосы… Зеленые глаза… 
Я словно впал в ступор. Девочка действительно была похожа на меня, но как… 
- Ну что, похожа? Она на самом деле твоя, Эдвард! Хоть ты и не заслуживаешь такую чудесную дочку. А вот кто ее мать, подумай сам! – с этими словами Элис ушла в сторону дома, оставив меня в полнейшем шоке и замешательстве. 
Я молча вглядывался в фотографию малышки, пытаясь разгадать эту загадку. 
Так, Эдвард, соберись. Девочке сейчас два года, следовательно, она должна быть зачата около трех лет назад. Я судорожно вспоминал тот далекий две тысячи девятый год. Да, у меня была пара встреч на стороне, но это уже в этом году, а тогда я еще не изменял Розали. 
Я прокручивал в голове события того года, так… поездка в Италию… переезд в Нью-Йорк… открытие нового офиса…встречи… Встречи! 
Я вздрогнул от пронзившей меня догадки. Я встретил Беллу тогда в сентябре 2009 года. О, боже, Белла! Та ночь… 
Это было мучительно, и я приказал себе не вспоминать об этом. 
Я провел с Беллой ночь, которой не должно было быть. Неужели тогда… 
Перед глазами всплыл образ грустной девушки, стоящей возле окна тем утром, когда я уходил. 
Я не помню, предохранялись ли мы... Я-то, очевидно, нет, но она… 
Боже, это было начало октября, а девочка родилась в июне, по срокам подходит. К тому же, Элис дружила с Беллой и вот откуда у нее фотографии. 
Неужели Белла родила от меня дочь, неужели это правда? Это же… 
Я чувствовал, что моя голова сейчас взорвется от количества информации и эмоций, бушующих во мне. Я встал, направляясь к дому. Элис должна мне все объяснить, надеюсь, она не уехала. 
Как безумный, я ворвался в дом, распахивая дверь. В гостиной никого не было. 
- Элис! Элис!!! – закричал я на весь дом. 
- И нечего так орать! Вижу, тебя осенило? – ответила она, появляясь из кухни со стаканом сока в руках. 
- Это Белла, ведь так? Белла – мать этой девочки? – спросил я, задыхаясь от волнения. 
- Нет, она не мать этой девочки. Она – мать твоей дочери, вашей дочери. 
Значит, ты все-таки помнишь, а теперь, будь добр, объясни-ка мне, что ты сделал? Как ты мог использовать Беллу и выбросить, словно ненужную игрушку, оставив в одиночестве растить ребенка? 
- Я не знаю, что она сказала тебе, но все не так. Я ничего не знал о ребенке, я даже не мог и представить, что она беременна… Элис, ты знаешь, где она сейчас живет, ты должна дать мне ее адрес! 
- Не раньше, чем ты мне все объяснишь! 
- Хорошо. Это произошло три года назад. Я открыл новый офис и в один из дней встретил Беллу в холле. Я был рад ее видеть, мы начали общаться, как раньше, обедали вместе иногда. Мне нравилось бывать с ней. 
А потом был тот благотворительный бал, и она появилась там. Такая красивая… Мы танцевали, затем она быстро ушла, а я, вернувшись домой, поссорился с Розали. Выскочив из дома, я поехал, куда глаза глядят. Сам не знаю как, но я оказался у Беллы дома. Когда я увидел ее, то почувствовал… 
Она нужна была мне, я не смог сопротивляться соблазну… 
Утром я пожалел обо всем, я понял, как это было нечестно и неправильно по отношению к ней. Я извинился, она попросила меня уйти, и я так и сделал. 
Я терзался угрызениями совести, ты даже представить не можешь, Элис, как плохо мне было. Я хотел пойти к ней, но что от этого будет только хуже и ей, и мне. Я постарался похоронить эти воспоминания, и это срабатывало до сегодняшнего дня. Если бы я только знал, что она носит моего ребенка… 
Я ведь так хотел детей, но, Розали – нет! Ты знаешь… 
И теперь я узнаю, что у меня есть дочь, что я отец уже больше двух лет! Почему ты не сказала мне об этом раньше, Элис? 
- Потому что сама узнала об этом только вчера. Белла возненавидит меня за то, что я рассказала тебе, ведь я обещала сохранить ее тайну. Но я думала не о ней и даже не о тебе, а о ребенке, который не должен страдать из-за ошибок взрослых. Я случайно встретила их в кафе. Белла избегала меня последнее время, мы даже по телефону почти не говорили. Бедняжка, она скрывала это ото всех… 
- Ото всех? Погоди, Рене и Чарли не знают? Хотя, если бы знали, то непременно поделились бы новостью с Розали, и я бы узнал. 
- Да, они не знают. Тогда Белле пришлось бы объяснять им, кто отец девочки, а что она могла им сказать? К тому же, она боялась, ведь ваше сходство с Мелиндой настолько очевидно. Я сразу догадалась. 
- Боже, она была совсем одна? Или нет? Скажи, у Беллы есть кто-нибудь? 
- Конечно, нет. Это же Белла, она не из тех, кто меняет мужчин, как перчатки и каждый день заводит интрижки. 
Я слушал Элис, она права: Белла не из тех, кто заводит мимолетные интрижки. Тогда почему она не оттолкнула меня тогда? Почему провела ночь со мной? У нее были какие-то чувства ко мне? Если да, то все еще хуже, чем я мог себе представить. 
- Элис, расскажи мне о них, пожалуйста… - попросил я. 
- Белла так повзрослела и похорошела, она замечательная мама, так любит свою девочку. А Мелинда – просто чудо! Такая умная и красивая, я просто без ума от нее и собираюсь стать лучшей тетей в мире! – она серьезно посмотрела на меня. – А ты, Эдвард? Что ты намерен делать? 
Хороший вопрос. Я и сам не знал ответа на него. Столько всего обрушилось на меня за последний день. Я знал, что должен увидеть Беллу и мою дочь. Мою дочь. Это так странно и непривычно звучало. 
Я не знаю, как сложатся наши отношения с Беллой, но от своего ребенка я больше не откажусь. 
- Я намерен стать отцом, настоящим отцом для своей дочери, - ответил я вслух. – Ты дашь мне адрес? 
- Да, но прошу тебя, не наделай еще больше ошибок и поаккуратнее с Беллой, не рань ее сильнее. Она этого не заслужила. 
- Не волнуйся, Элис. Я не наврежу Белле, она подарила мне дочь, и за это я до конца жизни буду благодарен ей. 
Взглянув на адрес, я грустно усмехнулся. Я жил в одном городе со своей дочерью и не знал об этом. 
После отъезда сестры я сел в кресло, обхватив голову руками. Мысли просто разрывали меня, и я пытался остановить этот поток, разобраться во всем этом хаосе чувств. 
Нужно все обдумать, понять, как двигаться дальше и куда, расставить приоритеты. Хотя, какие приоритеты? Он сейчас только один – моя дочь. 
Я снова взял фотографии со столика, вновь и вновь рассматривая их, жадно впитывая каждую деталь, каждую черточку родного существа. 
Вот малышка, такая маленькая, беззащитная, хрупкая в своем розовом костюмчике, ее глазки были закрыты, но рыжие волосики, выбивающиеся из-под шапочки, безошибочно указывали на наше с ней родство. 
А я не был с ней, хотя должен был быть с первых минут ее жизни, оберегать и защищать мою малышку. Я ни разу не держал ее на руках, не гулял в парке. 
Я потерял возможность столько увидеть в ее жизни… 
Мой взгляд остановился на последней фотографии. Моя девочка была такой красивой, как ангелочек, и мне хотелось прижать ее к себе, любить и баловать. Но пока, вместо своего ребёнка, я прижал к сердцу фотографию. 
Я все исправлю, обязательно исправлю. 
 

 

Похожие статьи:

Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...




Добавить комментарий
Комментарии (0)