9 мая 2015 Просмотров: 1250 Добавил: Викторишна

Как влюбить в себя жену? Глава 6

Глава 6 Он не так уж плох?

BPOV

Проснувшись ближе к ночи, я поняла, что меня лихорадит, но я пыталась вести себя как можно тише – Эдвард не должен был услышать меня. Хотя вряд ли он смог уловить какие-то звуки, находясь в другой части дома. Мне казалось - я превращаюсь в лед. Холод был столь обжигающим - сдерживать дрожь, пронзающее мое тело, ни капельки не получалось.
Я почти ничего не помню из происходящего после возвращения из больницы, знаю только - Эдвард периодически давал мне лекарства, и заставлял больше пить. В голове была полная каша. Только я с моим везеньем могла заработать сотрясение, свалившись в ванной от обморока.

Простынь совершенно не согревала - на острове, где круглый год лето, скорее всего, не припасены теплые одеяла. Эдвард предупреждал о вероятности у меня легкой лихорадки и просил позвать его, если она начнется. Но я не собиралась этого делать. Терпеть не могла болеть, а сейчас, особенно, когда Эдвард не спускал с меня глаз. Целый день он просидел со мной в комнате, разбирая бумаги в кресле у окна и приглядывая за мной. Это невероятно напрягало, но вскоре я вздохнула с облегченьем: несколько часов назад ему позвонил Джаспер, и он отправился в свой кабинет «уладить некоторые вопросы», как он сказал.

Послышались шаги Эдварда. Войдя в спальню, он остановился на пороге, глядя на меня. В комнате горел ночник, и мой муж он мог свободно меня рассматривать. Мне все-таки не удалось скрыть от него свою дрожь, так как прозвучал вопрос:

- Холодно?

И почему он такой наблюдательный?

- Вовсе нет.

Я ведь не обязана говорить ему правду.

Он хрипло рассмеялся от моей неуклюжей попытки обмануть.

- Ты совсем не умеешь врать, котенок. Не волнуйся, я тебя согрею.

Подойдя к постели, Эдвард начал снимать с себя одежду: стянув рубашку, он принялся за пояс брюк - металлическая пряжка звякнула, заставляя меня нервно вздрогнуть. Брюки присоединились на полу к рубашке. Я не могла не признать - его тело было великолепным, не слишком накаченным, но и не хилым - как раз то, что нужно. Даже в таком состоянии мне вновь захотелось запечатлеть его на полотне, не знаю причины, но он завораживал меня.

Оставшись в одних боксерах, он приподнял край простыни и забрался ко мне в кровать. Притянув мое дрожащее тело вплотную к своему, муж не дал мне возможности возразить. Но мне и не хотелось противиться - его жаркое тело, соприкасаясь с моим, дарило мне блаженное тепло, в котором я так нуждалась. Обернув вокруг меня руки, он практически укрыл меня своим телом. На мне была его футболка - Эдвард вновь одел ее на меня, после нашего возвращения из города, прежде чем уложить свою больную жену в постель. Собравшись вокруг талии, она не прикрывала мои ноги, которые находились между ногами Эдварда, и я чувствовала электрические импульсы там, где соприкасалась обнаженная кожа наших бедер. Мне было немного страшно находиться так близко с его почти обнаженным телом - воспоминания о недавней брачной ночи все еще пугали меня, но я молилась, чтобы он вновь не причинил мне такую адскую боль. Не столько физически, сколь душевно.

Как ни странно, но мне было удобно в его объятьях, будто так и должно быть. Хотя дрожь и не прошла полностью, я должна была признать: мне стало намного лучше в руках Эдварда.

Он легкими движениями растирал мне руки от локтей до плеч, разогревая мою кожу. Лежа уткнувшись мне в шею, он учащенно дышал, иногда покрывая ее поцелуями. Я спрашивала себя, почему вместо желания прекратить это в корне, я с нетерпеньем ожидала следующее прикосновение его губ к моей коже.

Когда я в очередной раз вздрогнула, он прошептал мне на ушко.

- Хм… Знаешь, котенок, если снимешь футболку, согреешься намного быстрее. 

Я тут же перестала вздрагивать. От чего он приглушенно рассмеялся мне в шею. Думаю, ему нравилось меня дразнить, и моя реакция на его провоцирующие поползновения. Хотя я совершенно не понимала, что в этом забавного.

EPOV

Боже, дай мне сил! Я еле себя сдерживал, чувствуя, как ее грудь вплотную прижимается к моей. Я даже мог ощущать ее соски через эту долбанную футболку. Это было так чертовски сложно сдерживаться, находясь так близко к той, которую настолько сильно желаешь. Я прекрасно понимал, что сейчас не позволю себе трахнуть ее. Я бы конечно мог, но мне не хотелось усугублять сложившуюся ситуацию – моей жене и без того было плохо. Черт, прекрати об этом думать. Легче сказать, чем сделать - ее дрожь лишь увеличивала мое возбуждение. Пытаясь хоть как то отвлечься, я предложил ей снять майку - она тут же замерла, вызвав у меня смех. Я уже столько видел ее голой за сегодняшний день, а она до сих пор умудряется стесняться меня. Я не мог не признать, что именно это и привлекало меня в ней. Я никогда не знал, чего ожидать. Я так привык к моей жизни по своим собственным правилам, но Белле всегда удавалось их нарушать. Я никогда не мог предугадать ее реакцию, на что-либо сказанное мной. И это злило и интриговало одновременно.

Наблюдая за ней весь день сидя у окна и пытаясь сосредоточиться на бумагах, я понял, что совершенно не жалею о принятом мной решении заполучить ее. Звонок Джаспера заставил меня ненадолго отвлечься от моей молодой жены. Этот чертов Блек еще ответит мне за испорченный медовый месяц. Как выяснилось, он подослал к нам в компанию своего человека, который и организовал все это массовое отравление штата работников. Я даже не пытался понять, для чего он выбрал именно этот по-детски глупый способ мне насолить. Видимо, сделка с Вольтури не на шутку разозлила этого психа. Заказ должен был получить он, но как только итальянская строительная компания выяснила дурные наклонности Блека, они отказались с ним сотрудничать. И естественно этот заказ получил я. Не один уважающий себя бизнесмен не заключит важную сделку с наркоманом и пьяницей. Коим, несомненно, Блек и являлся. В своем намерении достать меня, он ввязал в это и Мейсона. Этот ублюдок знал, на какие точки давить, пытаясь меня обыграть. Он надеялся, что употребление Мейсоном с ним на пару кокса как-то скажется на моей репутации. Но этого не произошло - я не позволил дойти этой информации даже до родителей, не говоря уже о прессе. В свои двадцать четыре года Джейкоб Блек имел довольно-таки большой послужной список в полиции, в отличии от меня, всего добившегося своими усилиями. Этот тип был всего лишь избалованным папенькиным сыночком, которому все досталось по рождению - это его и бесило. Он был уверен - таким как я, не место среди таких принцесс, подобных ему. Не скрою, мне доставляло огромное удовольствие соперничество с ним. Я знал - в любом случае останусь в выигрыше. Я всегда выигрывал. Но в этот раз он перешел границы дозволенного, и ему придется за это ответить.

Белла зашевелилась, напоминая о себе. Я и не заметил, что уже некоторое время лежал неподвижно, уткнувшись ей в шею. Вспомнив, чем бы я сейчас мог заниматься со своей прекрасной женой, моя злость на Блека вспыхнула с новой силой. Почувствовав мой гнев, Белла дернулась в моих объятиях. Взяв ее за руки, я положил их к себе на плечи, заставляя ее приобнять меня. Она вздохнула, но подчинилась.

- Как насчет поцелуя на ночь, котенок?

Мне нужно было отвлечься от мыслей о Блеке, к тому же я уже сутки не ощущал потрясающего вкуса рта своей жены. Мне было просто необходимо чувствовать ее рот на своих губах, и сейчас я был ужасно доволен собой из-за сделки, заключенной с ней вчера на террасе. Она должна была ответить мне на поцелуй, хочет она этого или нет. Я знал - она не горит желанием целовать меня, но я не мог себе в этом отказать, да и не хотел. Приподнявшись на руках, я склонился над ней, всматриваясь в черты ее лица и отмечая, что даже бледная и с кругами под глазами, она все же была для меня самой прекрасной женщиной на земле. Наклонившись, я слегка приник к ее губам. Простое прикосновение, не углубляясь и не используя язык. Но даже от такого незамысловатого действия, я почувствовал тепло пробежавшееся по моим венам.

- Пожалуйста, Белла, просто поцелуй.

Вздохнув, она запустила свои пальчики мне в волосы, и, притянув ближе мою голову, прильнула к моим губам в нежном поцелуе. Стараясь держать себя в руках и не касаться ее, зная, что в противном случае не смогу бороться с искушением взять ее, я обхватил руками подушку, на которой лежала ее голова. Мы целовались не спеша, не используя языки лишь соприкасаясь губами. Это так отличалось от всего, происходящего между нами раньше, но от этого не менее приятно. Поняв - еще немного, и потеряю контроль над ситуацией, я отстранился и, взглянув в ее глаза, не увидел в них того, что замечал при наших прежних поцелуях. Я не знал, какие именно эмоции отражались в них, но это были не гнев и смущение, к которым я так привык. Вновь уткнувшись ей в шею, я перевернул нас на бок и, покрепче ее обняв, попытался расслабиться. Белла так и не убрала свои пальчики из моих волос, вместо этого она успокаивающе массировала кожу головы, от чего я чуть не замурлыкал как довольный кот. Странно, я терпеть не мог, когда женщины трогали мои волосы. Это была последняя вещь, о которой я подумал, прежде чем провалиться в сон.

BPOV

Лихорадка спала, хоть и не полностью, но я уже не дрожала, как час назад. Я все равно не могла забыться сном, в отличие от Эдварда, уснувшего минут двадцать назад, но так и продолжившего даже во сне сжимать меня в своих объятьях. Было очень странно называть его по имени - даже в мыслях я никогда не позволяла себе этого делать. После нашего первого поцелуя он никак не давал понять, что хоть как-то помнит тот случай в беседке. Он никогда не заговаривал на эту тему, и не намекал, будто подобного эпизода и не было в его жизни - и я была ему очень благодарна. Не могу отрицать - я иногда и ловила на себе его голодный взгляд - за последние четыре года он стал появляться в доме Карлайла намного чаще, чем раньше. И каждый праздник проходил для меня в огромном напряжении, учитывая, что мы с Каленами проводили их вместе. Первые два года я буквально тряслась за столом, боясь даже поднять глаза на него. Не знаю, каким образом, но каждый раз он оказывался напротив меня за столом, хотя я пыталась всякий раз садиться на разные места. За последний год я практически забыла о том поцелуе, и перестала обращать на него внимание, и поэтому я была так удивлена, когда он заявился ко мне в дом со своим предложением.

Вздохнув во сне, Эдвард перевернул меня, меняя положение, и я вновь оказалась под ним. Его голова лежала на моей груди, и я до сих пор перебирала его волосы, играя с ними - они были такими мягкими и приятными на ощупь, и я просто не могла заставить себя оторвать от них свои руки. Сказать по правде, мне всегда нравились его волосы, они всегда так сияли на солнце и каждый раз, когда мы устраивали барбекю на заднем дворе Каленов, я украдкой любовалась ими. Но я не думала, что наощупь они будут еще прекраснее. И возможно, он сам окажется намного лучше, чем мне представлялось.

- Нет, Эдвард, его сначала нужно обжарить!

Ух, кто бы мог предположить, что Кален как кулинар, может быть столь изматывающим? Мы уже битый час пытались приготовить простой куриный суп. На деле - с Эдвардом на кухне нет ничего простого.

Проснувшись и позавтракав, мы сидели на террасе: я читала книгу, которую нашла в его кабинете, а Эдвард занимался какими-то бумагами. Мне стало лучше, но ненамного, по крайней мере, я могла передвигаться, но голова все еще кружилась. Эдвард сказал, что это из-за удара. Я как раз радовалась своему неожиданному везению - я заболела, и была благодарна своему недомоганию, хоть со стороны это может показаться многим явным моим сумасшествием. Если бы не мое самочувствие, уверена - я бы в данный момент оказалась под Эдвардом в весьма недвусмысленной позе. А мне нужно было время, собраться и подумать над всей этой нелегкой ситуацией, в которой я оказалась. Трель телефона заставила меня вздрогнуть от неожиданности. Достав из кармана джинсов мобильник, Эдвард ответил на звонок. Он начал ругаться на неизвестном мне языке – кажется, по-итальянски, и я абсолютно не понимала причин его гнева. И если честно, я опасалась последствий, которые могли сказаться и на мне. К счастью, такого не случилось. Отключившись, он сообщил мне - прислуга, нанятая Джаспером, не приедет, а на поиск новой уйдет не один день - он не может брать людей, не проверив их. Я предложила сама приготовить обед, и на это Эдвард, конечно, не согласился, мотивируя моей слабостью, и что он не жаждет возиться с еще одним моим обмороком. В итоге, он отправился на кухню, оставив меня одну на террасе. Через полчаса мне надоело это безделье, и я решила отправиться на разведку и проверить, как продвигаются дела на кухне. Первое, что я почувствовала, это запах гари, а второе, ругательства Калена, которыми он сыпал, не переставая. Первый опыт не удался.

И вот сейчас я сидела за барной стойкой и давала ему распоряжения, как исправить катастрофическое положение. Задачей усложнялась - он совершенно не любил признавать свою несостоятельность в любой сфере деятельности. Упрямец не разрешал мне помогать - думаю, он начал воспринимать это как личный вызов его кулинарным талантам.

- Какая разница, обжаривать его или нет? Все равно он окажется в кастрюле, - раздраженно ворчал он, еще больше меня рассмешив.
Я попыталась замаскировать смех под кашель. Он как раз искал сковороду, но как только услышал меня, обернулся и с прищуром посмотрел в мою сторону.

- Что? Я предлагала сделать все самой.

Как ни странно, но обстановка между нами не была напряженной - это было так забавно следить за его попытками готовить. Мое настроение с каждой минутой взлетало все выше - я действительно наслаждалась всем этим. Взяв сковородку Эдвард, встал у плиты и поставил ее на огонь, налив в нее масло без моей подсказки. Он сразу бросил в нее нашинкованный им ранее лук, не дожидаясь пока она нагреется. Я, конечно, могла бы указать ему на это, но воздержалась - не стоит злить тигра, а то еще покусает меня. При последней мысли я отчаянно покраснела, вспомнив свое сегодняшнее пробуждение. Невольно моя рука взметнулась к груди, где еще утром Эдвард оставлял мягкие укусы, чередуя их с поцелуями. Взглянув на меня, Эдвард приподнял брови, как бы интересуясь причиной моего румянца. Стыдливо промолчав, я лишь опустила голову, прикрывая волосами раскрасневшееся лицо. Подойдя ко мне, Эдвард приподнял мой подбородок, заглядывая мне в глаза – казалось, он пытается прочесть мои мысли, заглянуть в душу.

- Боже, как ты это делаешь?

В следующее мгновение я оказалась на ногах, а его жадный рот поглощал мои губы в жаждущим поцелуе. Приподняв, он посадил меня на стойку и разместился между моих ног, не прекращая поцелуй. Как только я ответила на поцелуй, прикосновения его языка стали еще более настойчивыми - раздвинув мои губы языком, дразня меня, он заставлял ответить ему тем же. Как только мой язык коснулся его неба, он простонал и крепче обхватил меня за талию, прижав к себе. Я будто бы потеряла рассудок от его страсти, ничего не соображая, я лишь крепче прижималась к нему. Скользнув вверх, его рука накрыла мою грудь и сжала ее. Вместо того, чтобы попытаться вырваться, я запустила руки в его волосы, сильнее прижимаясь к его губам в более страстном поцелуе. Муж запустил руку под мой топ, накрывая голую плоть рукой и сжимая сосок, вызывая у меня непроизвольный стон, заставляя задрожать от наслажденья. Мне было так хорошо - казалось, остановись он, и я сгорю. Хотя он и так заставлял пылать каждую частичку моего тела. Я чувствовала выпуклость в его штанах, которая упиралась мне в живот, но как ни странно, вместо того чтобы испугаться, это завело меня еще больше. Мне не хотелось думать о том, что это неправильно - я хотела просто забыться в его объятьях.

Через пелену наслаждения я услышала шипящий звук со стороны плиты, на которой жарился лук, видимо попытка номер два в приготовление супа Эдварду тоже не удалась.

- Эдвард, мы сейчас сгорим! И супа уж точно не получится! – сказала я, нехотя вырываясь из его объятий, но не тут-то было! Приложив какие-то фантастично-акробатическое навыки гибкости, Эдвард сумел не только выбросить сковородку с горелым луком в умывальник, но и, удерживая меня, перевернул нас так, что я оказалась сверху на нем. Чтобы не упасть, я обхватила ногами талию мужа – теперь я ощутила его желание в полной мере. Как ни странно, мне это нравилось все больше и больше. Мои мысли прервал его хриплый от желания голос.

- Белла, я хочу тебя больше самых прекрасных и дорогих сокровищ мира, – произнес Эдвард, целуя меня в губы, а потом добавил. - Но прежде всего, я хочу сделать тебе приятно. Ничего не бойся, котеночек мой, – и с этим словами он подхватил меня как ребенка и понес в спальню. 

Когда шелк холодных простыней коснулся моей кожи, дрожь и слабость из-за болезни опять напомнили о себе. Что не ускользнуло от Эдварда.

- Котенок, ты вся дрожишь. Подожди секунду, я сейчас вернусь, - сказал он и скрылся за дверью ванной.

- Вот, это масло, – сказал он, подходя ко мне ближе. - а сейчас будь хорошей девочкой: разденься и ложись на живот - это для твоего здоровья. А эфирное масло для массажа поможет тебе расслабиться и перестать дрожать. 

Делать мне было нечего, как просто послушаться его. Ведь в принципе, чего стесняться? Он несколько раз видел меня обнаженной, да и секс у нас тоже был, хотя и против моей воли. Я потихоньку стала снимать одежду, в то время как Эдвард пристально смотрел на меня. Потом я сняла свои тонкие кружевные, с позволения сказать, трусики.

- Молодец, хорошая девочка. Теперь ляг, пожалуйста, на живот и просто расслабься.

Он взял флакончик с массажным маслом и налил немного содержимого себе на ладони. И в тот же миг я почувствовала, как его руки стали очень нежно массировать мои ноги, а точнее, пятки. Вау, я никогда не думала, что массаж может быть настолько приятным. Эдвард массировал мои ступни, двигаясь невыносимо медленно, а я дышала также еле-еле, замерев на простынях. Потом его руки оказались чуть выше, двигаясь по моим ногам по направлению к ягодицам, при этом я отчетливо слышала, как неистово колотилось мое сердце.

Я ощутила, как он добрался до моих ягодиц, вырисовывая широкие круги: с боков в центр, слегка проскальзывая между ними, снова и снова.

Эдвард двигал руками на ягодице, одной сверху вниз, другой снизу вверх, соединяя их посередине и массируя. Потом повторил то же с другой частью моей попки.

Направляя свои руки вверх по моим ягодицам к пояснице, создавая теперь горячую волну на моей спине, он опустился грудью на мои бёдра, позволяя чувствовать его тело, прижатое ко мне. Ладони стали перемещаться вверх по спине - он немного приподнялся выше, продолжая массировать меня.

К своему великому удивлению, я стала тихо постанывать от удовольствия.

- Эдвард, не останавливайся!

- Тебя нравится? - услышала зловещие нотки в его голосе, но меня это не остановило. Вместо этого я резко перевернулась на спину и прошептала:

- А ты сам как думаешь?

EPOV

Мне с таким трудом удавалось себя сдерживать, каждый раз напоминая себе не переходить границы. Но это было так трудно: касаясь ее нежного, желанного тела, не наброситься на нее. Я все время повторял себе, что сейчас не время, она не готова, да и к тому же нездорова. И потом, мне не нужно повторения брачной ночи. Такого варианта, конечно, я совсем не мог предугадать. Мало того - моя разлюбезная женушка, стонала так призывно, и я с трудом себя сдерживал, чтобы не набросится на нее, и не трахнуть сзади ее прекрасную и возбужденную (в чем я был абсолютно уверен) киску. Так еще и это. Боже, дай мне сил! Когда она резко перевернулась на спину, со словами: «А ты сам как думаешь?» Я готов был взорваться. Но как оказалось, нет - все-таки я могу быть сдержанней, чем я предполагал. И плотно облегающие джинсы были в этом деле моими союзниками.

Не говоря ни слова, я налил еще немного масла на свои ладони и стал профессионально втирать его втирать в грудь жены. А что она думала? Нет, я не сдамся без боя. Да, пусть сейчас я не ее похотливый муж, который хочет ее трахать до изнеможения каждую секунду двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Сейчас я просто массажист. А что? Карлайл мне как-то давал несколько уроков, и у меня довольно неплохо получалось. Ничего, придет время, и она будет охренительно мокрой только от взгляда. А сейчас, дорогуша, придется тебе немножко помучится в предоргазменных конвульсиях. Все это время Белла постанывала, и выгибалась навстречу моим умелым пальцам, которые массировали ее прелестную грудь. Правой рукой я легко ущипнул ее правый сосок, от чего он сразу превратился в твердую горошину, то же самое я сделал с другой грудью, потом я стал медленно массировать ее груди по часовой, а потом против часовой стрелки. Дыхание Беллы при этом участилось, а сердце под моей ладонью забилось в неистовом ритме, как пойманная в силки птица. Она, наверное, думала, что я втяну ее соски в рот и буду дико сосать и лизать их, но, не тут-то было. Хотя мне этого хотелось не меньше ее, но сейчас, повторюсь, я, прежде всего, просто ее массажист, а не трахальщик. Пускай немножко пообламывается, ей это полезно. В конце концов, хронический недотрах не я один терпеть должен. Помучается чуток, и поймет, может быть, какого удовольствия себя лишала все это время.

Я переместил руки на живот, и так же медленно стал втирать в кожу масло. Опустившись к низу ее прекрасного животика, я взял ее ножки под колени, и немного развел их в стороны - она ахнула, но противиться не стала, что меня несказанно порадовало.

Я стало очень нежно и медленно массировать внутреннюю часть ее бедер - она стала резче выгибаться мне навстречу, и громче стонать. При этом ее веки были прикрыты, а кулачки судорожно сжимали шелковую простынь. Когда мой палец коснулся ее возбужденного центра, она вдруг неожиданно резко распахнула глаза и попыталась свести ноги, я посмотрел ей прямо в глаза давая понять, что лучше не сопротивляться, и она послушно прикрыла глаза, продолжая стонать и выгибаться навстречу моим уже нескольким пальцам. Я массировал ее клитор медленно, побуждая ее на безудержные всхлипы и стоны - она выгибалась, словно дикое животное, ничего при этом не говоря. Но я-то понимал, что ей нужно больше. И тогда я ввел палец ей во влагалище, постепенно добавляя их количество, и стал имитировать толчки. О! Я бы все отдал, если на их месте сейчас был бы мой возбужденный до предела член. Увеличив давление на клитор, я тем самым заставил ее голову заметаться по подушке, ее стоны сводили с ума, и я просто не мог сдерживаться. Наклонившись над ней, я впился в ее губы, глотая звуки необузданной страсти Беллы, при этом не прекращая своих движений в ней. Я никогда еще не был так возбужден: сознание того что никто еще не вытворял с ее телом подобного безумно заводило меня. Я почувствовал, как дрожь прошла по ее телу, и она отчаянно ухватилась за мои плечи. Она что-то бессвязно шептала в мои губы, пока я доводил ее до края.
- Пожалуйста, Эд…Эдвард я больше не могу…
- Можешь, очень скоро ты будешь молить меня не останавливаться.
Последний раз вздрогнув, она затихла в моих объятьях. Любуясь ею, я был чертовски доволен своей работой. Хоть мне и придется бежать дрочить в ванную. 
 

Похожие статьи:

- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...
Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...




Добавить комментарий
Комментарии (0)