16 февраля 2016 Просмотров: 561 Добавил: Викторишна

Дневник Джейн. Глава 10. Эпилог

Глава 10. Последний вдох 
 
 
*** 
- Привет. 
Джейн стояла и легко улыбалась Аро. Тот сидел за столом из красного дерева, перед ним лежал револьвер. Его правая рука была в паре сантиметров от него. Вольтури смотрел на нее своими черными вороньими глазами и не улыбался в ответ. 
- Здравствуй, Джейн. 
Кай, как всегда, оказался прав. Разве могло быть по-другому? Он обещал ей, что скоро все кончится. Они вкладывали разный смысл в эту фразу. Но Джейн все равно была рада - она устала бороться. В тот же день позвонил Аро, и они с братом заключили сделку. Аро согласился обменять Беллу на пленку. Они мирно попрощались и обе команды со скоростью света кинулись строить свои планы, не имеющие ничего общего с официальным договором. 
Джейн оказалась права – Аро увяз по уши. Он потерял голову от Свон и теперь хотел только одного: удержать ее при себе. Ночью Аро позвонил Каю еще раз и предложил сделку. Лис отказался и снова пытался давить на Аро. Аро пришел в бешенство и бросил трубку. С того момента Джейн поняла, что приговор Каю подписан. 
Она думала, что смерть Сэма была тяжелым испытанием. Но это не шло ни в какое сравнение с тем ужасом и слепой яростью, что она ощущала при одной мысли о неподвижно лежащем Кае, бездыханном. Мертвом. Эта картинка заставляла ее сжимать кулаки, пробуждала желание убивать. Жизнь Кая – самое дорогое, что у неё есть. Пока он жив, жива ее вера. Но он никогда не пойдет на сделку с Аро. А значит, ей придется сделать это за него. 
Джейн своровала телефон Лиса и сейчас стояла здесь, на корабле Аро. Так странно его видеть. Столько охотилась, мечтала узнать, где он скрывается. Узнала. И что? На удивление ничего. Джейн не чувствовала ненависти к нему. Ей казалось, что она больше никогда не сможет чувствовать. 
Она отлепилась от двери и зашагала через всю кают-компанию к Вольтури. Тот невыразительно предупредил: 
- Стой, пожалуйста. Мне так хочется тебя убить, что я с трудом контролирую мышцы. 
Он указал взглядом на пистолет, лежащий на столе около его правой руки. Старомодный кольт – у Аро всегда было чувство стиля. Джейн застыла на месте. Она специально надела сегодня голубое платье, распустила длинные золотые волосы по спине. У нее было предчувствие, что ей осталось жить недолго. Поэтому ей хотелось под конец немного побыть красивой и подышать полной грудью. 
- Ты хочешь меня убить? – вроде удивилась она. 
- Ты удивляешься? Это уже даже наглость. Ты сдала меня копам, едва не стравила с моим хорошим другом Лазарем, ты любишь моего Лисенка. 
- И последнее для тебя – самый тяжелый проступок. А с задачей натравить на себя Лазаря ты сам отлично справился. 
- Всему приходит конец рано или поздно. Пора заканчивать нашу историю. Но ты здесь не за этим, да, милая? Ты здесь, чтобы выторговать жизнь Лиса. 
- Да. 
- Какая же ты дурочка. Я говорил тебе в самом начале: не влюбляйся в него. Говорил как друг, а ты не захотела слушать дружеского совета. 
- Думаешь, я жалею? – Янг усмехнулась. – Я бы сделала это еще раз. 
Шея Аро вздулась. Даже в его чертах проскальзывало что-то волчье, как же он вжился в роль. 
- Я разрешу тебе оставить в живых только Кая и Уитлока, как свидетеля, чтобы отстали копы. Больше никого. Твой брат тоже умрет. 
- Я знаю. 
- И ты готова пожертвовать своим братом ради моего? 
- Не спрашивай то, что знаешь. 
- Я уже все обдумал, - ноздри Аро раздуваются, в нем ощущается скрытая нервозность, словно он хочет быть в другом месте. – Ты сама наведешь их на корабль с именем нашей матери. Пусть думают, что я не знаю. Сделай так, чтобы пошли только детишки, ни копов, ни Лазаря. Их надо заманить на корабль, дальше дело за мной. 
В комнату зашел Эмбри, увидев ее, едва не поперхнулся, Джейн послала ему воздушный поцелуй. Он посмотрел на неё с лютой ненавистью, но сдержался. 
- Шеф, с девчонкой снова плохо. 
Аро забыл про нее и побежал в нос корабля. Джейн тенью следовала за ним. Они вошли в богато обставленную комнату. На кровати металась девчонка, которую так усиленно ищут все обитатели замка Калленов. Джейн смотрела, как Аро оттолкнул доктора, сам схватил Изабеллу, сильно сжал ее и начал успокаивать. Свон постепенно затихла. Она цеплялась за него, словно любила. Аро крепко прижал ее голову к себе и исподлобья посмотрел на Джейн. На секунду он показался ей отчаянным, загнанным в угол - вцепился в свою Свон. Джейн вдруг подумала: почему их не оставят в покое? 
- Ты любишь ее. 
Губа Аро дернулась, обнажая верхние губы, он рычал от злости, бессильный перед этим фактом. Если бы мог, вцепился ей в глотку и разодрал, если бы не утешал в руках свою Изабеллу. 
- Никогда не думала, что ты способен. 
- Мне не нужна твоя оценка! 
Янг проигнорировала его. Она, наконец, впервые в жизни не боялась его. 
- Ты говорил, что вы, Вольтури, не умеете любить. Но только вы и умеете, – благоговейно произнесла Джейн. То, как Кай любил Элис, как Аро – Беллу. – Я сделаю все, что ты скажешь. 
 
*** 
Следующие пять часов она провела с Аро, и это были самые прекрасные и ужасные часы. Джейн наблюдала за Аро, по-прежнему опасным, доведенным до предела, и могла сказать, что конце концов, сумела его постичь. Он не изменился и никогда бы не согласился на это, но теперь Аро был ей ясен и оттого близок, и в ее странной жизни этого было достаточно, чтобы Джейн назвала его про себя другом. 
Хорошо было знать, что она умрет от руки друга. Не от кого-то постороннего. 
Ну а если ее предчувствие лжет, и они с Каем оба переживут эту ночь, то возможно она начнет новую жизнь. Может даже с Аро и Беллой. Вдруг братья помирятся, и все сложится? Сказки – они так спасают от жизни, эти прекрасные болезненные иллюзии. Как хорошо ненадолго углубиться в них, спрятаться с головой и закрыться от всех проблем. Помечтать. 
В ее мечтах она бы начала новую жизнь, с чистого лица. Без Элис. Они с Каем уехали бы далеко-далеко. В маленький город на юге, купили бы домик. По вечерам он бы читал, а она готовила ужин, у них бы родились дети. И чтобы обязательно был счастлив Аро. Он такой ужасно несчастный. В какой-то момент Джейн простила ему все смерти. Даже свою. 
Вероятно, он более несчастен, чем она, а это показатель. Как он раньше мог вызывать у нее столько страха? Это неверно. Да, он убил ее родителей, и это причинило ей боль, разбило ее душу. Потом Сэма. Но ему было намного хуже жить с его демонами. Они преследовали его, не давали ни малейшей поблажки. Из-за них он стал таким, какой есть. 
Джейн наблюдала за ним с любопытством. Как несправедливо, что Белла появилась у Аро, когда выхода уже нет. Хотя иначе она, наверное, не появилась бы. Так всегда. Теперь, когда на выжженной разбитой душе Аро родилась Любовь, у него не осталось ни времени, ни шанса. Он пошел ва-банк. Завтра ночью он прекратит бежать, развернется и попытается прорваться через сжимающееся кольцо своих преследователей. Он пойдет на все, будет прогрызаться сквозь кровь и трупы, лишь бы уйти со своей Беллой в руках. Полусумасшедшей девочкой, одурманенной наркотиками, со сломленной волей. Джейн всегда думала, что Аро псих, и его психология напрочь больная. Но оказалось, что в ней была логика. Он мучениями довел Изабеллу до края, после которого то-то переломилось, и она действительно полюбила его. 
Наверно с ней та же история – Аро ведь сломал и её. Ведь в здравом уме Джейн должна его ненавидеть, а она зовет другом. 
Янг видела своими глазами – Изабелла любила его. Убийцу, падшего человека. И это была самая прекрасная милосердная любовь, что Джейн видела. Ей хотелось плакать и смеяться – столько покалеченных душ. Она видела слишком много для этой жизни, наверно все же ей пора. Её последняя задача: не дать Аро убить Кая. 
Вольтури не гнал ее с корабля, разрешал смотреть, сколько ей захочется, и это было единственное проявление дружбы, которое она дождалась от него за всю жизнь. Они давно обговорили план, но Джейн шла за ним по пятам. Аро тревожился. Он уже тогда чувствовал, чем все закончится, поэтому не мог оставаться на месте: кружил по кораблю, шел на корму, смотрел карту, долго вглядывался в горизонт, но потом его снова тянуло к Изабелле, и он тревожно спешил в запертую комнату. Джейн не отставала, шла за его спиной. Аро садился на кровать, молча обнимал Свон, гладил ее по волосам, постоянно целовал в лоб, шептал ей что-то на ухо. Джейн хотела услышать что и подошла ближе, Вольтури яростно сверкнул на нее глазами, но не шевельнулся, ничего не мог с собой поделать. Его обезображенная душа словно прилипла к этой девушке, он нашел забвение. Аро продолжил шептать, предпочитая игнорировать присутствие Джейн. Он обещал Белле, что они выберутся из этого переплета, умолял ее не бояться и побыть сильной еще немного. Свон смотрела в пространство бессмысленными глазами. Джейн была уверенна, что она слышит его. 
Вдвоем они были прекрасны, даже внешне. Оба бледные с горящими глазами - у Аро была темная, хищная красота, и Белла смотрелась рядом с ним ангелом. 
Вот и Аро нашел своего Ангела. Он говорил Джейн, что она придет, Вольтури и это знал заранее. 
Если бы они остановились еще тогда? Когда сидели в клубах дыма за столиком того казино. Они с Аро всегда шли по костям, не задумывались, прежде чем убить человека. Это для Кая убийство было невообразимым, а когда теряешь душу, все меняется. Исчезает чувствительность, держа чужую шею в руках, ты не чувствуешь, что твоя жизнь полностью изменится через секунду. Не понимаешь, того огромного следа, что останется на тебе, и что он потом сделает с тобой. Ты просто рывком тянешь руку вверх, слышишь хруст, бросаешь тело, переступаешь, а сам уже оглядываешься, ищешь глазами следующую угрозу. 
Убийство превращается в ничто. Бесчувственность замечаешь, только когда появляется время и тишина. Эта тишина абсолютна. Ты прислушиваешься, ожидая услышать едва слышное неосязаемое шевеление в груди, но там тишина. Отбрасываешь эту мысль, но с каждым новым днем она становится все более заметной. И начинается агония. Ты живой человек с мертвой грудной клеткой, словно это не твоя часть тела. Со временем начинаешь замечать, что ты ничего не чувствуешь. Только придумываешь. И начинается гонка: за местью, за страхами других людей, за властью или адреналином. 
Джейн вдруг, сидя в углу комнаты на краю кресла, засмеялась – какие философские мысли одолевают ее бедную голову на пороге смерти. Почему смерти? Потому что Кай не сдастся и пойдет против воли Аро, и тот убьет его. По крайней мере, попытается. И она окажется между братьями. Ее шансы очень близки к нулю. Один из братьев убьет её. Аро сердито посмотрел на неё, и Джейн прекратила смеяться. 
- Катилась бы ты отсюда. Скоро рассвет, смотри, как бы Каллены не заметили твоей пропажи. 
- Не заметят, - весело сказала она. – Им плевать на меня. 
- Мне тебя пожалеть? – едко произнес Аро, но Изабелла шевелится во сне, и он замолкает и злится на Джейн. Та прижимает палец к губам и встает, чтобы уйти. Перед уходом не выдерживает и направляется к нему. Ей страшно, но хочется коснуться его. 
Аро наблюдает за ее приближением настороженно, он наклоняется, прикрывая собой Свон. Ну, надо же и этот Вольтури защищает от нее свою возлюбленную. Из-за манжета Вольтури медленно выползает край стилета. Джейн вытягивает дрожащую ладонь и медленно приближает к нему. Волк не сводит глаз, взвинченный и готовый вцепиться в глотку. И все же она касается его – плеча, чувствуя дорогую ткань фрака и самый кончик волос. Аро дергается, и Джейн прошибает холодный пот, она быстро пятится назад, не веря, что дотронулась до него. Прощается и выходит из каюты. Пускай они еще побудут вдвоем. Ведь, возможно, ночью умрет не она, а Аро. Чудеса ведь бывают? 
Потом Янг быстро добирается до поместья Калленов. Еще совсем темно, ночь. Джейн крадется по лестнице, но дверь неожиданно открывается. 
- Ты почему не спишь? – Джеймс высовывается из своей комнаты. 
- Вы уже вернулись? 
- Еще час назад. 
- Ясно. Тогда спи, я за водой спускалась. 
Он кивает и закрывает дверь. Джейн чувствует печаль и вину, зная, что подписала ему смертный приговор. Она проходит мимо своей комнаты и в последний момент, когда уже держится за ручку, понимает, куда пришла. Комната Элис. Вчера Джейн видела ее - Кай приносил Элис вниз. И она сидела со всеми, пока не начала говорить о несуществующих вещах. 
Дверь не заперта: толи забыл, толи потому что сам охраняет ее – Кай спит, обнимая Элис одной рукой. Джейн чувствует себя преступницей, подглядывающей в замочную скважину. Смотрит, как они лежат, боится, что Вольтури проснется и поймает ее. Но Кай спит крепко, слишком замученный вечными недосыпами. Джейн подходит еще ближе, становится у изножья кровати. Это неправильно. Неприлично. Подсматривать за влюбленными. 
Однако Джейн не может оторвать глаз. Он так красив, когда спит. На его лице редкая безмятежность. С ней у Кая никогда не было такого лица. Он любит ее даже во сне. Словно в ответ на ее мысли Вольтури сквозь сон крепче притягивает к себе Элис, между его бровей залегает тревожная складка. Элис шевелится. Джейн практически не дышит, и все же Каллен открывает глаза, будто, правда, обладает даром провидения. А может, это просто инстинкт сохранения – ведь в изножье ее кровати стоит убийца. 
Элис поворачивает голову и видит ее. Джейн думает, что она закричит, но Каллен только всматривается в нее через темноту комнаты. Она различает ее и все же не кричит. Джейн впервые видит, чтобы кто-то шевелился с Каем, а он не проснулся, не среагировал, как на опасность. И это еще одно подтверждение его любви, как будто ей мало. 
Почему не кричит Элис? Она не всегда различает реальность и вымышленный мир. Наверно она там, где ее сложно удивить чем-то. Элис смотрит на неё и тихо качает головой из стороны в сторону – «нет». Джейн неожиданно понимает, что ошиблась. Коротышка в себе и полностью осознает происходящее. Элис и Джейн смотрят в глаза друг другу. 
Джейн переводит взгляд на Кая, сглатывает и возвращается к коротышке, кивает на спящего Ангела: 
- Береги его, теперь это будет твоя задача. 
Элис приподнимает голову и чуть наклоняет – согласие без слов. Она дает слово. Джейн последний раз смотрит на парня, вернее уже молодого мужчину, которого любит, разворачивается и покидает комнату. 
Надо как следует выспаться перед последней битвой. 
 
*** 
Сложно играть за две команды сразу. Джейн находится уже у финишной черты, а сил удержать в голове многочисленные мелочи уже не хватает. Вокруг неё люди, они собираются, готовятся к спасению Беллы. Джейн старается по большей части молчать. Она должна создать вид, что согласна сидеть дома. А еще, что она одна из них. Янг нащупывает ногой приготовленный рюкзак и запихивает его глубже под диван, быстро прокручивает план. Много деталей, в голове все смешивается, и наваливается такая усталость, что уже хочется, чтобы всё это поскорее кончилось. 
Сейчас она в силе по истине оценить, какого приходилось Джеймсу, ведь в отличие от нее он был даже не двойным, а тройным агентом. Одновременно обыкновенным учеником, агентом Аро и жаждущим мести Янгом. И как крыша не поехала? Джейн знала – месть всегда придавала им с братом сил. Мстить она больше не хочет и любовь у неё отняли, вот и появилась усталость. 
Ладно, на самом деле у неё осталась еще одна цель, что важнее всех остальных. Джейн поворачивает голову к Каю - тот стоит напротив Элис, держит ее за плечи и что-то тихо объясняет ей. Смотреть на них невыносимо, их любовь причиняет боль. 
Медленный вдох – и бесполезный кислород наполняет легкие. Джейн усмехается, неважно, недолго осталось. Есть цель, о ней и надо думать. Янг встает и это становится знаком для остальных. Эдвард, Джаспер и Эммет стоят втроем немного в стороне. Маккартни горячо сжимает руку Каллена и потом даже как-то порывисто бросает взгляд на Уитлока, но тот уже двинулся к выходу. 
Через пять минут тонированный микроавтобус выезжает из ворот поместья Калленов. Джейн сидит рядом с Каем, он не может оторвать взгляд от удаляющегося дома, будто там осталось его сердце. Ему невыносимо расставаться с Элис, думая, что возможно они больше не увидятся. Джейн молчит всю дорогу, а потом первой выскальзывает на улицу. Карлайл за руку здоровается с человеком в военной форме – он привез костюмы и оружие, открывает фургон. Джейн ненавязчиво, вроде как из любопытства заглядывает внутрь – комплектов не четыре, намного больше. Ей повезло - пойдет на войну, как и полагается солдату - в казенном. Она хмыкает и без зазрения совести заимствует один комплект, заходит за фургон и торопливо переодевается. Костюм слегка великоват. Джейн надевает кобуру с оружием, добавляет к ним любимую Беретту и достает нож. В лунном свете лезвие блестит холодным светом. Она пробует пальцем остроту и одобрительно кивает. Их план по сути глупый: отвлечь Аро и первыми добраться до корабля, чтобы убедиться, что Свон жива и таковой и останется, как бы ни разозлился Аро. Все их козыри: это трюк с переодеванием Джаспера и Кая и то, что Аро не подозревает, что они знают про корабль. Второе преимущество сплошная фикция, а трюк с переодеванием… 
Джейн подходит к боковому зеркалу микроавтобуса и быстро начинает отрезать ножом волосы, отбрасывая их в сторону. Она тоже взяла трюк Джаспера и Кая на заметку. В темноте и её можно будет спутать с Лисом. Вдруг пригодится? 
- Что ты задумала? 
Джейн быстро повернулась и увидела Вольтури. Все как прежде, отрицает, что умеет читать мысли, и отзывается, стоит лишь мысленно произнести его имя. «Кай, Кай… Ты никогда не будешь разгаданным». Она хотела вначале столкнуться с любым другим, только не с ним. Сил осталось так мало, а Кая так сложно обмануть. Глупость какая, не стоит и пытаться. 
- Я иду с вами. – Её голос звучит спокойно. Джейн борется с внутренним умиротворением – чтобы жить, надо драться, нужен азарт, злость. 
- Нет, не идешь. 
Сколько твердости. Он не спорит с ней, а ставит перед фактом. Джейн смотрит на него со скрытой насмешкой. Это с ними он Кай, их может водить за нос и направлять, а ее не обмануть. А она знает Лиса, до малейшей вдоль и поперек изученной любимой черточки. Ей никогда не преодолеть его защитную оболочку отчуждения и не залезть внутрь, но с внешней стороны Джейн его знает лучше всех – лучше Элис, его нового друга Эдварда, обожаемой им Изабеллы. Потому что они вместе учились, на её глазах он становился матерым волком, и Джейн могла изучить все его уловки. Про себя она радовалась, что находится в мире Кая, в который дверь его друзьям закрыта. 
- Я все решила. 
Она пытается пройти мимо него, проявляет неприязнь, чтобы было легче. Но упрямец не пропускает, хочет запретить ей рисковать ради него жизнью. Бедный Кай, он никогда не знал, что ему делать с ее отчаянной любовью. Знает, как принимать ненависть к себе, а как любовь - нет… Тупик. Джейн едва не рассмеялась. Смешного не было, но плакать от уродства этого мира она давно уже устала. Поэтому остается посмеяться над тем, как тут всё перевернуто. Ладно, сегодня она немножко внесет справедливости. 
Кай все пытался её остановить, удержать её в безопасности. Из своего непробиваемого благородства он оценивал их жизни равнозначно. В конец сбился на совсем уж грязный приём – схватил за руку, с мольбой и нежностью посмотрел на неё: 
- Джейн, пожалуйста, останься… Сделай это… ради меня. 
- Грязно играешь, Вольтури. – Она сердито выдернула руку, чтобы уйти. Чтобы он не понял, как на самом деле сильно его оружие. У неё всегда голова шла кругом от его синих глаз, а когда в них нежность, хочется продать ему душу. Или подарить, пусть играется, неважно. Потому что её любовь к нему так велика, что похожа на рабство, полное подчинение одного человека другому. 
- И ты готова так рисковать?! – Кай в отчаянии схватился за волосы. 
Нервы сдают. У неё тоже - Джейн оборачивается и срывается. 
- Да я умру за тебя! 
Что непонятного?! 
Прекрасный бесконечно долгий момент: их лица так близко, Кай рассержен и взволнован, и впервые нигде поблизости нет призрака Элис. Только он, только она. И то самое восхитительное ощущение – предчувствие поцелуя, волнующая прелюдия. 
Но так нельзя, он всего лишь заложник её любви. Он сделает это, Джейн знает, предаст себя из чувства обязанности, неподъемной вины. А потом будет молчаливо казнить себя. Джейн плавно отступает в бок, чтобы уйти от него. А Кай ловко сдергивает ее платок. «О, нет». Джейн чувствует досаду, ну вот, снова перехитрил, а ведь всего пять минут назад мысленно хвалилась, что знает его вдоль и поперек. Лишнее напоминание, что Вольтури побеждают, их никогда не обыграть. 
- Даже так? – У него нет слов. Кай сразу догадался о её плане и молча смотрит на обрезки её волос, на смену потрясению быстро приходит гнев. Он сердится на неё. – Что ты творишь, Джейн? 
«Что? Всего лишь люблю тебя», - она храбро и печально улыбается ему. Джейн никогда не собиралась отказываться от этой любви, даже не смотря на то, что Кай не принадлежал ей. Это самое прекрасное, что было в её жизни. Пусть он не любил, зато любила она. Джейн узнала это сильное непередаваемое чувство и была благодарна ему за это. А Кай не понимал, думал, что обязан ей что-то дать в ответ. Он не мог и за это очень винил себя. Янг покачала головой, жалея о том, что он не понимает, сколько уже дал ей. 
- Кай, помнишь то лето в Порт-Анжелесе, в аду Аро? Я была счастлива. 
«О мой бог!». Джейн шокировано приоткрывает рот, хочется его зажать, чтобы не рассмеяться, ведь всего на секунду она умеет читать мысли! Только что Кай подумал о том, как они впервые занимались любовью. Он вспомнил их первую ночь – Джейн могла руку на отсечение дать! В груди разлилась дикая радость, веселье. На миг стало так хорошо… Как тогда. Все же она, правда, была по-настоящему счастлива. Здорово. Хорошо это понять сейчас. 
Хорошо, пусть грызет себя выдуманной им самим виной после, главное, что это было. Джейн улыбается, чувствуя небольшой прилив сил. 
- Эй, ты мне ничего не должен! – она задорно улыбается Вольтури. Глупый Кай хватит казниться. Когда же ты поймешь, сколько ты мне дал? Когда оценишь себя? Ведь когда меня не станет, кто защитит тебя от твоей беспощадной бойни? Аро жесток к людям, а ты - к себе. 
Джейн не могла бы сказать, какое из двух чувств сейчас в ней сильнее: смерть или жизнь. Еще побарахтаться, побороться, авось и утром она уже будет отплывать в сторону рассвета с бессмысленным Каем в руках. Или же просто сложить руки, уйти в небытие, прихватив своего дорогого друга Аро с собой? 
Янг не знала ответа, решив впервые в жизни положиться на слепой случай удачи. 
«Как карта ляжет», - подумала она и поспешила уйти от человека, читающего мысли. 
 
*** 
Этой ночью ей пришлось предать каждого. Ничего не значивших людей: Джаспера, Эдварда, кровь в своих жилах – Джеймс, любимого человека, и даже своего нового друга Аро. 
Джейн было плевать, ни на секунду ее не кольнула совесть или чувство вины. Ей было все равно, она лишь изо всех сил сражалась за жизнь Кая. Делала это как умела, как могла. И оттого проигрывать было вдвойне горько. 
Спотыкаясь, Джейн широко развела руки, подталкивая всех в темноту. Джеймс тяжело дышал в ухо, на миг взгляд зацепил дышащее отчаянием лицо Джаспера. Аро сидел у них на хвосте, загнал их в ловушку. Она, Джеймс, Уитлок и Кай оказались зажаты под навесом лестницы нижней палубы. Минута – и Аро настигнет их. Кай оттолкнул ее за свою спину, пытаясь самому защитить ее. Джейн оказалась позади него и расширенными зрачками впилась в его шею, плечи. «Нет!» - огромная, полная неконтролируемой паники мысль поглотила все ее существо. Он был перед ее глазами, и Джейн понимала, что там он и умрет через пару минут. Эта мысль делала ее безумной, не соображающей. Не понимая, что делает, она бросилась к нему, замок рук сцепился вокруг его тела: верхняя - над плечом, нижняя – подмышкой. Янг сжала его изо всех сил, будто желала защитить своим телом. 
Кай недоуменно оглянулся. Его лицо было перекошено от напряжения. Сверху послышался голос Аро. Он уже совсем близко! Джеймс, Джаспер начали бессмысленно метаться, чувствуя приближение смертельной опасности. Их голоса, паника, движение… Неожиданно время остановилось. 
Джейн остановилась вместе с ним и подняла голову, посмотрела на Вольтури. Звуки исчезли, она поняла, что должна сделать. Выход есть… 
Джейн счастливо улыбнулась и почувствовала необыкновенное умиротворение, словно находилась не здесь, а стояла в пустой церкви, одна. Она даже на мгновение увидела перед собой пламя свечей, почувствовала запах ладана. Она нашла способ спасти Кая. 
Надо всего-то умереть. 
Обмануть Аро, внушить ему, что он устранил самого опасного противника, заставить его потерять бдительность. Неизвестно, насколько это его обманет, но если она сможет выкупить хоть несколько лишних минут жизни Вольтури, то план стоит того. Джейн только надеялась, что темнота и обрезанные волосы помогут ей выдать себя за Лиса. Что Аро купится. 
Все эти мысли промелькнули в ее голове за сотые доли секунды. Она приняла огромное по важности решение и поняла, что пора. Сознательно сделать шаг навстречу своей смерти оказалось неожиданно сложно: ее сильнейший инстинкт выживания вопил во всю мощь, мешался. 
«Тише», - нежно прошептала ему Джейн. – «Скоро все кончится, это чудесно. Больше не придется бороться». И неожиданно тонкая, словно волос, ниточка порвалась. Янг почти почувствовала, как за спиной раскрываются огромные крылья. 
Джейн быстро рванула Кая за плечо, отрывая от остальных, крепко впилась в его губы, чувствуя неописуемую словами сладость, а потом с яростью оторвалась, оперлась на брата рукой и изо всей силы ударила Кая ногой. Он отлетел к краю корабля и упал за борт в воду. А Джейн содрала с головы повязку и изо всех сил побежала через открытую палубу. 
Так быстро она не бежала никогда. Сила наполняла мышцы, сердце рвалось из груди, а ее переполнял страх, радость и восторг. Ей казалось, что она вырвавшаяся из заточения птица. Она летела сквозь темноту. 
Что-то толкнуло ее в спину, и тут же по всему телу распространилась острая, ослепляющая боль. Безжалостный яд боли терзал каждую клетку тела. Джейн споткнулась и упала лицом вниз. 
Хотелось кричать, но она не могла вдохнуть. Боль подавляла разум, заставляла слепнуть. А потом еще и еще толчки – один, второй и третий, и казалось невозможным, но боль усиливается. Джейн лежит лицом вниз, мечтая об одном: чтобы боль кончилась. Это невыносимо. Запах досок, прямо у нее носа, к нему примешивается запах крови. Где-то ее очень много. Янг с огромным трудом приподнимает вспотевший лоб и тут же роняет его обратно. 
«Пусть это кончится…» - молит она и по привычке за защитой обращается к Каю. – «Пусть она кончится, Кай… Мне так больно. Помоги мне». 
Кто-то в её голове повторяет: «Он выжил, он выжил». Этот голос не может угомониться даже сейчас, когда им так больно. Джейн не знала, что умирать так мучительно. Она пытается осознать, что через пару минут ее жизнь закончится. Аро все-таки застрелил ее. 
- Тише, Джейн, все хорошо, - он баюкал её, как маленькую. 
- Кай, - жалко прохныкала она. Он сидит рядом, баюкает ее на руках. Наверно она начала бредить. – Пожалуйста, Кай… Больно… 
- Я тут. 
Джейн попыталась дотянуться до его лица, протянула красную ладонь, но та упала и стукнулась о деревянный пол. – Кай… 
Неожиданно Джейн поняла, что боль постепенно уходит и улыбнулась. На ее место начал приходить холод. Он поднимался от ног и выше, постепенно сковывая ее тело. 
- Да, я тут, я выжил. Ты спасла… 
- Кай, - Джейн перебила, из потухающих умирающих глаз полились крупные слезы. – Я так люблю тебя… 
Она все лепетала и лепетала непослушными губами. Времени совсем не осталось, и Джейн хотела сказать, что любит его, чтобы он знал. Его теплые губы мешали ее лепету, касались век, лба, рук. Неожиданно он сказал то, что она хотела услышать больше всего в жизни. То, о чем мечтала: 
- Я люблю тебя, Джейн. 
Кай любит её. Затухающее сердце взвилось и забилось изо всех сил, борясь за жизнь. Джейн счастливо вдохнула и тут же поперхнулась, в горле что-то булькнуло. Кай бережно вытер уголок ее губ и к ее удивлению вдруг заплакал. Джейн не могла этого рассмотреть, но слышала звуки. А потом перед глазами появилась темнота, ужас сковал ее тело. Джейн пыталась нашарить Кая, но не видела его. Ее глаза были широко открыты, но вокруг была лишь беспросветная тьма. Она не чувствовала рук, было страшно и холодно. Джейн знала, что туда, куда она уходит, Кая не пустят с ней. Ей придется оставить его здесь. Расстаться с ним навсегда. 
- Поцелуй меня. – Ей хватило сил выговорить, она всегда была борцом. 
Кай наклонился и крепко прижался к ее губам, Джейн почувствовала теплое касание, а потом ее резко дернули, и она полетела вниз – в темноту. 
 
 
Эпилог. Другая сторона 
 
 
Даже самым грустным сказкам приходит конец.
 
 
Джейн летела через белое неосязаемое пространство очень долго. Но восприятие было странным, словно прошла всего секунда. Она не могла сказать, сколько прошло и как долго. Ее память больше не могла работать привычно. У нее больше не было имени или прежнего тела. Это было сложно объяснить словами, она превратилась в одну маленькую клетку, чистое сознание. Её ничто не занимало, она просто летела через этот длинный-длинный нескончаемый туннель. 
Мир вокруг закружился, и в какой-то момент Джейн поняла, что бежит. Ее ноги быстро перебирали, едва касаясь земли, она почувствовала, как по ним хлещет высокая трава. Через какое-то время она поняла, что бежит по лугу. Он был бесконечным, а над ним огромное по-настоящему синее небо. Во весь простор, сколько хватало глаз. Джейн казалось, что она бежит к нему. 
Она старалась, перебирали ногами как можно быстрее, так быстро, чтобы ноги оторвались, и она попала к нему. Достигла цели. 
Но в какой-то момент она услышала смех и задумалась, не снижая темпа. Смех был знакомым. 
Маленькие пятки стучали по узкой утоптанной дорожке. Она была ростом чуть больше метра. Ей было пять лет. Не успев удивиться, Джейн увидела вдалеке высокого мужчину. Она знала эту гордую осанку, крепкую фигуру с седеющими волнистыми волосами. Она могла сказать наверняка, что его глаза серого цвета. Ее сердце радостно забилось. Через секунду она со всего духа влетела в раскрытые руки отца. 
- Папа... 
Она с закрытыми глазами крепко обитала за шею отца. Деметрий подхватил ее на руки, и Джейн вспомнила эти детские воспоминания. Как же надежно и хорошо у него на руках. Тут ее никто не обидит, она защищена. Они не найдут ее. Плохие люди. 
- Папа, папочка... 
Она снова стала той прежней Джейн, беспомощной, неприспособленной к жизни, избалованной папиной дочкой. Ее спины коснулись еще одни руки, Яны повернулась и не поверила глазам: 
- Мама! 
Афинодора Янг держала ее за плечи и улыбалась. Они с отцом казались такими счастливыми. Молодыми. Но ведь она не выполнили задачу - не отомстила за их смерть. Аро убил ее раньше, чем она его. 
- Простите... - подавленно сказала Джейн своим новым тонким детским голоском. Она была так расстроена, что из глаз тут же полились слезы. На грани сознания Джейн удивилась этой бесполезной плаксивости, словно это была не она. А родители смотрели без осуждения. 
Папа держал на руках, ладони матери гладили по спине, какое приятное чувство защищенности. Такое она испытывала лишь однажды. Джейн напряглась, пытаясь вспомнить, подняла голову, посмотрела на огромное синее небо. Оно отразилось в ее больших глазах. Джейн нахмурилась, пытаясь выудить из памяти нечто важное, что подсознательно тревожило ее. Есть что-то важное. Или кто-то. Кто? 
Надо вспомнить. 
Мышление упрямо цеплялось и выворачивалось из плавного течения потока умиротворения. Сознание было абсолютно чистым, новым, беды в нем автоматически стирались. Только вспомнишь - и мягкая неуловимая рука тут же достает мысль из твоего сознания. 
- Ты все сделала правильно, - с улыбкой сказала мама. 
Деметрий смотрел на маленькую дочь в своих руках, и его лицо было серьезным: 
- Ты не должна винить себя, Джейн. Ты была очень сильной, мы с мамой гордимся тобой. 
- Но я же не убила кого-то… - бездумно сказала Джейн, пытаясь выудить ускользающее имя из памяти, и тут же в ужасе прихлопнула рот рукой, поняв, что произнесла. Убила. Неужели она могла убить кого-то? 
- Нет, Джейн. Мы не хотели, чтобы вы с Джеймсом разрушали свои жизни ради этого, - серые глаза Деметрия стали печальными. В них было столько глубокой давней скорби. – Все кончено, моя маленькая, тебе больше не придется сражаться. 
- Не придется? – тихо спросила Джейн. 
- Нет, - мама обняла ее и из ее глаз потекли слезы. – Ты молодец, такая храбрая. Ты позаботилась о нем и о своем брате. 
Джейн хотела спросить о ком – о нем? Это было очень важно, но ее мысли снова отвлеклись. Джейн вдруг вспомнила, что сделала с Джеймсом и громко заплакала: 
- Позаботилась? Я же хотела его убить? Я что чудовище? Кем я была? – У нее заболела душа, в этом мире все ощущалось намного сильнее и ярче. Душа болела не в переносном смысле, а огромная спирающая боль разрывала центр груди так, что хотелось снова вырваться из маленького тела и превратиться в клетку. – Я разрешила убить своего брата! Я пообещала его жизнь Аро, в обмен… - Она снова мучительно сосредоточилась. – Что я просила в обмен? Эта вещь была мне очень сильно нужна. 
Деметрий пытался ее удержать, но Джейн все равно встала на ноги. Вдруг поднявшийся ветер трепал длинные волосы. Джейн не обращала ни на что внимание, она ломала защиту, безжалостно крушила внутри себя незнакомое умиротворение, милосердные барьеры. Разрушить себя полностью, чтобы в осколках найти ту важную частицу, за которую столько держалась. 
Райский луг уже не был таким спокойным, гулял сильный предштормовой ветер, небо потемнело, его прошила на две части молния. Цвета гасли. Мир становился черно-белым. Во время вспышки молнии волосы Джейн превратились в короткие обрезки, по губам потекло что-то холодное. Она рассеяно потрогала рот пальцами и увидела, что на них кровь. 
- Что это? – она удивленно смотрела на красное пятно, а Эмили закричала: 
- Нет, Джейн, не возвращайся! Ты уже не сможешь, твое сердце остановилось! 
В ее голосе был ужас, она пыталась спасти дочь от страшной участи. Джейн плохо ее слышала, в ушах свистел оглушающий ветер. Она коснулась обрезков волос на своей голове, расстраиваясь от того, что они в таком состоянии. 
- Зачем так коротко? – расстроено спросила Джейн. И тут вспомнила: - Я сама их обрезала. 
В этот момент она увидела перед глазами образ высокого парня, он обернулся и посмотрел на нее из-за спины. 
Кай. 
В этот момент Джейн вспомнила. 
- Я умерла. 
 
*** 
Луг, шторм, все исчезло, в этот раз не было мягкого небытия. Ее полет в виде клетки не был таким умиротворяющим, ее угнетала цель. Джейн знала, что она направляется к конкретной точке, встреча с родителями выпала из сознания, отошла на второй план, зато она помнила свою жизнь. Не в подробностях, но неплохо. Все еще казалось, что она вспоминает словно через толстый слой воды. Джейн не знала цели, но как всегда стремилась к ней 
Все стало четким, когда она взялась за ручку белой двери. Прежде чем открыть, Янг обернулась посмотреть, где находится. Это было необычно. Она заставила мурашки побежать по спине – привычная человеческая реакция, чтобы успокоиться. Необходимо было напомнить себе, потому что человеческий разум бы не справился с осознанием. 
Кроме двери ничего не было. 
Не было пола. Не было стен, не было потолка или неба. Она стояла в Пустоте. Кроме двери и маленькой пятилетней девочки перед ней не было абсолютно ничего. Джейн по привычке постаралась использовать логику, посмотрела на стык двери – должна же она во что-то переходить – стена, обои? Хоть что-то… Нет. Дверь имела четкие границы, но за ними не было ничего. Девочка почувствовала, что теряет устойчивость. Сразу, как она подумала о поле, ее ноги неустойчиво закачались, пространство под ними словно чувствовало ее сомнения. Словно оно было, только пока она в него верила. В этом мире существует только то, во что веришь. 
- Кай? – позвала она. – Пожалуйста, мне страшно… 
Ответа не было. Джейн сильно-сильно вцепилась в ручку. Высокая белая дверь неожиданно приоткрылась. Джейн удивленно посмотрела на нее – почему ей в голову не пришло зайти? Она решительно распахнула дверь, и ее ослепил белый столп света. Джейн зажмурилась… 
 
В этот раз четкой обстановки не было, никакого луга. Это было похоже на большой коридор, только из-за разлитого в воздухе света не было видно его размеров. И что-то подсказывало Джейн, что она не захочет их знать. 
- Ну, неужели, - произнес за ее спиной саркастичный голос. – Я тебя заждался, сладкая. 
Джейн, не веря своим ушам, повернулась. 
 
*** 
Перед ней стоял Сэм. Он был все тем же, в привычной джинсовке, кроссовках, только его лицо больше не было изуродованным. Обе его части были ровными и здоровыми. Он смотрел на нее и нагло улыбался. 
- Что, красавец? – он кивнул на свое целое лицо. 
- Да, неплохо, - ее голос был тонким, высоким. 
- Джейн, будь добра, прими прежний вид, - слегка поморщился он. – Так непривычно. 
Она опустила взгляд вниз, на свои руки, они были детскими, на ней было голубое платье, из-под него торчали острые коленки и тонкие, как спички, ноги. 
- Ты просто умилительна в этом образе. И я всегда подозревал это, но все же это немного неудобно. Я чувствую себя педофилом. 
Джейн поняла, что выглядит, как выглядела в пять, семь лет. Ух ты, неожиданно. Её личность вернулась, и так ей было удобней. Джейн снова была собой. Какой бы она ни была. 
- Отлично. Как это сделать? 
- Как, как, каком. Мы же здесь – просто захоти. 
- Легко сказать, - раздраженно проворчала Джейн. Наверняка он уже тут долго и освоился, а ей всё кажется странным. Она закрыла глаза и изо всех сил сосредоточилась. 
- Не взорвись от напряжения, - засмеялся Крыса. – Открывай глаза, уже все. 
Джейн открыла глаза, и Сэм тут же поцеловал ее в губы. Не успела она нахмуриться, как он уже с улыбкой отстранился. 
- Я рад, что ты все-таки пробилась. Я уже не верил. Но ты всегда была такой сильной. 
Джейн посмотрела на себя и поняла, что привычный вид вернулся. Худощавая спортивная фигура, даже светлые волосы опускались ниже плеч, никаких обрезков. Они с Сэмом пошли вдоль светлого коридора, захотелось присесть, и из ниоткуда тут же появилась лавочка. Они сели. 
- Тут все так работает, - восторженно сказал Адли. – Только подумай и вот оно. Крутой фокус, да? 
- Да. А где мы, кстати? – спросила Джейн. 
- Это сложный философский вопрос, сладкая. Я бы сказал в зале ожидания. Рано или поздно нам придется зайти, - Сэм кивнул вбок, Джейн перевела глаза и поняла, что за его плечом в паре метров находится дверь, похожая на предыдущую. Ее не было, пока Сэм о ней не сказал. Она словно всплыла, напоминая о себе, как тревожное сообщение. 
- А что там? 
- Слушай, я тебе что - справочное бюро? Я знаю не больше твоего. Я вообще не верил, что после смерти что-то есть, - возмутился Сэм. – Знал бы, купил бы у тебя ту чертову библию или почаще бы ходил в церковь, чтобы подмазаться к Боссу. 
- Так мы умерли? – негромко произнесла Джейн, смотря им под ноги. Тут был пол, прочно осязаемый, это было намного удобнее. Проще верить в то, что видишь. 
Сэм посмотрел на нее, и в его карих глазах впервые не было ехидной остроумного веселья, только грусть.
- Да, сладкая. Все, наша история кончилась, отбегали. Но согласись, это было неплохо. Нам бы было, что рассказать внукам, если бы они у нас были. 
- Но у нас их нет, - медленно произнесла Джейн. – И не будет. 
- Не будет. 
- Жаль. 
- Жаль, - согласился Сэм. – Но не кисни, сладкая, давай жить тем, что есть! Ну, вернее не жить, мы ж умерли, ну, ты поняла. 
В это было так трудно поверить. Джейн не могла осознать, что умерла. Что ее нет в живых, ее сердце остановилось. Как же так? Так непривычно об этом думать. Чертовски странная мысль. Как и все это путешествие. Где же она все-таки? Джейн еще раз оглянулась и ничего не увидела кроме этого разлитого повсюду белого света. А в последний момент, когда она помнила, было темно. Когда она умерла, была ночь. Джейн вдруг резко вдохнула, у нее перехватило дыхание, в центре груди, где была пуля, послышался отголосок раздирающей на части боли. 
- Когда я умирала, Кай держал меня за руку! – она тяжело дышала, прижимая руку к груди, зажимая рану, которой уже не было. На ее губах царила легкая улыбка. – Он держал меня за руку до последнего. – Образы были немного нечеткими, как сквозь дымку. Джейн изо всех сил вспоминала его лицо, склоненное к ней в темноте, как его волосы щекотали ее лоб, как Кай в последний раз ее поцеловал. Янг помнила только этот поцелуй и ничего больше, наверно потом она сразу умерла. – Здорово… 
- Чему ты радуешься, дурочка? – закатил глаза Сэм. – Ты же умерла. 
- Да, зато он был рядом. Именно так я мечтала. Он все же сказал это, - Джейн смотрела вдаль. Она думала о том, увидит ли она еще однажды Вольтури. 
«Неужели я никогда его больше не увижу?». От этой мысли сердце тоскливо сжалось. 
- Что сказал? – спросил Сэм, отводя глаза в другую сторону. 
- Что любит меня. Я мечтала услышать это хоть раз. Не надеялась, правда. 
- Ты же понимаешь, что это жалость к умирающему, - жестоко вернул ее на землю Сэм. 
- Неважно. Он сказал это. 
Сэм долго смотрел на нее, словно сомневаясь: сказать или не сказать? Они молчали. Джейн была в том моменте, в последних минутах своей жизни. Она мечтательно смотрела вверх. Она чувствовала, как тоскливо и радостно сжимается сердце, при воспоминании, как Кай обнимал ее, гладил по волосам, просил не умирать. Эти мгновения останутся с ней навсегда. Неправильно было так говорить, но после ужасной уродливой жизни у нее была прекрасная идеальная смерть. В этом был определенный градус черного юмора, и Джейн бы от души посмеялась, если бы на ее губах не царила нежная улыбка. Она была поглощена воспоминаниями. А Адли все это время наблюдал за ней. 
Она не злилась на него за жестокость. Он всего лишь честен, не дает ей тешиться самообманом. Джейн сама знала, что Кай ее не любит. Всегда знала. Это не было новостью. 
- Я бы тоже мечтал так умереть. Пожертвовав собой ради любви. Чтобы рядом со мной в этот момент был друг или любимый, который бы держал за руку, - его голос был странным. Джейн повернулась, но теперь в сторону смотрел Сэм. 
- А как ты вообще умер? – додумалась она спросить. – Я была уверена что, ты успеешь унести ноги. 
- Злодей все тот же, - усмехнулся без смеха Сэм. – Меня тоже шлепнул Аро. Только уже после тебя. Есть мы с тобой Джейн, а есть такие как они – Вольтури. Аро, Кай. Мы думаем, что умнее них, что только держимся в тени, а сами сможем вовремя убежать или обдурить их. Но они все равно всегда оказываются умнее нас. Нам их не одолеть. Именно поэтому мы сейчас здесь, в этом месте. Ты и я. 
Головорезы Аро сцапали меня, когда я разговаривал с тобой по телефону. Сначала, как ты понимаешь, была его любимая комната пыток. Знаешь, это было совсем не круто. Потом, когда пришло время, меня с остальными пленниками доставили на корабль. Для чего? Всего лишь, чтобы помучить Кая, хоть немного. Я был деталью плана. Мелкой такой. Меня повесили первого. 
У Джейн расширились глаза, она слушала его историю, остановив дыхание. 
- А ведь он даже считал, что Кай мертв. А мертва оказалась ты. – В этот момент он посмотрел на нее, и Джейн никогда не видела такого выражения на лице этого человека. Как будто его подвергли самым невыносимым пыткам. Его глаза, трясущиеся губы, ужас и горе, застывшая безнадежность в его взгляде. – Ты, Джейн. Лучше бы я этого не знал. Я хотел, чтобы ты осталась жива. Я бы сам сдох за это. 
Ей хотелось как-то помочь ему, вытащить из этой муки. Но что сказать: не заморачивайся, парень? Все равно вся моя жизнь была одним сплошным фильмом ужасов? И избавиться от нее не такой уж скверный вариант? 
- Не стоит переживать так, - пробормотала она, чувствуя себя неловко. Однако странная ситуация, да и предмет обсуждения тоже. – Эмм… - ей хотелось перевести тему. – А как ты узнал? 
- Видел, - скупо ответил Сэм. 
Он замолчал. Джейн ждала продолжения, но ему, кажется, не хотелось говорить. Чего он так переживает? Ведь сам какое-то время назад предал их, выбрал сторону Аро. Сдал Кая и Джеймса. 
- Как видел? 
- Это чертово место. Все дело в нем и его фокусах, - пробормотал Сэм. 
- Так ты видел всё? – сердце Джейн сорвалось и бешено забилось, в несуществующую кровь выделился адреналин. Ее рука дернулась, она хотела вцепиться в него, выпытать, что случилось с Каем. Не откроется ли эта дверь и не войдет ли он в следующий момент, делая ее смерть такой же бессмысленной, как и всю ее жизнь. 
Джейн не удержалась - вцепилась в руку Адли, сжимая ее все сильнее и сильнее. 
- Потише, сладкая. Я хоть тут не чувствую боли, но мне все равно больно смотреть, как ты вонзаешь ногти в мою беззащитную плоть. 
- Сэм! 
- Ладно, я понял, конечно, ты хочешь спросить о Кае? 
- Он жив? – Янг облизнула пересохшие губы и так близко нагнулась, что видела в глазах Сэма свое отражение. 
- Да, выжил твой Лис, выжил. – С ее губ сорвался облегченный всхлип. – Все же победил он. Хотя я не верил. Думал, Аро, но нет… Как думаешь, что ему помогло? Что было у него, чего не было у нас? 
- Не знаю… Он сильный и умный. 
- Нет, думаю дело не в этом, сладкая. Однажды я уже ответил на этот вопрос. И даже сейчас ответ не поменялся. 
- Любовь? 
- Именно, Джейн. Ответ на все вопросы. Представь, что мы в комиксе. А Вольтури – это два супергероя. Естественно, добро и зло. Просто Любовь оказалась сильнее Страха. 
- Кай – любовь? - уточнила Джейн. 
- Да, - серьезно сказал Сэм. Без привычной ироничности. Хотя этот парень был одной сплошной ходячей иронией. – В нем ее много, согласись. Ты любила его отчаянно, одной этой любви хватило бы сильнее всех оберегов. А есть еще эта безумная маленькая девчонка, и его подружка. И его собственная любовь к людям, его милосердие и готовность к жертве. Я всегда шучу над ним, но я готов признать, что Кай достоин победы. 
- Главное, он жив, - пробормотала Джейн. – А Аро? 
- А этот сукин сын, надеюсь, сейчас радует своими визгами чертей на раскаленной сковородке. 
- Кай его убил? – Джейн побледнела. Не может быть, она столько боролась за целостность души Кая. То, чего не было у нее, Сэма, Аро - у всех них. 
- Нет, сам упал. Ну, вернее ему помогли, но это вопрос к ним, - Сэм опасливо кивнул на дверь, про которую они успели забыть. Джейн забавляло, как он на нее смотрит: вроде храбрится, но его все равно беспокоит это. – Тьфу ты… - в сердцах сплюнул парень. - Не пойми что. 
- Да ладно, могло быть хуже. 
- Ну да. Я не надеялся еще увидеть тебя. – Сэм посмотрел ей в глаза. 
Они тут. Сложно подобрать название где, но это удивительно. Они встретились за Гранью. И Джейн знала, что это была не ее заслуга. Она не пошевелила для этого и пальцем. 
Молчание затягивалось. Сэм никогда не говорил этого вслух. Сколько это для него значит, чем является. Ладно. 
- А что именно ты подозревал? – выпалила Джейн, лишь бы прервать это неловкое молчание. Адли усмехнулся, вроде лукаво, а вроде и ничего смешного в этом не было: 
- Ты видела себя, когда вошла? Маленькая пятилетняя девочка, со здоровущими глазищами, еще не пустыми, а такими чистыми, перепуганными. Беззащитными, Джейн. Там, внизу, ты всегда была такая крутая, этакая бездушная убийца – ловкая, сильная, безжалостная. Даже Аро тащился от тебя. Но вся эта брутальность… - он воспроизвел в воздухе небрежный жест. - Ты всегда смотрела на меня, как на пустое место, молчала, но думала, что с легкостью убьешь меня, если понадобится. И кого угодно. Но я знал, что внутри ты та самая маленькая беспомощная девчонка с зареванными глазами, перепуганная до смерти. Эти ублюдки заставили тебя стать другой, наверно сильной. Только я не мог отделаться от образа этой маленькой испуганной девчонки. Знала бы ты, что она сделала с моей головой. Она просто вынесла ее. Когда я смотрел на твое равнодушие, как ты убиваешь, мне хотелось вены вскрыть. А ты еще зависла на Лиса, словно чокнутая мозахистка. А под конец жизни подружилась с Аро. Ну, кто так делает? 
- Да, - вздохнула Джейн. – Моя жизнь это какой-то сплошной чернильно-черный анекдот для извращенцев. Интересно, я попаду в ад? 
Сэм вздрогнул. Вот они и пришли. Именно. То, о чем оба думали и молчали. Приемная, зал ожиданий. Последние минуты, перед вечными муками ада? Сколько жизней они забрали? Многовато для того, чтобы подняться наверх. Слишком тяжелый груз, с таким только один выход. Вниз. 
- Превратись опять в ту милую девчушку, может, прокатит? – предложил Сэм. – Обманем Босса. Как думаешь, его можно обмануть или он всезнающ? 
- Я тебе не пастор. В душе не… - Джейн покосилась по сторонам и решила не выражаться, - Не знаю я. Но думаю, нам стоит рассчитывать на путевку в жаркие страны. Очень жаркие. 
- Ну, знаешь, сладкая, если с тобой, то ад может показаться раем. 
- Сэм, ты же все-таки попробовал. Хватит меня так называть. 
- Вот именно, попробовал. Сладкая… 
Джейн застонала от того, что они так пошлят на небесах. Что, черт возьми, с ними не так? 
- Я не думаю, что тебя пошлют в ад, Джейн. 
- А куда? 
- Ну, может, существует такая штука, как второй шанс? Вдруг ток-шоу не врут и реинкарнация – права? Они жестко тебе задолжали. Думаю, ты в этом месте не просто так, - он твёрдо посмотрел на нее. 
- Сэм, я убивала людей. Много. Вряд ли мне пришьют крылышки и отправят вверх. 
- Ты столько страдала и наглоталась дерьма, что они обязаны тебе. Или пусть катятся в ад сами. 
Неожиданно послышался тихий щелчок, и дверь плавно приоткрылась, совсем чуть-чуть, но Джейн и Сэм сглотнули. Ее руки машинально сжались в замок. 
- Тебя зовут, - осипшим голосом сказал он. Джейн и сама знала, что это её. Она не могла сказать откуда. Знание вложили в голову, беззвучно, но без сомнений. 
«А что я, собственно, теряю?» - она поднялась. Сэм быстро поднялся за ней. Неожиданно он оказался на голову выше нее, взволнованно заглядывал ей в лицо. 
- Ничего не бойся, - напряженным голосом произнес он. 
Янг легко улыбнулась: 
- Да я и не боюсь. А ты давно такой высокий стал? 
Крыса неожиданно почти смутился. С ума сойти. Неужели ей надо было умереть, чтобы увидеть это зрелище? 
- Да, всё это место. Заказал-получил. Подумал: может, если вытянусь, то у меня выгорит? Лис же, правда, каланча. Ты говорила, что без ума от высоких. 
- Сэм, ты все-таки такой придурок, - Джейн развернулась и с той же улыбкой пошла к Дверям. 
- Эй, сладкая, это могут быть твоими последними словами. Не хочешь сказать что-нибудь поэпичнее? 
Джейн развернулась и с улыбкой показала ему средний палец. 
 
*** 
Когда она вышла, Сэм кинулся к ней со всех ног. Посмотрел взволнованными, переполненными чувствами глазами. Стало ясно, что он не надеялся. 
- Это ты? Я не думал, что мы еще увидимся. 
- Ты всерьез думал, что мои последние слова будут: пошел на хуй? 
Из его рта вырвался нервный смешок. Так волновался, ждал, готовился к тому, что больше они не увидятся никогда. 
- Что, меня вызывают на ковер? 
- Нет. С тобой все ясно. 
- Правда? – заинтересовано протянул он. А потом в его глазах зажглось любопытство: - И что Там? 
- Я не могу этого сказать. 
Она улыбнулась. И тут Сэм заметил это. Перемену в ней. Его глаза недоверчиво расширились. Он смотрел на ее грудную клетку, будто мог рассмотреть какое-то свечение в ней. 
- А они умеют их возвращать? – благоговейно спросил он. 
- Да. 
- Значит… - его голос оборвался. Сэм усмехнулся и покачал головой: - Похоже, мы летим разными рейсами, сладкая? 
- Я бы так не сказала. 
- Но я вижу эту штуку в твоей груди, а значит у тебя билет наверх. Я рад, честно. 
- Они предложили вернуться мне на землю. Только не человеком. Стать ангелом-хранителем Кая. 
- Да ладно! – Сэм длинно и изобретательно выругался. – Думаю, твой ответ можно не спрашивать. Значит, ты так и будешь вытирать ему слюни всегда? А смысл, сладкая? Аро уже мертв. От кого его беречь? 
- Брось, это же Кай. – Они со значением переглянулись и коротко рассмеялись. – Он найдет приключений, он же притягивает опасности. У него, правда, их еще будет много. А еще через два года у них с Элис родится дочь! Он назовет ее Джейн, - с нежностью выговорила она. – Джейн Вольтури… Чувствуешь? Мечты сбываются… 
- Сколько информации, - Сэм облизал пересохшие губы, а Джейн засмеялась. – Может, скажешь, все-таки, какие Они? 
- Нет, не могу. И представляешь, Джаспер женится на Денали! 
- Да, мне вообще это ни о чем не говорит. Мне всё равно. Ты лучше скажи, во сколько твой рейс? У меня еще время есть? – Сэм тревожился, спешил. Похоже, он все же решился сказать это вслух. 
- Есть, Сэм. У тебя вагон времени, - Джейн вздохнула. 
- В смысле? 
- Мы путешествуем одной авиакомпанией. 
- Не шути так, сладкая. 
Он стоял и смотрел на неё. 
- Да я не шучу. Я отказалась. 
Он не мог поверить. Стоял, смотрел на нее и не верил, ждал, когда она расхохочется и скажет: поверил! Просто веселая жестокая шутка. 
- Я должна отпустить Кая. У нас разные линии жизни. И раз такое дело… Я все жду, что ты мне что-то скажешь. 
Сказать? 
Среди этого переполненного светом коридора? Что он мог сказать? Он просто смотрел на Джейн, пытаясь понять, что она выбрала его. 
Джейн пойдет с ним, чтобы их ни ждало за этими дверьми. Какой бы неведомый путь не скрывался там, они отправятся по нему вместе. 
Сэм смотрел на нее, не отрывая взгляда, долгое время. Потом впервые произнес это вслух: 
- Я люблю тебя, Джейн. 
- Окей, ковбой, а теперь пошли. 
В конце длинного белого коридора открылась дверь. Конечно, белая. Помешанные фанаты. Сэм и Джейн пошли рядом друг с другом. 
- И куда мы пойдем, сладкая? 

- А это вопрос на миллион. Одно могу сказать точно: дальше.  

Похожие статьи:

Он не останавливается, пока последние остатки напряжения не вытекают из моего тела. Тогда он приподнимается, развязывает мои руки. Его губы находят мои, и я чувствую терпкий привкус. Вкус моего наслаждения. Зарываюсь слабыми пальцами в его волосы, выгибаюсь ему навстречу и в то же мгновение ощущаю его в себе.  ...
- Я не собираюсь обсуждать его с тобой!- он уже довел меня до бешенства. - Это мы еще посмотрим,- халат уже на полу, а мои руки почему-то перемещаются к спинке кровати. Поднимая глаза, вижу, как он аккуратно связывает их между собой тем самым пояском и крепко привязывает к изголовью. От возмущения у меня даже слов нет, но он все понимает по моему выразительному взгляду и, чмокнув в нос, поясняет: - Чтобы ты не могла отвертеться,- ему еще хватает наглости мне подмигнуть. - Это что допрос?- сквозь зубы выцеживаю...
Не стоило мне приезжать. Нужно было перезвонить и сказать ему, чтобы засунул эти билеты себе куда подальше! Но я, конечно же, поехала. Может быть, где-то в глубине души теплилась надежда, что он, в лучших традициях мыльной оперы, заявит - мы созданы друг для друга, я его судьба, ему без меня не жить и бла-бла-бла. Он ничего подобного, естественно, не сделал. Просто сказал: "Поехали",- и вот я здесь, в самом романтичном городе на земле, и лишь для того, чтобы проститься со своим любимым мужчиной навсегда. Что ж, если уж пить...
Прохладный душ приятно холодит кожу. То что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Эх, вот как так может быть, что каждый раз с ним это как взрыв сверхновой?! Казалось бы, за столько лет можно и привыкнуть. Но нет! Он переворачивает мою душу стоит ему только прикоснуться. А ведь прошло уже больше пяти лет с тех пор, как мы вместе. Много это или мало? Не знаю, но помню каждое мгновенье......
Надо было остановиться тогда, отпустить друг друга, сказав последнее прощай. Но ни я, ни он не затрагивали эту тему, будто и не было того разговора, который принес нам столько боли. Я понимала — мне нет места в его мире, а заставить его выбирать никогда не смогла бы. Я видела, как светятся его глаза, когда он рассказывал о своей работе. Он был в своей стихии, по-настоящему счастлив, он занимался ЛЮБИМЫМ делом. И я слишком любила его, чтобы ставить перед таким выбором. ...



Рейтинг: 0

Добавить комментарий
Комментарии (0)