8 декабря 2016 Просмотров: 571 Добавил: LeLis

TheFilmstage: Рецензия на фильм «Затерянный город Z» с Робертом Паттинсоном

article5843.jpg

Малоупоминаемая, неоспоримая правда в том, что критиков окружает несметное количество факторов при ознакомлении с работой, которую им предписано оценить. Представляем Вашему вниманию еще одно мнение критиков на фильм "Затерянный город Z".

Оценка: В+

Фильм редко оценивается на базовом уровне – формат, тематика или режиссёрский подход, и большинство упоминаний появляется, если только что-то кардинально пошло не так. Иногда это большая проблема, и я вынужден сказать, что «Затерянный город Z» Джеймса Грэя довольно убедительно выглядит на 35-мм плёнке, что соответствует пожеланиям режиссёра-сценариста, и с чем смирился Нью-Йоркский кинофестиваль, премьерным показом этой картины закрыв свою пятьдесят четвёртую годовщину. Я похвалю этот фильм по многим причинам, необязательно относящимся к материалу, на котором он был снят. Поэтому я заявляю, что это лучший (единственный?) способ постигнуть достижение объединившихся после «Роковой страсти» Грэя и Дариуса Хонджи. Зачастую будет казаться, что «Затерянный город Z» сняли десятки лет назад и обнаружили только сейчас.

Моё признание чрезвычайно редкого качества данного фильма не есть пресловутое «таких лент больше не снимают» – подобные выражения лидируют в списке самых никчёмных оценочных заявлений. Признаю, что восхищение форматом фильма и последующая тоска по золотому веку таких съёмок, на первый взгляд, отвлекают от других факторов, выдвигающих «Затерянный город Z» на первый план, – среди них современная форма, противоречащая кинематографической палитре и обстановке начала XX века. Снятый в широкоэкранном режиме и движущийся с нехарактерной стремительностью (явственный шум, когда дело пахнет керосином и среди героев начинается суматоха), фильм хвастается подходом, который хорош и в то же время неуместен, учитывая, чему он воздаёт должное.

«Дань уважения» не единственная и даже не основная тематика этого фильма, хотя ассоциируется с подобными кинолентами. «Затерянный город Z» даже не утруждается соответствовать книге Дэвида Гранна – вышедшем в 2009 году бестселлере, в котором автор устроил квест в поисках этого затерянного города. Грэй почти полностью рассказывает нам свою версию глазами Перси Фоссета (Чарли Ханнэм), исследователя, приехавшего в Южную Америку картографировать местность по заданию Британской Империи – показано в обязательной описательной сцене фильма, – что является маскировкой (промежуточным звеном) для прикрытия британского колониализма. (Недоброжелательное присутствие Иэна МакДермида напоминает Палпатина, увивающегося за Энакином Скайуокером – больше сравнений с «Звёздными войнами» не предвидится.) Мало сказано о миссии полковника, в том числе о едва ли необходимой покупке рабов, преувеличенной в благородстве и достоинстве. Повествование становится более подробным, когда путешествие Фоссета ознаменовано находкой конкретных предметов – несущественных («кухонная утварь» – упрощают его коллеги в вульгарном разговоре при богодельне). Это зарождает в Фоссете веру, что руины древней цивилизации действительно лежат под его ногами. Подумать только, исследователь нашёл свою цель.

Заметьте, это частенько происходит в «Затерянном городе Z», который укоренился в Англии и в меньшем экранном времени задействует Южную Америку начала 1900-х. Фильм вовсе не медлительный, однако уделяет внимание деликатным вопросам той эпохи и, разумеется, злоупотребляет драмой. Грэй не скрывал своего восхищения Стэнли Кубриком, и сведущим зрителям сложно будет не вспомнить «Барри Линдона» в ярких кадрах из танцевального зала с музыкой барокко, пышно разодетыми статистами и медленным приёмом «наезд» (он идёт после сцен со скачками верхом по раскинувшимся полям и охоты на хряка). Съёмки в закрытых помещениях и в большом и необъятном мире, суматошные поиски и чинные собрания – двоичности, с которыми борется и которыми наслаждается «Затерянный город Z» на протяжении 140 минут.

Съёмочная команда находит немало пространства для манёвров среди заданных тем. Монтаж Джона Экселрэда, то дробный, то жёсткий в плане времени, является значительным тому примером. Каждая секция отмечена карточкой для титров с указанием даты и места действия, при этом внутри отрывков наличествуют воспоминания и фантазии. И в частности, плавный переход между ними, чтобы проиллюстрировать текучесть долгих часов в поисках (или просто томление по ним) цели, которая кажется недостижимой, в отличие от опасности, созданной фоном из животных звуков, шагов, шелестящей листвы и, конечно же, свистящих стрел, часто летящих на зрителя. (В 3D «Затерянный город Z» был бы той ещё страшилкой.)

С другой стороны, в фильме присутствует гулкий, эхообразный звук, не противоречащий продуваемым сквозняками, просторным промышленным помещениям – местам, где кадры кажутся резкими – похоже, Грэй с Хонджи повеселились, фотографируя. (Такие рискованные чёрные тона! А свет, льющийся в окна! И эти свечи!) Особенно легко потеряться в этих технических примочках при виде проекции с посекундным движением, схожей с ретрокартинкой, вплоть до мигания каждого изображения – и так до конца повествования, в котором я почти не заинтересован, несмотря на усилия актёров. Ханнэм в роли Фоссета убедителен как в униформе, так и в роли государственного деятеля, охотника, отца, мужа, авантюриста и человека былой эры. Роберт Паттинсон, который, без сомнения, привлечёт зрителей при выпуске фильма следующей весной, бескорыстно воплощает незадачливого капрала Генри Костин. Способного, но по существу не героя; лучше всего он запоминается характерными деталями, присущими Грэю: косматая борода и маленькие очки, скукоживающие его лицо до куска кожи. Фоссет же вовсе не отчаянный храбрец. Он, как и многие персонажи, режиссёра-сценариста поставлен в ситуацию вне его контроля и понимания – исхоженная сюжетная тропа, с малыми потугами для потенциального первооткрытия.

Тем не менее обстоятельства кажутся неэффективными и непостижимыми, что часто случается с историями о провале. Перси Фоссет так и не нашёл этот затерянный город, скорее всего, погибнув со своим сыном в джунглях в экспедиции в середине 20-х. Когда Грэй доходит до этого момента, ощущение, что жизнь, проведённая в опасности и ожидании (лучше всего это осознаётся в эпизоде с Первой мировой войны – с полями в траншеях, который пролетает так молниеносно, как опыт, который лучше всего забыть), к концу своей попытки проясняет свою цель, таким образом многие предшествующие сцены обретают более глубокий смысл. Лучше всего оценивать это старание целиком и предусмотрительно – я застал себя в сиюсекундном порыве охаять кадры и звуковое сопровождение сильнее, чем было сказано или куда уводил сюжет. Пусть я восхищаюсь чистым мастерством, Грэю так и не удалось укротить драматический остов фильма.

Не будь тут основательного сюжета, было бы весело отыскивать аллюзии, более явственные в этой картине Грэя, который никогда не увлекался цитированием, в отличие от многих своих более популярных современников. «Затерянный город Z» и «Роковая страсть» убедительно демонстрируют: сильнее всего «голоса» слышны, когда повествование уходит в прошлое, где у Грэя больше возможностей показать свой опыт. Отрывки о путешествиях вниз по реке по джунглям немного отдают «Агиррой, гневом божьим» или «Африканской королевой»; более галлюциноторные ночные кадры навевают его любимый «Апокалипсис сегодня»; пасторальные сцены жизни Фоссета намекают на Форда, будучи воспоминаниями, которые в свою очередь – «Как зелена была моя долина». Возможно, дело в моём забитом фильмами мозгу, и всё же я подозреваю, что Грэй вкладывает более тонкий смысл в эти ответвления. Самый яркий тому пример – отсылка к «Маменькиным сынкам» Феллини – я едва не вскочил с места. При правильном применении это не просто дань уважения – не тогда, когда эффект столь же значительный, как и несколькими десятилетиями ранее.

Это возвращает меня к 35-мм плёнке. На первый взгляд, решение Грэя снимать в таком формате несерьёзно (судя по фетишизации, некоторые уголки кадров охотно будут разложены на семь частей), хотя довольно приятно показывать фильм так, однако это не показывает зрителю, насколько Грэю и Хонджи действительно важен формат как повествовательный инструмент. Это последний пункт, в котором «Затерянный город Z» выходит за рамки стандартов, которые многие артисты, даже талантливые, могли бы сотворить с таким материалом (в лучшем случае это был бы классический приключенческий поиск сокровищ). Данный фильм, который печётся больше об эстетике, чем о темпераменте, и который не стремится к новизне. Я обобщаю и подтруниваю? Несомненно. Однако роскошные изображения, их перескоки в прошлое и в будущее совместно с размеренным темпом – в плане сценария и монтажа – влиятельный и неразделимый тандем, что приводит нас к финальному кадру, в котором я никак не могу разобраться что к чему и который некоторое время буду обмозговывать, – он грозный соперник, вызывающий на дуэль «Роковую страсть». Конечно, как раньше уже не снимают. Зачем, когда у нас есть «Затерянный город Z»?

«Затерянный город Z» стартовал на Нью-Йоркском кинофестивале и выйдет в кинотеатрах 21 апреля 2017.


 

It is the little-stated, undeniable truth that critics are surrounded by nearly innumerable factors when experiencing the work they’ve been assigned to review. Presentation is rarely treated as a basic on the level of form, theme, or auteurist interest, and most mentions will come only if something had gone terribly wrong. This issue sometimes being rather important, I feel compelled to say James Gray’s The Lost City of Z is a rather forceful thing when projected on 35mm, as befits the writer-director’s wishes and with which the New York Film Festival, premiering this picture as the closing title of their 54th year, complied. I can and will compliment the movie for a number of reasons not necessarily pertaining to what material it was printed on and what machine it came out of, so let it be stated upfront that this is most likely the best (only?) way to experience what Gray and cinematographer Darius Khondji, reuniting from The Immigrant, have achieved: a film that will often truly and totally appear to have been made in decades past and just discovered today.

My notice of the increasingly rare presentation is not some means of trotting out “they don’t make them like they used to,” which stands awfully high on the list of worthless critical statements. I confess that admiration for the format and subsequent pining for its heyday had, upon first glance, a way of distracting from many other parts moving The Lost City of Z forward — among them a certain contemporary form which runs counter to cinematographic palette and early-20th-century setting. Composed in widescreen and moving with an uncharacteristic propulsiveness — a willingness to rattle around when proceedings turn tremulous and sweep in motion to its characters’ situation once action beats pick up — it boasts an approach that would feel well and truly out-of-place in what it pays tribute to.

“Tribute” is not the sole, or even primary, thing on this movie’s mind, as much as it will recall many a picture before it. Lost City doesn’t even bother to stay very faithful to David Grann’s source text, a 2009 non-fiction best-seller that often situated itself with the author’s quest for the eponymous lost city. Gray almost entirely tells his own tale from the perspective of Percy Fawcett (Charlie Hunnam), an explorer who entered South America conducting cartography work for the British Empire that, per the film’s obligatory expository scene, is presented as a disguise (or waypoint) for British colonialism. (Ian McDiarmid‘s malevolent presence can only bring to mind Palpatine grooming Anakin Skywalker — but this is about as far as Star Wars comparisons will go.) Little about his mission, including the barely necessary purchase of slaves, is gussied up as noble or worthwhile, all the more so when his actual journey is set into motion with the discovery of certain items; however seemingly insubstantial (“pots and pans,” his colleagues reduce them to in a rowdy townhouse chant), they bred in Fawcett the belief that an ancient civilization’s ruins were essentially under his feet. Lo, the explorer finds his purpose.

This, mind, you, happens a good while into Lost City, which has heretofore taken time to ingrain itself in the England and, to a lesser extent, South America of the early 1900s. The movie’s not slow, but it does take some time to make do with the period’s finer points and, of course, indulge numerous dramatic possibilities. Gray’s made no secret of his admiration for Stanley Kubrick, and it would be difficult for well-acquainted viewers not to think of Barry Lyndon in an early ballroom sequence that’s adorned with baroque music, ornately dressed extras, and slow zooms — which is after an opening of horse-backing through a wide-open field to hunt and kill a buck now prominently displayed in the ballroom. Cloistered interiors and the great wide world, rough-and-tumble quests and mannerly composed gatherings — such are the binaries that The Lost City of Z wrestles with and relaxes into for its 140 minutes.

The assembled team finds plenty of space to operate within these points. John Axelrad’s editing, in its alternately porous and rigid sense of time, marks a key example: each section is demarcated by title cards noting time and place, yet within them there are flashbacks, fantasies, and, particularly, crossfades to illustrate the melting away of many hours and days spent in search of (or simply pining for the pursuit of) a goal whose endpoint never feels nearly as present as the danger created by a sonic landscape of animal sounds, footsteps, swaying leaves, and, of course, whooshing arrows often filmed as approaching the audience head-on. (Seen in 3D, The Lost City of Z could be 2016’s scariest film.


The film otherwise bears an echo-heavy sound design reminiscent of and compliant with industrial England’s wide, drafty rooms, a space where the cuts feel most hard-edged and Gray and Khondji appear to have the most fun in photographing. (Such rich black tones! And the light seeping through the windows! And, oh, the candles!) It’s especially easy to get lost in all of this technical what-how when seeing a projection that gives proceedings the look and, on a second-by-second basis, movement akin to a picture of yesteryear, even down to the flickering of an individual image — to the end that I often had little interest in the narrative at hand, despite the best efforts of its cast. Stepping into Fawcett, Hunnam proves so uniformly convincing — as a statesman, as a hunter, as a father and a husband, as an adventurer, as a man of a bygone era — and Robert Pattinson, no doubt a draw when the film is released next spring, displays a selflessness in making tangible the nebbish nature of Corporal Henry Costin. Capable but not much of a hero per se, he’s best remembered for Gray-esque character details: a bushy beard and small glasses that have an effect of shrinking his face to a small patch of skin. But Fawcett isn’t a derring-do type, either. He, like many of the writer-director’s characters, is a man thrown into circumstances beyond his control or understanding — not the least-traveled of narrative paths, but little stressed to make clear any potential precedent.

The circumstances nevertheless have a way of feeling inefficient and intangible, as it so often goes with stories of failure. Percy Fawcett never found the city of zed, instead (likely) dying with his son in the jungle on an expedition in the mid-1920s. When Gray reaches this point, this sense that a life has been spent in danger or waiting — perhaps better realized in a brief World War I trench-clearing battle scene that passes as quickly as it happens, like an experience best forgotten — towards his own effort’s end, the overall intention becomes far clearer, and thus many prior scenes gain a deeper perspective. Best though it is to judge the entire endeavor with this afforded perspective, I found myself having in-the-moment relegations to the image and the sound more than what was being said or where we were being led, and great though my admiration is for the pure craft, I do feel its dramatic backbone is some of Gray’s least-compelling.

If not a substitute for more solid narrative, there is fun to be had in a spot-the-influence game more stongly felt here than in previous films of Gray, who’s never been a cinematic quoter à la many of his more-popular contemporaries. What this and The Immigrant evince is that the presence of others’ voices has been strongest as he’s gone to the past and had more occasion to show what he knows. So the downriver jungle portions may have a bit of Aguirre or The African Queen here; its more hallucinatory night sequences recall his beloved Apocalypse Now; the wide-open pastoral spaces of Fawcett’s later years feel vaguely Ford-esque, in a memory-recalling way that brought to mind How Green Way My Valley. This could just be my film-addled brain doing the talking, but I nevertheless suspect he finds deep meaning in these branches, perhaps evidenced best by a reference to Fellini’s I Vitelloni so specific as to jolt me out of my seat a bit. Applied properly, it strikes as no easy homage — not when the effect is as significant here as it was decades prior.

That might bring me back to the subject of 35mm. Gray’s decision to shoot on the format is, on the surface, insignificant, judging by the fetishization certain corners will readily bestow upon the seven syllables, and its being projected on the format is a nice gesture; but this doesn’t really tell us about the extent to which he (and Khondji) care about it as a storytelling tool. It’s at this last point where The Lost City of Z goes above and beyond what many artists, even talents, possibly could’ve done with this kind of material — at best, a fetish trip through classic adventure pictures, one that cares more about the basic aesthetic dressing than the temperament and still bears no ambition to do anything new. Am I generalizing and spitballing? Absolutely. But the lushness of its images, how they simultaneously recall and move forward, in concert with its confidence in its pacing, as a work of both writing and editing, are a powerful thing taken in-tandem, and it all brings us to a final image I can’t entirely make heads or tails of but will be turning over for some time — a formidable rival to The Immigrant‘s gauntlet-thrower. They don’t make them like they used to, sure. Why should they when we have The Lost City of Z?

The Lost City of Z premiered at the New York Film Festival and will begin its theatrical release on April 21, 2017.

 ***************************

Перевод выполнен Rara-avis специально для сайта www.twilightrussia.ru

 

Похожие статьи:

Роуд-муви с ироничной темнотой....
Соскучились по Рэю? Вот вам новый стилл из фильма "Ровер" ("Бродяга"). До Каннской премьеры осталось 3 дня...
13 мая мы очень весело отметили День Рождения нашего Роберта! В этой новости мы хотим продлить праздник и рассказать Вам о том, как поздравляли Роба по всему миру! ...
Немного информации от режиссеров будущих проектов Роба, Брейди Корбета и Джеймса Грея...




Добавить комментарий
Комментарии (3)