17 июня 2017 Просмотров: 1509 Добавил: тasha

Роберт Паттинсон на страницах журнала Cahiers du Cinéma (Франция)

article6024.jpg

Журнал Cahiers du Cinéma, по праву считается символом кинематографической Франции и возможно, самый знаменитый в мире киножурнал. И вот в самом первом июньском выпуске, после каннского кинофестиваля - Роберт Паттинсон!
Интервью с Робертом, сканы журнала ждут вас под катом!

'Good Time': Новый стилл и новое интервью Роберта Паттинсона для Les Cahiers du Cinéma 

Паттинсон в качестве подмастерья.

'Good Time' прорвался на каннский фестиваль так же, как Роберт Паттинсон вошел в фильм: перевозбужденный, растрепанный, в самой середине гонки.
Когда мы встречаем его два дня спустя, актер снова обрел свой «бандитский» образ, как он сам его определяет: долговязый, худой и странно – дезориентированный.
Его застенчивость непритворна, а его нервозность взрывается вспышками горячей экспрессивности. Он из тех актеров, которых смущает собственная красота и которые сомневаются в своих актерских качествах.
Что касается нас, то мы в этом уже давно не сомневаемся. Очень плотский персонаж в фильме Джоша и Бенни Сэфди, еще одна метаморфоза в без того богатой фильмографии английского актера, который выбирает роли со вкусом новизны. Приз за лучшую игру был бы кстати, чтобы отпраздновать эту траекторию, которая, с Сумеречной Саги, сделавшей из него мировую звезду, привела его к более смелым фильмам с Дэвидом Кроненбергом, Джеймсом Греем и Вернером Херцогом.

Но Паттинсон не будет останавливаться на достигнутом. Пока нас ждет 'High Life' с Клер Дени и 'Idol’s eyes' с Оливье Ассайясом, (он будет играть вместе с Сильвестром Сталлоне), он уже объявил о сотрудничестве с Сиро Герра, колумбийским режиссером 'Embrace of the Serpent'.

(Роберт Паттинсон первым задает вопросы):

Роб: Вы получили удовольствие от фестиваля?

CDC: Да, даже если конкурсные фильмы не были настолько удачными в этом году…К счастью, с 'Good Time' мы пережили хорошие мгновения.


Роб: А какие другие фильмы?

Le jour d,après (День после), режиссера Hong-Sang-Soo.


Роб: О, да, Клер Дени говорила мне об этом, он ей очень понравился. Надо будет посмотреть.

На режиссерской неделе был тоже очень хороший фильм Клер Дени, Amant du jour (Любовник дня) Филиппа Гарреля и Jeannette (Жанетт) Брюно Дюмон.

Роб: Жанетт!?? Мне сказали, что это было ужасно!

Напротив, это гениально!

Роб: Тогда мне нужно и его посмотреть.

CDC (задает вопросы)

CDC: 'Good Time' стал событием в конкурсе.

Роб: Вы, должно быть, знаете, что вначале этот фильм не был в конкурсной программе. Если бы он был в специальном показе, то принятие было бы другим, к нему относились бы, как к развлекательному фильму. Тогда как он вполне серьезный.

Именно вы связались с Сэфди, чтобы работать с ними?


Я увидел постер "Бог знает что" по интернету, и я сказал себе, что если они использовали такую картинку для продвижения, их чувственность меня интересует. Трейлер был так же невероятен, очень энергичный. Я встретился с ними, и за мгновения уже понял, что это круто. Это то, что сразу чувствуешь.
Я еще не видел фильм, но на этой первой встрече я сказал им: давайте сделаем что-то вместе, что угодно. У них есть редкое качество реагирования и быстрого принятия решений. Обычно вам говорят: да, будем, потом все затягивается. С ними это было: «Давай!», и месяц спустя у меня уже была первая версия сценария. Оригинальная идея 'Good Time' была совсем другой, я был братом Бадди Дюресса, мы проходили курс осмысления, это было странно (смеется)

Джош Сэфди послал вам также биографию вашего персонажа, до сценария?

Да, я думаю, это было до того. Это была частью их процесса написания. Джош хотел, чтобы я выучил пять или шесть страниц деталей о жизни Конни, которые рассказывали, например, почему он попал в тюрьму в 12 лет. Я ощущал себя внедренным агентом, который должен выучить свою легенду. В этом образе не было ничего экстремального. Я знал, как он рос, как звали членов его семьи. Начиная со второй версии сценария, я постоянно переписывался с Джошем и Ронни Бронштейном по электронной почте. Я хотел быть уверенным, что я на правильном пути, и тогда я говорил, что было бы идеальным для моего сценария. И они всегда отвечали, ничего не скрывая.

Это продолжалось долго?

Примерно восемь месяцев. Мы переписывались почти ежедневно, когда я был в Колумбии на съемках The Lost City of Z, потому что кроме этого, там не было, чем заняться. Это помогло мне разместить себя в сценарии и почувствовать сопричастность.

Речь шла сначала о смеси импульсивности и длительности?

Да, это их манера работы. Я думаю, что большинство актеров не читали сценарий, кроме, может быть, Бадди. За пять минут до съемки Джош объяснял сцену. Это было довольно странно, я никогда не видел подобного способа, держать съемочную площадку в напряжении, я даже не понимаю, как это работает! (смеется) С моей стороны, я готовился к роли вполне обычным способом. Мне нравились реплики в сценарии, но Ронни и Джош были готовы выбросить их. Джош мог мне сказать: мне нравится твой голос, который ты использовал в этой сцене, давай, сделай, что ты хочешь, составь свой диалог! Но я хотел моих конкретных реплик. Все вокруг меня импровизировали в то время как я старался придерживаться моей линии. Это немного пугало. Когда твой партнер импровизирует, в то время как сцена идет в некотором направлении,вы можете быть уверены, что он скажет противоположное тому, что написано в сценарии.Тогда нужно постоянно перерабатывать действия, это захватывает!

Вы работали до съемок с другими актерами, например, с Бадди Дюрессом?


Нет. Я думаю, что Бадди был в тюрьме как раз до съемки, мне даже казалось, что должны были задержать начало работы, чтобы подождать его освобождения. Большинство актеров играли роли, близкие к тому, кем они были в реальности. Почти все были из Нью-Йорка, и я боялся не вписаться в них. Это мое самое большое опасение во время съемок. Стать нью-йоркцем –это еще не все, все будут смотреть, не притворяешься ли ты. Мы работали так долго…я приобрел акцент Квинса, когда находился там. Это происходило не из-за роли, а от повседневной жизни. Все становится легче, когда у тебя есть время.

Ваш персонаж постоянно меняется в течение фильма. Принадлежат ли вам некоторые идеи по поводу этих изменений?


У Джоша и Бенни очень специфическая Вселенная, своего рода пространство,и я знал, что хочу быть его частью. Нужно было, чтобы я внедрился туда, мог выйти на улицу и общаться с прохожими. По моему другому опыту, в Нью-Йорке люди узнавали меня, как, впрочем и в любой части света – прохожие хотели сфотографировать меня. Это было одно из моих опасений при работе с непрофессионалами. Для всех я становился объектом любопытства. И так, когда начались пробы с костюмом и гримом, я выходил на улицу, чтобы посмотреть, узнают ли меня. Однажды мы попробовали установить камеру без разрешения на автомойке, я был в одежде моего персонажа, с Бенни, с пятнами на лице, с крашеной бородой, и по глазам людей я не увидел и намека на узнавание. Я использовал этот персонаж, чтобы скрываться.

Конни постоянно пытается скрыться, как хамелеон, убегая от самого себя. Похоже на вас? В итоге, это очень личная роль?


Да, он почти актер, даже если не знает этого. Он также немного напоминает пса, бегущего за своим хвостом. Это всегда захватывающе, смотреть, как животное бежит все быстрее в навязчивой манере. Вы правы, в этом есть что-то личное, но я не могу это определить. Много элементов были удалены из фильма, это была серия последовательностей, где персонаж кажется совсем мистическим. Когда живешь изолированной жизнью, воображение занимает все больше места, и ты теряешь контакт с реальностью. Мы говорили об этом с Джошем, например, в сцене, где Конни в больнице; он натыкается на полицейского и говорит, что был с отцом в комнате, что у него проблемы с телевизором и т.д…Но для меня, он не врет, это происходит у него в голове. С одной стороны, он погружен в реальность, но он постоянно живет в вымышленном мире. И это то, что я разделяю с ним.

Вкус к изменениям уже присутствует в The Lost City of Z и в The Rover?

Наверное, это способ убеждения самого себя. Вы должны сделать снимок самого себя и не узнать себя. Это забавное чувство.
Какая бы ни была причина, вы начинаете вести себя определенным образом, как никогда раньше. Чем больше вы преуспеваете в жизни, тем больше вы знаете, какое поведение вызовет то или иное отношение, но использование этих знаний в кино всегда заставляют меня испытывать чувство повторения, подделки и дешевизны. Тогда как делать то, что вы никогда не делали в реальной жизни... я не знаю,имеет ли смысл то, что я говорю! (смеется) Речь идет о способе избавления от тщеславия, всех этих "я хочу быть красивым". И если большинство актеров хотят трансформировать себя, это просто потому, что у них есть огромное чувство неловкости и стыда за себя. Мы хотим убедить себя в том, что мы можем быть кем-то другим, чтобы лучше противостоять реальности.

Вы делаете это еще и с большой скромностью. В фильме Джеймса Грея у вас роль второго плана, как и в Maps to the Stars. Это замечательно.


Я играл небольшие роли во многих других фильмах. Для меня это не имеет значения.Я определяю себя как подмастерье. Я до сих пор не знаю, как сделать то, что я делаю, я всегда в обучении. Поэтому каждая возможность работы - это как новый урок. И мне в буквальном смысле нечего терять. Кроме того, есть не так много хороших ролей. Большая часть времени, это те роли, которые приближают вас к коммерческому производству. Гораздо больше людей беспокоит, если вы преподносите странную интерпретацию, для чего у роли второго плана больше свободы, вы можете сделать почти все, что вы хотите!

Раз уж вы заговорили об уроках: чему вы научились у Дэвида Кроненберга?


Cosmopolis был очень важен для меня. А еще есть Дон Делилло… В юном возрасте я хотел быть музыкантом, и написание сценария к Cosmopolis было очень музыкальным. До этого фильма я всегда размышлял о роли, исходя из мотиваций персонажа. Это был очень умственный процесс. Но в Cosmopolis, по причине его сюрреалистского аспекта, ритм написания более важен, чем психологические мотивации. Именно тогда я понял, как можно произнести целый монолог, не думая исключительно о психологии, но находясь в музыке написания. Дэвид соглашался с этим, я мог просто произносить свои реплики хорошо звучащим тоном. Это было более инстинктивно, но очень приятно. И я многому учился, видя, как снимают фильм, который невозможно реализовать на бумаге.

А у Джеймса Грея?

Я понял, увидев фильм, насколько интерпретация связана с положением камеры. И что актер не должен чувствовать ответственность, чтобы только ей рассказывать историю ... Большую часть времени, я чувствовал себя статистом на съемочной площадке. Однако я много работал над фоном моего персонажа. Я всегда спрашивал Джеймса Грея, пойдет ли это, и он говорил: "Да, все хорошо". И я отвечал: "Но я ничего не делаю!" А он: "Ты ничего не сделал, не волнуйся". Я всегда думал, что я мог бы сделать больше. Но персонаж вырисовывается, несмотря на все, и для этого вам нужно доверять режиссеру. Джеймс Грей имеет очень хороший вкус, ему можно доверять.

Cosmopolis - так же очень минималистичная роль. Там вы в основном находитесь в машине.

Это правда. Я в основном спокойный человек, и с Cosmopolis я действительно был в моей зоне комфорта. Каждый фильм - это прогрессия, и после Cosmopolis я сказал себе, что я был слишком неподвижным. Мне больше не было физически непринужденно, начиная с The Rover, для которого я действительно хотел сделать что-то с моим телом. Конни в Good Time чувствует себя в своей тарелке. Даже очень!

У вас есть метод?

Не сказал бы. Я никогда не следую формальностям. Я очень реагирую на текст. Если кто-то пишет хорошие диалоги, голос – это то, что приходит первым, а все остальное вытекает из него. Вообще, я стараюсь поставить себя в роль задолго до начала съемок. Но у меня нет реально другого способа, чем понимать мой главный недостаток, стресс. Стресс мешает мне делать что-либо. На протяжении многих лет, я понял, что мне просто нужно заранее прибыть на место съемки, где бы оно ни находилось, и остаться в одиночестве на долгое время, чтобы мой мозг мог отдохнуть ... Для Good Time я снял небольшую квартиру на 2 месяца, не очень далеко от Джоша. Нужно просто быть на месте съемки, чтобы просто подумать о фильме три четверти времени и немного снизить напряженность.

Вы часто говорите, что вам нужно много месяцев, чтобы подготовиться к роли. В чем состоит эта подготовка?


Это заключается в том, чтобы понять, как поверить в себя. Это то же самое, когда вы теряете свои ключи: когда вы их находите, это вызывает банальное чувство: "О да, конечно, я оставил их здесь!" Однако их искали по всему дому, в ящиках, которыми никогда не пользовались или в других абсурдных местах. И когда их находят, это есть момент признания. Попытка создать персонажа - это одно и то же: ищешь абсолютно везде, пока не встретишь это знакомое чувство. Это огромный опыт. Никогда не хватает времени, чтобы все сделать для сцены, так что нужно приниматься за это заранее, чтобы быть готовым. И потом всегда забывается то, что было подготовлено. Другое правило – нужно быть заинтересованным в том, что делаешь, чтобы не стало скучно. В противном случае это бесполезно.

Все это внутренняя сторона. Вы никогда не смотрите пробы, например? 

Иногда, но не систематически. Вы знаете, я ужасный и очень занудный при работе. Каждая сцена - это худшее, что я когда-либо делал в своей жизни. Я отвергаю сам себя. Я помню, что во время съемок The Rover Дэвид Mишо сказал мне: "Ты столько раз говоришь, что ты плохой, что я начну тебе верить". (Смеется) Таков мой рабочий процесс!

Но что дает вам ощущение, что вы нашли персонажа, и вы сможете его сыграть?

Это может быть костюм. Я немного застенчив, но иногда просто нужно инстинктивно сказать что-то в хорошем смысле, и тогда окажется,что ты не так смущаешься. И что это могла бы работать. Мы начали снимать 'Good Time' с первой сцены, когда я появляюсь на экране. Я невероятно нервничал. Полная противоположность Бенни, который мог включить своего персонажа в любое время и сделать это в течение всего дня! Так что я был в этом экстремальном состоянии, и еще были перебои электроэнергии во время репетиции, которые задерживали съемки сцены. Я кипел, полный адреналина (он имитирует это состояние, мышечное напряжение и гипервентиляцию) и я сказал себе, что это оно! Я собираюсь сделать это в течение всего фильма! Больше никаких мыслей, просто вауууу! Даже в сцене, когда я целую Taлию (Вебстер, которая играет подростка, соблазненного Конни в ее доме), где я должен быть спокойным, просто сидя на диване, я вызвал у себя это состояние. И я напугал ее!

Каким будет ваш персонаж в фильме Клер Дени 'High Life' ?


Это будет происходить в будущем, персонаж – астронавт. Он преступник, который является добровольцем для миссии в сторону черной дыры, но он понимает, что доктор на борту корабля хочет проводить сексуальные опыты с людьми в космосе ... (смеется) Это очень странный фильм. Я не думал о нем в течение некоторого времени, но Клэр снова заговорила со мной об этом здесь в Каннах, и она показала мне некоторые, совершенно безумные эскизы космического пространства. Я обожаю Клэр, я не могу поверить, что я собираюсь работать с ней, особенно для научно-фантастического проекта. Это будет очень красиво. 

 Сканы журнала Cahiers du Cinéma (France) June 2017

 

 

 

источник 

Сканы журнала в нашей ГАЛЕРЕЕ

Похожие статьи:

Немного информации от режиссеров будущих проектов Роба, Брейди Корбета и Джеймса Грея...
Соскучились по Рэю? Вот вам новый стилл из фильма "Ровер" ("Бродяга"). До Каннской премьеры осталось 3 дня...
Роуд-муви с ироничной темнотой....
13 мая мы очень весело отметили День Рождения нашего Роберта! В этой новости мы хотим продлить праздник и рассказать Вам о том, как поздравляли Роба по всему миру! ...


Перевод Sangria специально для www.roboshayka.ru


Добавить комментарий
Комментарии (35)